Найти в Дзене

О том, что называют любовью к себе (и почему это не всегда то, чем кажется)

Иногда мне кажется, что само выражение «любить себя» стало настолько затёртым и обесцененным, что больше сбивает с толку, чем помогает — оно звучит слишком знакомо, чтобы останавливаться и действительно задумываться о смысле, а потому часто проносится мимо, как фраза из чьей-то книжки, прочитанной в спешке и забывшейся к вечеру. Мы произносим это как рекомендацию: попробуй полюбить себя — как будто это действие, которое можно совершить, как уборку или утреннюю зарядку. Мы говорим об этом как о цели, к которой надо стремиться, но редко замечаем, что за этими словами почти всегда прячется гораздо более тонкая и пронзительная надежда — быть с собой в мире хотя бы ненадолго. Мы всё время слышим: «Полюби себя», но кто именно кого должен полюбить? Я — себя? Но я ведь — не объект, не другой человек. Я не могу сделать из себя кого-то, кого можно любить как другого.  Мы не можем быть объектом собственного вожделения, мы – это переживающее сознание, чувствующее изнутри. Любить себя как объе

Иногда мне кажется, что само выражение «любить себя» стало настолько затёртым и обесцененным, что больше сбивает с толку, чем помогает — оно звучит слишком знакомо, чтобы останавливаться и действительно задумываться о смысле, а потому часто проносится мимо, как фраза из чьей-то книжки, прочитанной в спешке и забывшейся к вечеру.

Мы произносим это как рекомендацию:

попробуй полюбить себя — как будто это действие, которое можно совершить, как уборку или утреннюю зарядку.

Мы говорим об этом как о цели, к которой надо стремиться, но редко замечаем, что за этими словами почти всегда прячется гораздо более тонкая и пронзительная надежда — быть с собой в мире хотя бы ненадолго.

Мы всё время слышим: «Полюби себя»,

но кто именно кого должен полюбить?

Я — себя? Но я ведь — не объект, не другой человек. Я не могу сделать из себя кого-то, кого можно любить как другого. 

Мы не можем быть объектом собственного вожделения, мы – это переживающее сознание, чувствующее изнутри. Любить себя как объект можно только лишь разделившись надвое. И возникает вопрос: а что тогда вообще значит любить себя? Как вы думаете? 

Я заметила, что обычно люди, когда говорят, что они хотят научиться себя любить, говорят лишь о стремлении перестать быть объектом собственной жестокости. Они хотят перестать отвергать ту уязвимую часть себя, которая просит понимания и нежности, хотят принять наконец голос, который дрожит и боится, хотят перестать считать эту часть себя постыдной. И в этой постоянной внутренней войне между требовательным критиком и прячущимся ребёнком рождается безжалостное самоосуждение, которое не даёт ни покоя, ни покаяния, лишь непрерывное чувство чуждости самому себе. Нелюбовь. 

И прежде чем прийти к принятию,

прежде чем начать чувствовать тепло от собственного присутствия, нужно выжить под напором всех тех лет, в которых мы были вынуждены себя обманывать, прятать, отталкивать, отказываться от того, что чувствовали, и делать вид, что нам не больно — только бы сохранить хоть какую-то связность, хоть какую-то возможность быть среди других, даже если ради этого приходилось оставлять себя где-то по пути.

Любовь – это связь. Самая суть любви – связывать между собой. И тогда «полюби себя» можно перевести как «ощути связь». Когда эта связь есть, не нужны никакие утешительные слова, не нужны похвалы и подбадривание себя, это всё оказывается лишним и ненужным. Любовь к себе – это переживание себя в сопричастности с чем-то неохватным и всеобъемлющим, это свет и тишина внутри, это ощущение себя важной частью жизни, ощущение собственного смысла, радость, наслаждение и внутренней покой. Любовь может принимать самые разные формы, но в каждой из них звучит одно и то же: я есть, и этого достаточно

А как чувствуете любовь к себе вы?