В прокуренном баре, где братья по духу,
Где хром и железо слились в полумгле,
Она не боится ни сплетни, ни слуха —
Хозяйка на этой ревущей земле.
В косухе потёртой, в тяжёлых ботинках,
С мальчишеской стрижкой, со взглядом прямым,
Она — королева на пыльных картинках,
А байк её — верный стальной побратим.
Подруги в сторонке ей шепчут с досадой,
Завидуя силе и воле шальной.
Она же летит над ночной автострадой,
Обвенчана с ветром и бледной луной.
Её уважает суровое братство,
Ей жмут на прощанье ладони в пыли.
Она презирает и лесть, и богатство,
Ей нужен лишь гул уходящей земли.
Но есть в этом мире один только парень,
Чей взгляд для неё — как далёкий маяк.
Спокойный, угрюмый, немного печален,
Он смотрит сквозь душу её, просто так.
Он видит в ней друга, сестру по дороге,
Не видя девчонки в броне из свинца.
И все её бури, и все её боги
Смиряются видя его у крыльца.
И ночью, когда затихают моторы,
И только цикады нарушат покой,
Она забывает про скорость и споры,
И хочет побыть беззащитной, простой.
Снять кожу, как панцирь, что душу изранил,
И просто прижаться к стальному плечу...
Но он её, дерзкую, вовсе не ранил.
Он просто не видит. И я промолчу.