Это был её брат. Вася.
Он носил её на руках, гладил по голове, играл, защищал.
Он смотрел на неё так, как никто больше не смотрел. Он был тем, ради кого хотелось жить. А потом — исчез.
Оставил только боль, пустоту… и вечную вину. Она не помнила день его ухода.
Но каждую клеточку тела будто сжало с тех пор.
«Я не успела… Я не спасла…» Сначала — лесная избушка с зелёной крышей, где было тихо и безопасно.
Затем — мамины тяжёлые глаза и таблетки, которые она глотала молча.
И брат, сжавший её на руках, когда мама не просыпалась.
Вася тоже был ещё ребёнком. Но уже тогда что-то в нём замкнулось. А потом — похороны.
Тело. Люди в чёрном. Она маленькая. Кричит. Тянет руки.
А её держат. Не подпускают.
«Я хочу к нему!» — но все взрослые молчат.
И в тот момент она как будто умерла вместе с ним. Он был тем, кто любил.
Тем, кто принимал её, слышал, чувствовал. И когда он ушёл, она решила — любить опасно. Она не позволяла себе близость. Радость. Спокойствие.
Будто бы за это надо платить.