На фотографии 1921 года три ирландские женщины стоят на Юнион Джеке — британском флаге и символе британской оккупации. На каждой из них мягкая, тёплая, кепка с плоскими полями и длинное пальто с поясом — практичная одежда, чтобы слиться с местностью во время поездок и засад в сельской местности. Все они вооружены длинными винтовками, скорее всего Lee–Enfield .303 SMLE — самой распространённой винтовкой в Ирландии того времени, — а под пальто у них могли быть спрятаны и более мелкие пистолеты.
Держа винтовки вертикально, стволами вверх, прижатые к щекам, три женщины дерзко улыбаются в камеру, положив руки на середину приклада. Первая женщина слева — Мэй Бёрк. Вторая — 24-летняя Этни Койл (Eithne Ní Chumhaill на ирландском). Третья — Линда Кернс МакУинни, ей было 33 года. Снимок был сделан в Дакеттс-Гроув — учебном лагере ИРА в графстве Карлоу. Три женщины незадолго до этого сбежали из тюрьмы Маунтджой.
Ирландский женский совет
Мэй Бёрк, Этни Койл и Линда Кернс были членами «Кумман на мБан» — по-ирландски «Женский совет». Эта организация, исключительно женская, была основана в ирландской столице в 1914 году; два года спустя она стала вспомогательным корпусом Ирландских добровольческих сил (IVF). Спустя четыре года «Кумман на мБан» насчитывал около 300 филиалов по всей стране.
К этому времени IVF превратился в ИРА — Ирландскую республиканскую армию — и ирландки присоединились к своим товарищам-мужчинам в борьбе за независимость Ирландии, свободной от культурного и экономического ярма британской короны. На этот раз их пол сыграл им на руку: в Ирландии 1920-х годов, как и в Северной Ирландии 1970-х, женщин реже останавливали, обыскивали и арестовывали британские полицейские и солдаты, чем мужчин.
В результате женщины могли легче переносить донесения, тайно перевозить оружие через вражеские линии и ухаживать за ранеными или скрывающимися добровольцами, особенно после введения Акта о восстановлении порядка в Ирландии (ROIA) в августе 1920 года. Некоторые из этих женщин были владелицами магазинов и собирали средства для дела. Другие работали в ресторанах, украдкой подслушивая разговоры британских солдат и собирая ценную информацию о передвижении войск, планируемых рейдах и военном оборудовании.
Как сказала Хелен О’Киф:
«Информация была жизненно важным ресурсом, и республиканки — организованные и неорганизованные — составляли стальной хребет коммуникаций ИРА и её разведывательной сети».
Пег Дагган из Корка и Эйлин МакГилликадди из Касл-Айленда (графство Керри), например, прятали оружие ИРА в тайных комнатах, а потом доставляли его другой роте — по два револьвера за раз, перевозя их в колясках или под пальто, бросая вызов британским властям на своих собственных условиях. Пег Флэнаган управляла важным рестораном на Паркгейт-стрит в Дублине и
«из-за его близости к полицейскому депо RIC в Феникс-парке, станции Кингсбридж (ныне Хьюстон) и казармам Ройал (Коллинз) большинство её клиентов составляли представители коронных войск, от которых она добывала ценную информацию для Дублинской бригады». — Хелен О’Киф
На горной дороге из Слайго в Баллимот
А вот Мэй Бёрк, Этни Койл и Линда Кернс МакУинни. Ночью 20 ноября 1920 года Линда Кернс (первая женщина справа на фото 1921 года) ехала из Слайго в Баллимот. Она выбрала горную дорогу, так как вероятность встретить британский блокпост там была меньше, особенно холодной и дождливой ноябрьской ночью. С ней ехали три добровольца ИРА. Машина была набита винтовками, револьверами и боеприпасами.
Совместный отряд «Чёрно-подтянутых» (Black and Tans — про-британские ирландские штурмовики) и Королевской ирландской полиции (RIC) застал их на дороге и арестовал Линду. Её отправили в тюрьму Слайго и приговорили к десяти годам каторжных работ. Затем её перевели в тюрьму Уолтон в Ливерпуле, через Ирландское море. Там она объявила голодовку, отказываясь отбывать срок в британской тюрьме. Через десять дней британские власти позволили перевести её обратно в Ирландию.
Этни Койл также была арестована 1 января 1921 года. Её приговорили к трём годам в тюрьме Маунтджой. Её семья родом из Киллульта в ветреном и дождливом графстве Донегол — одном из графств, ставших пограничными с образованием Северной Ирландии. Её отец Чарльз Койл был ветераном земельной войны, но умер вскоре после её рождения. Её брат Донал Койл вскоре стал добровольцем ИРА и служил в 1-й Северной дивизии. Также добровольцем ИРА был её будущий муж Бернард О’Доннелл, с которым она познакомилась в 1918 году и вышла замуж в июле 1935-го.
31 октября неподалёку от тюрьмы проходил футбольный матч. Линда Кернс, Этни Койл, Мэй Бёрк и другая заключённая, Айлин Киог, увидели свой шанс и воспользовались им. Одни говорят, что сочувствующий надзиратель оставил дверь открытой. Другие утверждают, что кто-то передал заключённым поддельный ключ и верёвочную лестницу. Четверым женщинам удалось выбраться из тюрьмы. Снаружи их ждали машины. Они сели, и их товарищи-республиканцы увезли их.
Кернс, Бёрк и Койл прятались в Дакеттс-Гроув, графство Карлоу, больше года, до подписания Англо-ирландского договора — просто «Договора», как его обычно называют, — 6 декабря 1921 года. Именно здесь, незадолго до 6 декабря, и была сделана фотография, на которой они стоят вместе на британском флаге, с винтовками, в мягких кепках и длинных пальто с поясами.
Менее чем через два года Этни Койл останавливала поезда, идущие из Белфаста, направляя на них оружие. Она уничтожала их груз в рамках антисоглашенческого республиканского бойкота товаров из Белфаста. Когда её арестовали, она объявила голодовку в знак протеста против отсутствия женского персонала в тюрьме в Донеголе, где её держали. В конце 1923 года её снова посадили в Маунтджой, и она снова объявила голодовку.
К тому времени Линда Кернс ездила по Канаде и Австралии, собирая средства для республиканского дела. Ярая противница договора, она работала медсестрой и собственными пальцами зажимала перерезанную артерию Катала Брюха во время обстрела отеля Хаммам на Аппер-Саквилл-стрит в Дублине в июле 1922 года, в разгар Гражданской войны в Ирландии.
О третьей женщине на фото, Мэй Бёрк, первой слева, известно немногое. Её имя сохранилось в истории благодаря чёрно-белой фотографии, сделанной более ста лет назад в графстве Карлоу, и двум женщинам, стоящим рядом с ней.
Эти женщины взялись за оружие не потому, что были наивны или искали приключений, и не потому, что за ними стояли мужчины, держащие за ниточки. Они прекрасно понимали социальное и экономическое неравенство, вызванное многовековым колониализмом и оккупацией. Их действия были политически мотивированы так же, как и поступки их соратников-мужчин, и пришло время рассказывать их истории.