День выдался на редкость душным. Мария стояла у открытого окна и смотрела на собирающихся гостей. Очередной семейный ужин у родителей Димы. Ей хотелось придумать отговорку, не ехать, но муж настаивал.
– Ты готова? – Дима заглянул в комнату, уже при параде.
– Еще пять минут, – Мария натянуто улыбнулась.
Два года брака, а она до сих пор чувствовала себя чужой среди его родных.
Дима этого не замечал. Для него семья – святое. Дружная, крепкая, любящая. А то, что мама с сестрой при каждой встрече оценивают Марию как товар на рынке – так это ей только кажется, конечно.
– Что с тобой? – муж обнял ее сзади. – Опять переживаешь?
– Все хорошо.
– Мам с папой уже спрашивали, приедем ли мы. Отец торт любимый заказал.
Дима выглядел таким счастливым, когда говорил о своих. Мария вздохнула. Семьдесят пять лет свекру. Да и не виноват он ни в чем. Нормальный мужик, в отличие от своей жены.
– Дим, я готова. Поехали.
В машине она мысленно повторяла свою роль: улыбаться, не спорить со свекровью, не реагировать на шпильки золовки. День рождения, все-таки.
– Наши приехали! – Анна Петровна встретила их в дверях, расцеловала сына, а Марии сухо кивнула. – Проходите, все уже собрались.
– Здравствуйте, Анна Петровна, – Мария протянула букет. – Это вам.
– Ой, спасибо, – свекровь взяла цветы двумя пальцами. – Положу пока на тумбочку.
Дима не заметил этого жеста – уже обнимался с отцом.
– Сын! Как работа? Все в порядке?
– Все отлично, пап!
Мария зашла в гостиную. Светлана, сестра Димы, о чем-то шепталась с мужем.
– Привет всем, – улыбнулась Мария.
– А, невестушка пришла, – Света растянула губы в улыбке. – Как жизнь молодая? Все еще детей не планируете?
Этот вопрос она задавала при каждой встрече. Мария сжала зубы.
– Пока нет.
– Ну-ну.
Праздник шел своим чередом. Мария старалась держаться рядом с Димой, но тот постоянно перемещался от отца к школьным друзьям. Она осталась одна в углу с бокалом сока.
– Схожу за водой, – пробормотала она, направляясь на кухню.
Из-за двери доносились голоса. Анна Петровна и Светлана.
– Мам, ну сколько можно? Два года уже прошло, а Димка как был под каблуком, так и остался.
– Что я могу сделать? Он выбрал – мы приняли.
– Да какая она ему пара? Серая мышь-бухгалтерша. Он мог на Юльке жениться – красавица, умница...
– И главное, ведь ясно, что она ради денег. Дима же хорошо зарабатывает, квартира...
– Хорошо хоть детей не заводят. Представляешь, если она залетит? Тогда вообще Диму не увидим!
Мария застыла, не веря своим ушам. Перед глазами поплыли черные пятна. Ради денег? Она пахала на двух работах, пока Дима учился в аспирантуре! Серая мышь? Дима сам говорил, что влюбился в ее глаза и улыбку!
Она тихо отступила в коридор. Сердце колотилось так, что казалось, все услышат. Вернувшись в гостиную, она увидела Диму, что-то увлеченно рассказывающего отцу.
«Сделай вид, что ничего не было», – приказала она себе. – «Только не испорть праздник».
Остаток вечера прошел как в тумане. Она улыбалась, поддерживала разговоры, хвалила пирог, сделанный свекровью. А внутри все сжималось от боли и обиды.
– Тебе понравилось? – спросил Дима, когда они ехали домой.
– Да, было... мило, – она смотрела в окно.
– Папа так рад был нас видеть. Мама говорит, давно он так не веселился.
Мария молчала. Как рассказать мужу, что она услышала? Как объяснить, что его обожаемая семья ненавидит ее?
Дома Мария не выдержала. Сняла туфли, бросила сумку на тумбочку и выпалила:
– Дим, нам надо поговорить.
– Что-то случилось? – он выглядел удивленным.
– Я сегодня случайно услышала, как твоя мама с Светой обсуждали меня на кухне.
– И что? – он расстегнул пиджак.
– Они говорили, что я вышла за тебя ради денег! Что я "серая мышь", не пара тебе, и хорошо, что детей нет!
Дима замер, потом нервно усмехнулся:
– Маш, ты что-то не так поняла. Мама не могла такого сказать.
– Я слышала своими ушами!
– Тебе показалось. Или они говорили о ком-то другом.
– О ком другом?! – Мария повысила голос. – Они конкретно обсуждали меня, тебя, наш брак!
Дима устало потер глаза.
– Слушай, был хороший вечер. Давай не будем портить его этими фантазиями.
– Фантазиями?! – она не верила своим ушам. – Я все это придумала, да?
