Аристократы дома Цин, пришедшего в 17 веке из Маньчжурии, мало того что не стали для ханьцев своими - ещё и правление их выпало на те века, когда все сроки модернизации вышли ещё при прошлой династии Мин. Коррупция, опиум, торговля родиной через французских иезуитов и английских дипломатов - мало в мире было домов, прогнивших так. Бэйянский (то есть - европеизированный) флот Цин потеряли в 1895 году в войне с Японией, а вот Бэйянская армия в 1911-12 годах подняла мятеж, положивший начало Китайской республике.
Но её первый лидер Юань Шикай мало того что сам в императоры метил - ещё умер в 1916 году, и над Китаем сомкнулась Эра Милитаристов. Бэйянские командиры, часто с бандитским прошлым, завели себе уделы с вассалами, и как древнерусские князья за Киев, начали бороться за Пекин. Одним из таковых был Чжан Цзолинь, бандит из крестьян, поставлявший нелегальных рабочих во Владивосток и на стройки Порт-Артура. В 1902-м Цзолинь понял, что лучше найти себе крышу, и записался в Бэйянскую армию. В 1916 году он возглавил родной Фэнтянь (как называли тогда Мукден, теперешний Шэньян), а с ним - и Фэнтяньскую клику.
Она держала Дунбэй, а заодно - заморскую колонию в Шаньдуне, откуда был Чжан Цзунчан - хунхуз и бандит с владивостокской Миллионки, пожалуй самый колоритный персонаж той мрачной эпохи. Одним из его прозвищ было Генерал Собачье Мясо - за страсть к игре в кости (на сленге - "бросание собачатины") и самой собачатине. Другим - Генерал Три Не Знаю: сколько у него денег, солдат и наложниц. Раз обещав вернуться с победой или в гробу, он таки правда вернулся в гробу, смачно покуривая в нём гаванскую сигару. Ещё - писал феерические в своей бездарности стихи типа "гора широкая снизу и узкая сверху, а если её перевернуть - будет наоборот"... но своё дело знал, и врагов Фэнтяня бил исправно.
Особенно пока ему помогал Константин Нечаев - русский дворянин из Лодзи, немного успевший повоевать кавалеристом в Первую Мировую, но прославивший себя на двух Гражданских. "Мне бы саблю да коня да на линию огня" - это про него: политикой Нечаев не интересовался, дворянские манеры позабыл, но в 1922 году не упустил шанса вновь повоевать за белое дело: 1-ю Отдельную бригаду в армии Цзунчана он видел началом новой армии, которая однажды перейдёт советскую границу у реки, не дожидаясь всяких самураев.
"Нечаевский отряд" с кавалерийскими частями и дивизионом бронепоездов Иннокентия Кострова (всего их сменилось 14 по образцу "Хунхуза" - бронепоезда Заамурской железнодорожной бригады в Первую Мировую) представлял собой мощный ударный кулак. Крупнейшим его успехом стало взятие Шанхая в марте 1925 года, да и Фэнтянь нечаевцы спасали от разгрома не раз.
Пока в 1926 году самого Константина Петровича не ранили с потерей ноги, и без харизматичного лидера бригада потерпела ряд поражений, разбежалась и выродилась, так что по возвращении к ней Нечаева разбил инсульт. В 1928 и Чжан Цзунчан был разбит, уехал жить в Дайрен (Далянь) с пожилой мамой, и наконец в 1932 году словил пулю от отца, сына или брата кого-то из убитых им людей...
Войны не утихали - эра милитаристов была на дворе или чья?! Да и портфели в пекинском правительстве тогда перераспределялись так. В 1920 году фэнтяньцы разгромили Аньхойскую клику в союзе с Чжилийской кликой, а в 1922 сами были разгромлены ей. В 1924 - взяли реванш, и до 1928 года Чжан Цзолинь фактически правил Северным Китаем, лишь отбиваясь от Народной армии, возникшей из осколков Чжилийской клики и тяготевшей теперь к Гоминьдану.
С ним и сцепился Старый маршал, или точнее уже генералиссимус, и именно эта война стала бенефисом нечаевцев: Чана Кайши поддержали Советы. В основном - советом, который давали агенты во главе с Василием Блюхером. С другой стороны на владения Фэнтяньской клики целилась Япония, на которую все подумали, когда в 1928 году кто-то подорвал поезд Цзолиня. На самом деле руками чекистов Наума Эйтингона и Кристапа Салныньша это сделал СССР... на свою голову:
Отца сменил Молодой маршал Чжан Сюэлян, имевший совсем другие взгляды. Он выдвинул лозунг "На берегах реки Ляохэ повсюду и навсегда - мир!", крайние иероглифы которого стали названием бывшей Фэнтяни: Ляонин - примерно, Ляомир. Воплощая этот лозунг, Сюэлян присягнул Чану Кайши, который так тому обрадовался, что сразу разорвал связи с Советским Союзом, да ещё и сделал Молодого маршала пешкой в войне с ним.
Так случился в 1929 гду конфликт на КВЖД, кончившийся полным и быстрым разгромом Северо-Восточной армии. В 1931 же в Маньчжурию вторглись японцы, и до 1933 года Сюэлян отходил с боями на север, навсегда оставив Фэнтянь. Некоторое время он жил в Италии, где проникся идеями фашизма, и тем больнее ему было узнать о союзе фашистов с Японией.
Идеалист, которому по статусу положено быть негодяем, Молодой маршал оказался среди интриг гоминьдановцев и коммунистов, в 1936 пытался арестовать Чана Кайши, а затем, сдавшись ему на суд, на 45 лет оказался под домашним арестом. Чан Кайши увёз Сюэляна на Тайвань как своего личного пленника, и лишь с его смертью в 1975 году Чжану вернули свободу передвижения по острову.
КУехать, однако, позволили лишь в 1991-м, и уже не молодой уже не маршал уехал - на Гавайи, где умер 10 лет спустя в возрасте 101 года. А в 2003 году в резиденции открыли музей - именно его, а не ушлого Старого маршала или всей Фэнтяньской клики. Да и при жизни зазывали вернуться в особняк, фасад которого заметен за деревьями...