Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Алексей Шорохов

Арсений Тарковский пишет своей жене с фронта

Арсений Тарковский пишет своей жене с фронта: «…И эта война, стоящая так много, – стала и моей судьбой, немцы и мои враги, и я видел очень много такого, что сделало немцев ненавистными и непонятными для нас. И то, что они убивают – колют штыками и стреляют грудных детей (сам видел трупы); старуху крестьянку связали верёвками так, что она не могла пошевелиться, и выбросили на сильный мороз, где она умерла; раненых красноармейцев облили бензином живьём и сожгли – и т. д., и это не случайно, а – система,– всё выглядит так, что это не люди и не наши животные (земные), а какие-то марсиане...». И мы же понимаем, что речь не только о немцах, но и о венграх, румынах, финнах, итальянцах, литовцах, латышах и прочей европейской сволочи, служившей Гитлеру. Наше время не напоминает?

Арсений Тарковский пишет своей жене с фронта:

«…И эта война, стоящая так много, – стала и моей судьбой, немцы и мои враги, и я видел очень много такого, что сделало немцев ненавистными и непонятными для нас. И то, что они убивают – колют штыками и стреляют грудных детей (сам видел трупы); старуху крестьянку связали верёвками так, что она не могла пошевелиться, и выбросили на сильный мороз, где она умерла; раненых красноармейцев облили бензином живьём и сожгли – и т. д., и это не случайно, а – система,– всё выглядит так, что это не люди и не наши животные (земные), а какие-то марсиане...».

И мы же понимаем, что речь не только о немцах, но и о венграх, румынах, финнах, итальянцах, литовцах, латышах и прочей европейской сволочи, служившей Гитлеру.

Наше время не напоминает?