Валентина Ивановна, несмотря на седину в аккуратно уложенной прическе и морщинки у добрых глаз, двигалась с энергией, которой позавидовали бы многие ее сверстницы в шестидесяти пяти лет.
В ее квартире пахло пирогами и детством. На столе, рядом с вазой с полевыми цветами, лежал свежий номер журнала по моделированию – подарок внуку Дмитрию.
Из гостиной слышался смех тринадцатилетнего мальчика и его восьмилетней сестры.
Они в который раз пытались собрать сложный космический корабль из нового конструктора.
Бабушка Валя, как они ее называли, бегала туда-сюда, подбадривая и незаметно направляя маленькие пальчики Кати.
- Вот эту детальку, солнышко, попробуй повернуть. Видишь, пазл? Давай, у тебя получится!
- Ой, бабуля, правда! Смотри, Дима, я почти пристыковала модуль! - радовалась девочка.
- Круто, Кать! Бабушка, а ты уверена, что этот двигатель так должен крепиться? В схеме вроде по-другому...
Неожиданно дверь открылась, и в квартиру вошла невестка Юлия. За ней следом, с привычной легкой недовольной гримасой, вошла сватья.
- Привет всем! Что, уже покоряете галактику? Валентина Ивановна, купила ваших любимых слив для пирога, - радостно сообщила женщина.
- Юлечка, спасибо! Пойдем, поможешь разобрать? Дима, Катя, минутку отдыха, потом продолжим, - громко крикнула свекровь.
- Бабуля, а можно я тоже с вами? Я умею сливы мыть! - внучка стала липнуть к бабушке.
- Конечно, помощница моя! Идем, - Валентина Ивановна погладила девочку по жиденьким волосикам.
Дети последовали за бабушкой и мамой на кухню, оставив Нину Сергеевну одну в гостиной.
Она медленно обвела взглядом комнату: новый большой телевизор, современный игровой ноутбук на столе Дмитрия, дорогой конструктор на полу, коробка от фирменного платья Кати, выглядывающая из-под стола.
Ее тонкие губы от раздражения сжались. Снова сватья "покупала" внимание внуков.
- Мама, а ты чего сидишь? Чай будешь пить? Валентина Ивановна пирогов напекла, - Юлия заглянула в гостиную.
Нина Сергеевна непроизвольно приняла измученный вид умудренной опытом женщины.
- Юленька, я вот смотрю на все это... и сердце болит. Твоя свекровь совсем детей избаловала...
- Валентина Ивановна? Да она просто их очень любит, и они ее тоже обожают, - улыбнулась дочь.
- Любит? Дорогая моя, не будь наивной. Это не любовь, это расчет. Детская, конечно, но расчет. Смотри сама: кто каждые выходные привозит им горы подарков? Кто покупает последние айфоны и ноутбуки? Кто финансирует эти их кружки? Валентина Ивановна! А детишки не дураки, они чувствуют, откуда ветер дует. