.
.
.
В одной из передач "Ключи Захара" по радио Спутнику, от кого -то из компании Захара Прилепина прозвучала довольно интересная мысль, что идеологические инстанции СССР , включая и КГБ , совершили ошибку, когда в шестидесятых поставили на московских поэтов, (Вознесенского, Евтушенко, Рождественского и Ахмадулину) , когда как правильнее и дальновиднее было бы ставить не на московскую , а на ленинградскую лирику , (Бродского, Кушнера, Горбовского, Охапкина, Кривулина и пр.) , поскольку, именно Евтушенко - и близкие ему поэты Москвы ставили на перестройку и либерализм, и как следствие приближали распад СССР, когда как, куда более консервативные Бродский, Горбовский, да и Кривулин относились к перестройке очень скептично. Известно, что в девяностых Виктор Кривулин на полном серьезе любил генерала Лебедя, как известны и негативные реакции Бродского на распад СССР, в том числе и отраженные в его некоторых стихах. Более того, позднее, когда уже не без некоторого покровительства КГБ, был организован Клуб 81, (куда входили Кривулин, и другие неформальные поэты, художники, и музыканты Ленинграда), уже хотели ставить на Ленинград, но было уже поздно. В стране наступала гласность, в которой поэзия уже ни играла былой, или сколь нибудь существенной, как ранее, роли. Если же вернуться к более ранним временам, интересно и то, что после того, как Вознесенского публично и очень резко раскритиковал Хрущев, чисто теоретически, Вознесенский с Бродским легко могли поменяться местами. Вознесенский мог быть судим, и эмигрировать в Америку, а Бродский, которому готовили книгу , но в самый последний момент ее не издали, мог остаться в СССР , став главным или первым советским поэтом . То есть, суд над Бродским был лишь следствием спора разных культурных и политических ведомств СССР , одни из которых ставили на Москву, а другие на Ленинград. А поскольку, в этом споре победила Москва, Бродский в итоге и стал жертвой.
Нечто похожее позднее случилось и со СМОГом, когда генералам и чиновникам из КГБ главный бунтарь и поэт СМОГа Леонид Губанов, понравился, но он очень не понравился партийной культурной элите, и некоторым видным советским поэтам, особенно Давиду Самойлову, в результате чего, всех "смогистов" разогнали, а Юрий Кублановский (один из самых ярких поэтов этого течения) уехал на Запад. Интересен и вопрос, что было бы , если бы судили не Бродского, а Вознесенского? Если вообразить, что Вознесенский уехал в Америку, как он бы в Америке писал? Скорее всего, (это мое личное мнение и моя частная точка зрения) писал бы Вознесенский как Оден, или Тед Хьюз , ( или являя что то среднее между ними ), а может быть, как Уильям Смит, или Джеймс Дики, но по русски, и вероятнее всего, получил бы нобелевскую премию. А Бродский писал бы в той же манере, в какой он писал до 1972 года.
Правда знаменитого Ястреба он бы наверное не написал.
