Карим-абый принес пять крупных желтовато-коричневых куриных яиц величиной почти с утиные. Бабушка подложила их наседке. Вылупились три птенца, два яйца оказались бесплодными. Птенцы были вдвое больше обычных. Клушка водила своих птенцов и троих приемных «гулливеров». «Гулливеры» росли быстрее остальных и вскоре отделились от приемной семьи. Ходили они вместе: два петушка и курочка. Оперение петушков было яркое – оранжево-золотистого цвета, а у курочки наряд поскромнее – перышки светло-коричневого цвета с черными крапинками.
Я их подзываю:
– Цып-цып-цып, – и они подбегают ко мне, клюют семечки или зерно с ладони.
А еще сажусь на лавку у дома во дворе, подзываю «рыжих» цыплят, вытягиваю руку, и они запрыгивают на нее и сидят. Я руку медленно сгибаю и приближаю к себе. Птенцы оказываются у меня на коленях, я их поглаживаю и кормлю зернышками с ладони. Или они запрыгивают на лавку и сидят рядом со мной. Так постепенно птенцы стали ручными. Увидев меня, бегут скорее, а я им протягиваю ладонь с угощением.
Бабушка всех троих оставила на расплод для улучшения, укрупнения породы кур.
На следующий год по двору чинно разгуливали два красавца петуха ярко-оранжевого, золотисто-огненного оперения. А среди белых, черных, пестрых кур выделялась крупная, светло-коричневого цвета охры курочка. Она была спокойная характером, помнила меня, подходила клевать семечки с ладони.
Кроме кур во дворе обитают гуси и утки. Гуси, позавтракав, во главе с гусаком уходят пастись на зеленой лужайке, поплавать, понырять в озерке за огородами. Возвращаются они к обеду, извещая о своем приходе громким гоготанием. Гуси из домашних птиц – самые важные. Когда они не спеша кормятся, куры и утки не смеют подойти к кормушкам. Если какая-нибудь вороватая курица осмелится утащить корм из-под носа гусей, они вытягивают шеи и возмущенно прогоняют ее, а то и ущипнут. За гусями к кормушкам подходят утки и куры.
Утки более добродушные, ходят смешно, переваливаясь с боку на бок. Едят торопливо, взахлеб и то и дело бегают попить воды. Я беру на руки одного из утят, глажу его мягкие перья. Утенок вырывается и спешит к кормушке.
Наевшись, птицы спят, засунув клювы в перья, и лишь гусак, петух и селезень спят вполглаза. Они охраняют свои стаи и следят за проходящими мимо них. Если кто не понравится гусаку, он вытягивает шею и шипит, угрожая ущипнуть. Поспав, гуси уходят снова и возвращаются вечером на ночлег и поужинать.
И вот в один из дней селезень отличился храбростью.
Во двор залетел соседский петух. Он белого цвета, а хвост золотисто-желтый, гребешок – ярко-красный. Наш молодой огненно-рыжий петушок, увидев чужака, воинственно подбежал отогнать его от своего гарема. Петухи стали наскакивать друг на друга, распустив перья и хвосты. Соседский петух-задира начал одолевать нашего петушка. А другой петушок, его брат, в это время пасся далеко за огородом с несколькими курочками и пропустил разгорающуюся драму.
И тут селезень, увидев, что силы неравны и наш петушок отступает, вытянул шею, растопырил крылья и побежал ему на подмогу, схватил соседского петуха за хвост и оттащил от нашего золотого петушка. Пришлось соседскому петуху ретироваться, оставив на земле несколько длинных загнутых перьев, украшавших его хвост. А золотой петушок взлетел на плетень и громко прокричал: «Ку-ка-ре-ку!», провозгласив победу.
С тех пор соседский петух не осмеливался залетать на наш двор, понял, что у золотого петушка есть храбрый друг селезень. А вместе они – сила.
Автор: Люция Камаева
Журнал "Бельские просторы" приглашает посетить наш сайт, где Вы найдете много интересного и нового, а также хорошо забытого старого.