Я, конечно, знала, что раньше, даже во времена баснословной дороговизны книг, наборщики были низкооплачиваемой и едва ли не самой презираемой частью пролетариата. Это были низы из низов. При том, что наборщики должны были быть грамотными и осуществляли ровно то, что следует из названия их профессии: набирали на печатном станке текст. Набирали из металлических букв. Сначала нужно было вручную набрать страницу. Станки быстро совершенствовались и сильно различались в зависимости от производителя, но принцип много лет оставался неизменным: сначала надо было набрать текст из заготовок.
В более современном виде выглядело это так
Сейчас объясню, почему про них вспомнила. Между прочим, я сама читаю рекомендованные мною в платном разделе книги о криминальном дореволюционном Петербурге и тамошней (здешней, если я теперь петербургский житель) сыскной полиции.
Дошла до третьего тома, "Непарадный Петербург". В очерках Николая Свешникова о петербургских трущобах встретила упоминание. Описывая Вяземские трущобы (преступная клоака дореволюционного Петербурга, дно и самый дикий "малинник" в столице, размещавшийся в доходных домах для бедноты, построенных князьями Вяземскими позади своего особняка). Это прямо самое страшное место в городе, хуже Хитровки, потому что на Хитровку совалась полиция, в Вяземскую лавру - почти никогда нет.
Помимо бандитов и воров жили там просто бедняки. В книге описывается устройство типичного доходного дома в Лавре. Семья брала в наем комнату (примерно 25 или 50 кв. м) с печью. В маленьких окна выходили в коридор, в больших - наружу. Семья огораживала себе шторой место с койкой, а остальное застраивала нарами, в малых комнатах проживало по 20-30 жильцов, в больших - по пятьдесят в среднем. Люди там жили.
Рассказ такого хозяина, который держал в Вяземской лавре комнату внаем (боковушка - это комната как раз коридорная, 22-25 кв. м, прописные жильцы - то же, что и сейчас, с пропиской и паспортом, под квартирой имеется в виду комната):
"— Вот житье-то было в Вяземском доме. — рассказывал он. — Платил я за боковушку только восемь рублей в месяц, а ночевало у меня постоянно человек тридцать. На нарах укладывалось человек пятнадцать, да под нарами клал столько же. Прописных, настоящих жильцов было не больше как человека три-четыре, а то так, кто с паспортом, кто и без паспорта — все ложись. А ребята-то были все ловкие, денежные: бывало, как вечер, так четверти три да четыре вина выйдет. И вино-то в то время было дешевое — за четверть только восемьдесят пять копеек платили. По три копейки за ночлег брали, а выгоднее теперешних пятачков.
Лет через пять Степаныч переменил квартиру и перебрался на Забалканский проспект в лицевой флигель <...>.
— Здесь тоже сначала-то хорошо было, — говорил мне Степаныч. — По первому-то разу я здесь платил только двадцать два рубля в месяц, а жильцов-то не столько, как теперь. Бывало, как выйдешь ночью, да посмотришь, так сердце радуется: и на нарах, и под нарами, и на печке, везде полно. А теперь вот всего тридцать человек, и дела-то уж совсем не те" .
(Николай Свешников. Петербургские вяземские трущобы и их обитатели)
В таких-то условиях и жили наборщики типографий. Даже наборщики Суворина встречались в Вяземской лавре. А набирали они, к примеру, рассказы Чехова.
Единственное достоверное фото с обитателями Вяземской лавры, что легко ищется. Каждая секция с окном - квартира, где жило до 60 человек
Рассказ про трехтомник документальных материалов об уголовном Петербурге и петербургском дне. Платный раздел о классической литературе (без конформизма и скандальных новинок), подписка 200 рублей в месяц
В ближайшее время будет там текст о петербургских "шестерках" - официантах в литературе и культуре. А завтра - продолжение этого поста про плодовитую переводчицу русской литературы Констанс Гарнетт, которая была большим, но бездарным энтузиастом, переводила всю нашу классику и тем отбила вкус к русской литературе у британцев
---------------------------------------------------------------------
Все посты платного раздела в одном месте