Найти в Дзене

Дом Мургузова: кирпичи, память и тень архитектора

Если честно, люблю я гулять по Междуречью. Здесь всё какое‑то настоящее: старые карагачи шепчут над головой, узкие улочки будто хранят чужие шаги, а каждый дом — как старый знакомый, у которого своя история. Вот идёшь по Калинина в сторону улицы 3‑й Интернациональной и не задумываешься, что раньше это была Армяно‑Успенская улица. Названа так была не случайно: совсем рядом стояла армянская церковь Успения Пресвятой Богородицы (о ней мы уже ранее упоминали в предыдущих статьях). Теперь от неё остался только сквер Армения с хачкаром, но если прикрыть глаза, можно почти услышать, как звенят колокола. Первым встречает меня дом Тер‑Симонианца. Он был не купцом, а мещанином — и это чувствуется в облике дома. Без лишней роскоши, но с достоинством.
Смотрю на фасад — и замечаю звёзды. Вот за что люблю Астрахань: вроде кирпичи и штукатурка, а в них всегда спрятан какой‑то символ, как подсказка для внимательных. Чуть дальше — дом Соломонова.
Неброский, с мезонином, больше для жизни и работы, чем д
Оглавление

Если честно, люблю я гулять по Междуречью. Здесь всё какое‑то настоящее: старые карагачи шепчут над головой, узкие улочки будто хранят чужие шаги, а каждый дом — как старый знакомый, у которого своя история.

Вот идёшь по Калинина в сторону улицы 3‑й Интернациональной и не задумываешься, что раньше это была Армяно‑Успенская улица.

Дом Мургузова, каким я его вижу в начале прошлого столетия
Дом Мургузова, каким я его вижу в начале прошлого столетия

Названа так была не случайно: совсем рядом стояла армянская церковь Успения Пресвятой Богородицы (о ней мы уже ранее упоминали в предыдущих статьях). Теперь от неё остался только сквер Армения с хачкаром, но если прикрыть глаза, можно почти услышать, как звенят колокола.

⭐ Дом со звёздами

Первым встречает меня дом Тер‑Симонианца. Он был не купцом, а мещанином — и это чувствуется в облике дома. Без лишней роскоши, но с достоинством.
Смотрю на фасад — и замечаю
звёзды. Вот за что люблю Астрахань: вроде кирпичи и штукатурка, а в них всегда спрятан какой‑то символ, как подсказка для внимательных.

💍 Скромный ювелир

Чуть дальше — дом Соломонова.
Неброский, с мезонином,
больше для жизни и работы, чем для парада. И неудивительно — хозяин‑то был ювелир.
Я всегда думаю: здесь, наверное, за маленьким окошком стоял верстак, звенели крошечные молоточки, рождались кольца и серьги, которые потом блестели на балах и свадьбах.

🏛 Дом на углу

И вот я на пересечении Калинина и 3-й Интернациональной — и перед глазами краснокирпичный красавец XIX века. Бывшая усадьба Александра Захаровича Мургузова — коллежского советника и врача («Дом жилой (19 в.)», объект культурного наследия)

Краснокирпичный красавец XIX века. Стоит на углу, будто специально, чтобы задержать твой взгляд.
Краснокирпичный красавец XIX века. Стоит на углу, будто специально, чтобы задержать твой взгляд.

Фасад словно выложен узорами:

  • фигурная кирпичная кладка,
  • сандрики над окнами,
  • пилястры,
  • резной карниз.
Массивная кирпичная кладка. Кажется, что этот дом переживёт ещё не одно поколение.
Массивная кирпичная кладка. Кажется, что этот дом переживёт ещё не одно поколение.

А на углу — куполообразное завершение с ажурным ограждением, будто корона.

Смотришь наверх — и видишь корону. Дом будто шепчет: «Я — не простой, я памятный».
Смотришь наверх — и видишь корону. Дом будто шепчет: «Я — не простой, я памятный».

Водосточные трубы здесь не просто трубы: приёмники оформлены как декоративные вазоны — редчайшая деталь даже для старой Астрахани.

Даже водосток здесь — произведение искусства. Вазон на трубе? Почему бы и нет!
Даже водосток здесь — произведение искусства. Вазон на трубе? Почему бы и нет!

Подумать только: вольнопрактикующий врач, специализирующийся на хирургии и зубных болезнях - и вдруг такой особняк. Остается предположить, что стоматология, что тогда что сейчас, была делом весьма прибыльным.

📜 Табличка у входа

Подхожу ближе — и замечаю небольшую табличку «Последний адрес».
Вот это да!

Маленькая металлическая табличка, а за ней — целая судьба. Напоминание, что этот дом — не только кирпичи.
Маленькая металлическая табличка, а за ней — целая судьба. Напоминание, что этот дом — не только кирпичи.
Здесь почти 30 лет жил архитектор Николай Николаевич Миловидов.

Он учился в Петербурге у знаменитого Фёдора Лидваля, а потом приехал в Астрахань.

Николай Николаевич Миловидов
Николай Николаевич Миловидов

Азовско‑Донской банк, оранжерея Нюнина, водонапорная башня на Оленегорской — всё это его работа.

Балкон с цветами. Даже кирпичи улыбаются, когда появляются цветы.
Балкон с цветами. Даже кирпичи улыбаются, когда появляются цветы.

Человек, который подарил нашему городу десятки знаковых зданий.

🌿 Дом с памятью

Заглядываю в парадную — там старые застеклённые галереи, кованые перила, деревянные поручни.

Солнечный свет сквозь застеклённую веранду. Идёшь — и слышишь эхо шагов прошлого века.
Солнечный свет сквозь застеклённую веранду. Идёшь — и слышишь эхо шагов прошлого века.
Старая железная лестница. По таким когда‑то поднимались жильцы — от мастеровых до интеллигентов.
Старая железная лестница. По таким когда‑то поднимались жильцы — от мастеровых до интеллигентов.

И невольно представляешь: сам Миловидов поднимался по этим ступеням, думая о новых проектах для Астрахани.

Старая застеклённая веранда. Когда‑то тут кипела жизнь: дети бегали, жильцы болтали на солнце. Теперь, увы, многое изменилось.
Старая застеклённая веранда. Когда‑то тут кипела жизнь: дети бегали, жильцы болтали на солнце. Теперь, увы, многое изменилось.

Трудно поверить, что в 1938‑м его арестовали и расстреляли. Только в 1957‑м его имя очистили, а в 2021‑м появилась эта табличка.

Стою и думаю:

Этот дом — не просто стены. Это живая память о человеке, который верил в будущее нашего города.

🚶 Прогулка продолжается

Так и идёшь по Междуречью: дом Тер‑Симонианца со своими звёздами, скромный дом ювелира Соломонова и — краснокирпичный дом Мургузова, где красота соседствует с трагедией.

В тени катальп. Дом прячется за деревьями, словно хранит свою историю от посторонних глаз.
В тени катальп. Дом прячется за деревьями, словно хранит свою историю от посторонних глаз.

И понимаешь: в этих улицах спрятана вся Астрахань. Нужно лишь пройтись пешком и дать себе время вслушаться.