Найти в Дзене
Легкое чтение: рассказы

Бегемотица

— Маринку-то видели? Непонятно в кого превратилась за лето! Девчонка ещё в школу ходит, а весит как шестимесячная телушка! — Да хватит тебе, Тамарка, изощряться! Погостила Марина у бабушки, подросла, окрепла на пирожках да сметанке. И чего ты так удивляешься, выйдет замуж — быстро похудеет! — Лида, да кто ее такую возьмет! Не каждый мужик прокормить сможет! Несколько женщин стояли возле небольшого сельского магазинчика и оживленно обсуждали изрядно потолстевшую Марину, недавно приехавшую от любимой бабушки. Все сошлись на том, что жить ей будет нелегко. — Мама, ну почему все на меня так смотрят, как будто я им что-то должна! — Марина даже покраснела от злости, а над верхней губой выступили капельки пота. — Успокойся, милая, не волнуйся, — мать быстрым взглядом окинула расплывшуюся фигуру дочери. — Похудеешь потихоньку. — Тебе легко говорить, ты же столько не весишь! Пойду я телевизор лучше посмотрю, скоро мое любимое шоу начнется. Марина опустилась в глубокое кресло, заскрипевшее под е

— Маринку-то видели? Непонятно в кого превратилась за лето! Девчонка ещё в школу ходит, а весит как шестимесячная телушка!

— Да хватит тебе, Тамарка, изощряться! Погостила Марина у бабушки, подросла, окрепла на пирожках да сметанке. И чего ты так удивляешься, выйдет замуж — быстро похудеет!

— Лида, да кто ее такую возьмет! Не каждый мужик прокормить сможет!

Несколько женщин стояли возле небольшого сельского магазинчика и оживленно обсуждали изрядно потолстевшую Марину, недавно приехавшую от любимой бабушки. Все сошлись на том, что жить ей будет нелегко.

— Мама, ну почему все на меня так смотрят, как будто я им что-то должна! — Марина даже покраснела от злости, а над верхней губой выступили капельки пота.

— Успокойся, милая, не волнуйся, — мать быстрым взглядом окинула расплывшуюся фигуру дочери. — Похудеешь потихоньку.

— Тебе легко говорить, ты же столько не весишь! Пойду я телевизор лучше посмотрю, скоро мое любимое шоу начнется.

Марина опустилась в глубокое кресло, заскрипевшее под ее весом, вытянула ноги и облегченно вздохнула. Как же хорошо остаться одной, когда никто не хихикает за спиной! Рядом, на небольшом журнальном столике, она расставила несколько тарелок с жареными котлетами, квашеной капустой, пожаренной с большими кусками сала, прямо на столешницу положила ломти свежего пшеничного хлеба.

До чего же Марине нравилось подолгу сидеть перед телевизором и наслаждаться маминой едой! Она шумно вздыхала, отправляя в рот котлету или полную, даже с горкой, ложку очередной вкуснятины. Но вот тарелки опустели. Началась другая передача, и Марине захотелось запить чем-нибудь съеденное.

Мама вновь оказалась на высоте! Она испекла несколько очень вкусных рулетов. Марина убрала грязную посуду в раковину, смахнула со стола хлебные крошки. Все, теперь можно выпить сока. Она принесла с кухни несколько литровых упаковок с соком и блюдо с нарезанными рулетами. Можно отдыхать дальше.

* * *

Мама Марины, Виктория Ивановна, сидела на лавочке у дома. Она видела, что происходит с дочерью, но поделать ничего не могла. У Марины с детства был хороший аппетит, а с возрастом он только усилился. Алименты, аккуратно выплачиваемые мужем, все уходили на питание дочери. А зарплаты самой Виктории Ивановны с трудом хватало на все остальное. Женщина надеялась на лучшее, а пока вынуждена была тянуть лямку одна.

* * *

— Марина, вставай! — рядом с кроватью нетерпеливо подпрыгивала Виолетта, верная подруга и одноклассница. — Хватит спать, поехали в город, в парк, на аттракционы сходим!

— Не кричи! Не хочу никуда ехать! Ты будешь кататься на карусели, а мне придется на лавочке тебя ждать, потому что билетерши не пустят. . .

. . . дочитать >>