Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Obscure Music

Ihsahn "After" 2010 (Candlelight)

Может быть это утверждение выглядит странным и парадоксальным, однако, как мне думается, та мощная волна скандинавского блэка, появившаяся в самом начале 90х, очень сильно и благотворно повлияла на историю мирового тяжёлого прогрессива. В самом деле - Borknagar, Arcturus, Vintersorg, Enslaved, In the Woods ну и ещё целая когорта самых разнообразных групп, заигравших в итоге ту или иную разновидность как раз таки прогрессивной музыки начинали свою карьеру в качестве блэкушников, по сути дела поменяли представление об обеих из этих жанров, привнеся в устоявшиеся каноны сложного и техничного стиля свежую кровь. Эти шведы и норвежцы показали всему миру, что тяга к экспериментам, смелость в принятии решений и желание сделать нечто новое и необычное, что и отличало во многом северную блэкушную волну, были жизненно необходимы тяжёлому прогрессиву, который к этому времени во многом сам себя загнал в тупик самоповторов и жанровых клише. Emperor, которые, вне всякого сомнения, были одной из самы

Может быть это утверждение выглядит странным и парадоксальным, однако, как мне думается, та мощная волна скандинавского блэка, появившаяся в самом начале 90х, очень сильно и благотворно повлияла на историю мирового тяжёлого прогрессива. В самом деле - Borknagar, Arcturus, Vintersorg, Enslaved, In the Woods ну и ещё целая когорта самых разнообразных групп, заигравших в итоге ту или иную разновидность как раз таки прогрессивной музыки начинали свою карьеру в качестве блэкушников, по сути дела поменяли представление об обеих из этих жанров, привнеся в устоявшиеся каноны сложного и техничного стиля свежую кровь. Эти шведы и норвежцы показали всему миру, что тяга к экспериментам, смелость в принятии решений и желание сделать нечто новое и необычное, что и отличало во многом северную блэкушную волну, были жизненно необходимы тяжёлому прогрессиву, который к этому времени во многом сам себя загнал в тупик самоповторов и жанровых клише. Emperor, которые, вне всякого сомнения, были одной из самых авторитетных и известных команд скандинавского блэк-ренессанса, напрямую отнести к прогрессивному металу тяжело. В их творческом багаже можно обнаружить отдельные альбомы и композиции, которые в чём-то имеют отношение к его развитию, однако в основном опосредованное и ситуативное. Однако распад группы стал своеобразным триггером, который породил на свет сольный проект лидера Emperor Вегарда Твейтана, которому он подарил свой творческий и сценический псевдоним - Ihsahn. Собственно, тот факт, что в сольной своей ипостаси Вегард двинется в сторону более прогрессивной музыки, не стал очень большой неожиданностью уже хотя бы в свете того, что ещё будучи в составе своей родной команды он уже имел авангардистский проект Peccatum, в котором работал со своей супругой Хейди и её братьями, которые, в свою очередь, известны в Норвегии в качестве лидеров своих коллективов - Source of Tide и Leprous. Неизвестно, кто из них послужил для кого бОльшим источником вдохновения, однако все будущие составы участников Peccatum в той или иной степени оказались близкими к тяжёлому прогрессиву. Касаемо данного диска Твейтана - это третья его полнометражная работа, и стала она, как мне кажется, вершиной его творчества на данный момент. От блэка, который музыкант исполнял в своих предыдущих составах, тут не осталось и следа. Тяжёлые моменты, которые можно обнаружить на альбоме, пожалуй, лежат ближе к прогрессивному дэзу, а сама представленная тут музыка получилась разнообразной, экспериментальной, атмосферной, техничной, авангардной, необычной ну и так далее. Эпитетов можно придумать немало, и все они будут заслуженными. Пожалуй, ключевым и для карьеры Вегарда, и для данной пластинки, да и, пожалуй, для всего жанра в целом стало приглашение на запись мало кому на тот момент известного саксофониста Йоргена Мункебю, игравшего прежде нью-джаз в составе Jaga Jazzist и тяжёлый авангард в Shining. Именно партии его инструмента словно продвинули музыку проекта на новый уровень, утвердили его среди лидеров экстремального прогрессива во всём мире. Причём партии эти были чрезвычайно разнообразными и нетипичными - в "Undercurrent" они словно вдохнули в музыку Ihsahn джазовый дух, сделали её яркой и эффектной, в "A Grave Inversed" затащили в пучины классического авангарда в духе Шнитке или Бартока, а в заключительном эпическом номере саксофон и вообще правит балом, превращая композицию в потрясающую психоделическую сюиту, одновременно запутанную, мелодичную и фантастически мощную. Впрочем, и в тех номерах, где саксофона нет, Вегард словно прыгнул выше головы, исполняя великолепный по качеству, тяжёлый, но при этом удивительно лёгкий, буквально парящий прогрессивный метал с виртуозными соло-партиями клавишных ("Austere") и гитары ("Heaven's Black Sea"), с монументальной вокальной работой (поёт он в широчайшем диапазоне от обычного стиля пения до почти гроулинга), сверхтехничными барабанами в исполнении Асгейра Микельсона, нетривиальными, нешаблонными мелодиями и тем духом арт-рока и прогрессива 70х, который, казалось, стал почти исчезать из современной музыки. Прекрасная работа - и в своём жанре, и в контексте общего развития тяжёлой музыки нового тысячелетия.