– Маш, ты просто не любишь мою семью. Постоянно придираешься к маме, к Свете. Они стараются к тебе хорошо относиться, а ты...
– Я?! – Мария почувствовала, как к глазам подступают слезы. – Твоя мама меня ненавидит с первого дня!
– Хватит! – Дима стукнул кулаком по столу. – Я не буду это слушать!
Он ушел в спальню и громко захлопнул дверь. Мария осталась стоять посреди комнаты, оглушенная. Неужели он настолько слеп? Или ей действительно все привиделось?
Следующие две недели они почти не разговаривали. Дима задерживался на работе, Мария брала дополнительные смены в бухгалтерии. Дома только "привет", "пока" и "что на ужин".
В субботу Дима объявил:
– Мама приглашает на обед. Сестра двоюродная приезжает.
– Я не поеду, – тихо ответила Мария.
– Поедешь, – в его голосе звучала сталь. – Хватит этих детских обид.
И снова этот дом, эти фальшивые улыбки. Мария сидела за столом и наблюдала, как Анна Петровна расхваливает стряпню Светланы.
– Вот что значит хорошая хозяйка, – с намеком сказала свекровь. – Не то что некоторые, кто даже борщ не умеет варить.
Дима продолжал есть, будто не слышал. А Мария почувствовала, что краснеет. Она прекрасно готовила, но свекровь никогда не пробовала ее еду – всегда находила отговорки.
– Кстати, Дим, а правда, что вы с Машей до сих пор живете вдвоем? – спросила двоюродная сестра.
– В смысле? – не понял Дима.
– Ну, детей-то нет. Уже два года женаты...
– Мы пока не планируем, – быстро ответил он.
– Диме нужно карьеру построить, – вмешалась Анна Петровна. – А Маша... ну, она к материнству не очень-то готова.
Мария сжала кулаки под столом. Да как она смеет?!
И тут она почувствовала тошноту. Резкую, накатывающую волной. "Только не сейчас!" – подумала она, но было поздно. Вторая неделя задержки, а она все списывала на стресс. Но теперь, с этой тошнотой...
"Я беременна," – поняла Мария с ужасом. – "И что теперь делать?"
Мария извинилась и быстро вышла в ванную. Ее трясло. Она умылась холодной водой и посмотрела на свое отражение. Беременна. Ребенок. Их с Димой малыш. В любой другой ситуации это была бы радость, но сейчас... Как сказать об этом мужу, который даже не верит ей? Как растить ребенка в семье, где бабушка считает его мать "охотницей за деньгами"?
– Маша, ты в порядке? – Дима постучал в дверь.
– Да, сейчас выйду.
Она глубоко вдохнула и вернулась за стол.
– Бледная какая-то, – заметила Светлана. – Может, отравилась чем?
– Просто голова закружилась, – Мария попыталась улыбнуться.
– В твоем возрасте уже пора о здоровье думать, – Анна Петровна покачала головой. – Тридцать не за горами, а там уж и рожать поздно будет.
– Мне двадцать восемь, – тихо возразила Мария.
– Вот-вот! – свекровь победно кивнула. – А Димочке уже тридцать! Ему семья нужна настоящая.
– Мам, – Дима наконец подал голос. – Не начинай.
– А что я такого сказала? – Анна Петровна развела руками. – Просто переживаю за вас.
Дальше был торт. Потом чай. Мария механически жевала, улыбалась, кивала. В голове крутились мысли о ребенке, о разваливающемся браке, о будущем.
Через неделю на годовщину свадьбы родителей Димы собралась вся семья. Мария уже сделала тест – две полоски. Но мужу не сказала. Сначала нужно разобраться с их отношениями.
В большой гостиной собралось человек пятнадцать. Анна Петровна сияла в центре внимания.
– Тридцать лет вместе! Вот что значит настоящая семья, – она выразительно посмотрела на Марию. – Сейчас молодежь чуть что – сразу развод. Никакой ответственности.
Мария сжала зубы и промолчала.
– Машенька, ты бы помогла на кухне, – свекровь улыбнулась притворно-ласково. – Тарелки расставить.
– Конечно, – Мария поднялась.
На кухне Светлана раскладывала закуски.
– О, невестушка пришла, – хмыкнула она. – Удивительно, обычно ты от домашней работы нос воротишь.
– Я никогда...
– Да ладно, все мы знаем, какая ты хозяйка, – вмешалась вошедшая Анна Петровна. – Димочка вон похудел на десять кило с тех пор, как женился.
– Он сам решил заняться спортом, – Мария почувствовала, как внутри закипает злость.
– Конечно-конечно, – свекровь усмехнулась. – Знаешь, я тут недавно с Юлей встречалась, помнишь ее? Димина одноклассница. Такая красавица стала! И готовит отлично. Жаль, он выбрал не ее.
Светлана хихикнула:
– Мам, ну хватит. Мы уже поняли, что некоторые невестки не умеют готовить и хозяйничать.
