Илья посмотрел куда-то в сторону и тяжело вздохнул.
— Ладно, — наконец выдохнул он. — Делайте, что надо.
— Хорошо, — кивнула я. — Тогда начнём.
Достала свечу, зажгла её и поставила между нами. Пламя дрогнуло, затем вытянулось в ровный столбик. Мужчина уставился на пламя.
— Сначала договоримся: никаких скрытых условий. Я работаю чисто, без «подвязок» и разных привязок. Если согласны — повторяйте за мной слова, которые я сейчас буду произносить.
Илья нервно провёл рукой по подбородку, явно чувствуя себя не в своей тарелке.
— Повторять? Ну... ладно.
— «Я, Илья, добровольно и осознанно обращаюсь за помощью к Агнете», — чётко проговорила я, глядя ему прямо в глаза.
Он неохотно повторил, слегка запинаясь:
— Я, Илья, добровольно и... осознанно обращаюсь за помощью к Агнете.
Пламя свечи резко качнулось, вытянувшись вверх. Прошка, дремавший у печки, вдруг поднял голову и настороженно уставился на Илью.
— «Обязуюсь не вмешиваться в процесс и выполнить все необходимые условия», — продолжила я.
— Обязуюсь не... — он замолчал, увидев, как тень за его спиной неестественно дёрнулась. — Чёрт, что это было?
— Ваши страхи, — усмехнулась я. — Они всегда оживают, когда человек начинает говорить правду. Договаривай.
Он сглотнул и быстро проговорил остаток фразы.
Пламя свечи вспыхнуло ярко-синим цветом на мгновение, затем вернулось к обычному жёлтому.
— Вот и договорились, — прошептала я, проводя рукой над картами. — Теперь слушай внимательно.
Достала из мешочка щепотку сушёной полыни и бросила в пламя, которое громко затрещало. Резкий горьковатый запах вперемешку с дымом заполнил комнату.
— Первое: сейчас едешь в город, если Алена еще в больнице, то не просто забираешь — просишь прощения за то, что бросил её. Если она дома, то опять же просишь прощение за все свои поступки и слова, которыми ты обидел ее в последнее время.
— Но...
— Никаких «но», — резко оборвала я. — Иначе всё, что будем делать дальше, пойдёт прахом.
Он стиснул зубы, но кивнул.
— Второе, — продолжила я, — завтра ты приедешь сюда с Аленой. Без опозданий. В три часа дня. Понятно?
— Да, я всё понял.
В этот момент где-то на улице громко закричала ворона. Прошка зашипел, шерсть на его спине встала дыбом.
— Что-то не так? — Илья нервно оглянулся.
Я медленно перевернула последнюю карту, которая осталась на столе, — «Башня».
— Оно уже началось, — зловещим голосом проговорила я. — Твоя «покровительница» почуяла, что ты перешёл к другому специалисту. Теперь начнёт вредить.
Ветер снаружи внезапно усилился, застучав ставнями. Свеча погасла.
— Всё, на сегодня хватит, — резко встала я. — Завтра ровно в три. И, Илья...
Мужчина тоже заторопился, поднялся со своего места, кинулся к вешалке с одеждой. Он замер в дверях, обернувшись.
— Не останавливайся ни перед кем по дороге домой. Кто бы ни звал — не оборачивайся и ни с кем не разговаривай. Уяснил?
— Да-да, я всё понял, - мелко-мелко затряс он головой.
Когда его машина скрылась за поворотом, я долго стояла на крыльце, вслушиваясь в звуки.
— Завтра будет интересный день, — пробормотала я, заходя в летнюю кухню.
— Ну ты и артистка, Агнета, — рядом появился Шелби. — Ничего не сделала, только товарища напугала.
— А почему он такой противный?
— Удивительно, что ты так спокойно к нему отнеслась, а не стукнула его по голове, и не наговорила гадостей.
— Я подумала, что человек находится под воздействием магии, поэтому можно отнестись к нему с пониманием.
— Типа не такая ка-кашка, как кажется, - хохотнул Шелби.
— Ну типа того, — кивнула я.
Я вздохнула, снимая с плеча шаль и вешая её на крючок около двери.
— Хотя не всё так просто, Шелби. Этот человек действительно под влиянием — но не только магии, — тихо сказала я, разжигая в печке новый огонь. — Без Алены любые действия будут бесполезны. Они связаны, эти двое.
Шелби прислонился к косяку, скрестив руки.
— Потому что она его жена?
— Не только. Они... — я замялась, подбирая слова, — они балансируют. Где-то в прошлом между ними был заключён договор, сознательно или нет. И теперь любая магия, направленная на одного, тут же отражается на другом. Связь у них кармическая.
— Вот почему ты так настаивала, чтобы он её привёз?
— Да и не только. Я не люблю, когда к женщине относятся, как к ресурсу. К тому же надо доделать начатую работу.
— Ну наконец-то настоящая Агнета заговорила. А то я уж думал, ты совсем мягкой стала, — Шелби усмехнулся, поймав мой взгляд. — Ты всё это увидела на картах?
— Что-то на картах, что-то вспышками в голове, — кивнула я, подбрасывая в печь ещё пару поленьев. Огонь с жадностью лизнул сухое дерево, отбрасывая на стены причудливые тени.
— Теперь ты работаешь с парами, а не только с одинокими клиентами, — хмыкнул он.
— Если бы только с парами, а то с целыми семьями. Закономерность, однако. Хотя с другой стороны ничего удивительного нет. Когда хотят разрушить жизнь, то действуют со всех сторон. Кстати, ты не заглядывал к этой Катерине — заклятой подруге?
— Катерине? К той дамочке, что решила прогуляться по твоим снам? - Шелби резко выпрямился, его глаза сузились.
— Ага, к той самой, которая дала Илье контакты всех этих «специалистов».
Я кивнула, разминая пальцами воск от свечи:
— Именно. И не просто дала — она активно направляла его. Каждый раз, когда у него начинались проблемы, именно дамочка подсовывала нового "мастера". Ну какова коза, а? Наш пострел везде поспел и подруге мозги задурила, и мужа направляла в нужное русло. Так заглядывал или нет?
— А как ты думаешь? — на его губах заиграла лёгкая улыбка.
— Ты ещё и руку приложил?
— Нет, пока не прикладывал. Она без меня отлично справляется. Там у неё такое бродит по квартире, а уж что там в голове — тараканы нервно курят в сторонке.
— Родственники ещё не вызвали специалистов? — спросила я.
— Муж в командировке, а дети не понимают, что происходит с матерью.
— Жесть. Детей жалко, как бы она их не отправила на тот свет.
— Ну хочешь, я отправлю к ней бригаду? — спросил он. — Или кого-нибудь из старших родственников вызову?
— Вызови родственников, пусть займутся болезной, пока она чего страшного не натворила, - попросила я.
— Как скажешь, дорогая, — он обворожительно улыбнулся. — Удачи тебе, милая Агнета.
Он слегка поклонился и исчез, так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь лёгкий запах полыни и дыма. Я осталась одна в летней кухне, если не считать Прошку, который уже устроился около порога, вылизывая лапу с важным видом.
Я собрала потухшие свечи со стола, сунула колоду карт в карман, помыла чашки после гостя.
— Что, Прошка, скажешь? — обратилась я к коту.
Он громко фыркнул и, гордо задрав хвост, направился к двери.
Пламя в печи постепенно угасало, отбрасывая на стены длинные, извивающиеся тени. Я задумчиво провела рукой по столу, где ещё остались следы воска от свечи.
— Завтра.... — задумчиво прошептала я, собирая последние принадлежности.
Ветер за окном стих, но в тишине теперь отчётливо слышался скрип половиц на чердаке — будто кто-то тяжелый осторожно переступал с ноги на ногу. Прошка насторожил уши, но не проявил особого беспокойства.
Я потушила последнюю свечу и вышла на крыльцо. Вечер был тихим и спокойным. Где-то вдали, за степью, мерцал одинокий огонёк. Может быть, фонарь на дороге. А может, и нет.
— Ну что, Проша, — сказала я, почесывая кота за ухом, — завтра нас ждёт интересный денёк.
Кот мурлыкнул в ответ, но его жёлтые глаза внимательно осматривали двор. Он видел то, что было скрыто от моего взгляда.
Я вздохнула и направилась в дом. Завтра предстояло много работы.
Автор Потапова Евгения