Мария поставила тарелку на стол. Руки дрожали.
– Правильно говорят, что мужчины слепнут, когда влюбляются, – продолжала Анна Петровна громко, так, что было слышно в гостиной. – Мой Димочка вот совсем голову потерял. А теперь расхлебываем.
Дима сидел в трех метрах от кухни. Он все слышал. И молчал.
Что-то оборвалось в Марии. Она медленно вышла из кухни, встала посреди гостиной и произнесла звенящим голосом:
– Я две недели назад случайно услышала ваш разговор на кухне. Почему вы меня так ненавидите?
В комнате повисла тишина.
Лица гостей застыли в изумлении. Анна Петровна побледнела.
– Машенька, о чем ты? – свекровь попыталась изобразить недоумение.
– Не притворяйтесь. Вы сказали, что я вышла за Диму ради денег. Что я серая мышь и не пара ему.
Свекровь нервно засмеялась:
– Ты что-то не так поняла...
– Я все правильно поняла, – Мария больше не боялась. – Два года я пыталась стать частью вашей семьи. Готовила, убирала, улыбалась на ваши шпильки. А вы только и ждали, когда мы разведемся.
Дима наконец поднялся с места:
– Маш, может, не здесь...
– А где, Дим? Дома? Ты же не веришь мне! Скажи честно, ты хоть раз встал на мою сторону?
Никто не смел вмешаться. Даже Светлана притихла.
– Анна, Света, – неожиданно раздался голос свекра. – Что вы ей наговорили?
Николай Иванович, обычно молчаливый и спокойный, смотрел на жену с неожиданной строгостью.
– Коля, она все преувеличивает...
– Я не глухой, Анна. Я слышал, как ты обсуждаешь невестку с дочерью. Как ты сравниваешь ее с Юлей. Это недостойно.
Анна Петровна растерялась:
– Но Дима стал совсем редко бывать у нас! Раньше каждые выходные приезжал, а теперь...
– Теперь у него своя семья, – жестко прервал ее свекор. – И ты это не принимаешь.
– Да какая она семья?! – вспыхнула Светлана. – Детей нет, готовить не умеет, Диму от нас отдаляет!
– Я беременна, – тихо сказала Мария.
Эти слова словно взорвали комнату. Дима ошеломленно уставился на жену:
– Что?
– Я беременна, Дим. Шесть недель. Хотела сначала с тобой разобраться, а потом уже... – она махнула рукой. – Неважно. Я ухожу.
Она развернулась и пошла к выходу. За спиной раздались голоса, кто-то пытался ее остановить, но она не слушала. На улице она наконец разрыдалась.
– Маша!
Дима догнал ее, схватил за руку:
– Подожди! Ты правда... мы правда будем родителями?
– Да.
– Почему ты молчала?
– А ты бы поверил? – горько спросила она. – Ты же считаешь, что я все выдумываю.
Он обнял ее, крепко прижал к себе:
– Прости. Прости, что не слышал тебя раньше. Я... я просто не мог поверить, что мама так может. Не хотел выбирать между вами.
– А теперь?
– Теперь я выбираю тебя. Нас. Нашего ребенка.
На следующий день позвонил свекор:
– Маша, мы с Анной хотим поговорить. Можно приехать к вам?
Встреча вышла неловкой. Анна Петровна выглядела постаревшей на десять лет.
– Я боялась потерять сына, – призналась она со слезами. – Когда он съехал от нас к тебе, я... я ревновала. Глупо, да?
– А теперь? – спросила Мария.
– А теперь я понимаю, что могу потерять и сына, и внука, – свекровь впервые смотрела на нее без фальши. – Дай мне шанс исправиться.
Через месяц Анна Петровна повезла Марию по магазинам выбирать детскую кроватку. Они впервые говорили по-настоящему – о страхах, надеждах, о будущем малыше.
– Знаешь, – призналась свекровь, – я ведь так хотела внуков. Но боялась, что ты заберешь у меня Диму совсем.
– А я боялась, что вы заберете у меня мужа, – улыбнулась Мария.
Дима изменился. Теперь он внимательно слушал жену, замечал косые взгляды сестры, осаживал мать, когда та начинала давить.
– Ты стал совсем другим, – сказала ему Мария, когда они лежали в постели.
– Я просто наконец повзрослел, – он положил руку на ее живот. – Понял, что моя главная семья – это вы.
Когда родилась девочка, Анна Петровна первая примчалась в роддом с огромным букетом.
– Мой первый внук! – гордо объявила она медсестрам.
– Внучка, мама, – поправил Дима.
– Неважно! – рассмеялась свекровь. – Главное – наша!
И Мария впервые почувствовала, что теперь она действительно часть этой семьи. Пусть не сразу, пусть через конфликт – но правда освободила их всех и позволила начать заново.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- вас ждет много интересных и увлекательных рассказов!
Читайте также: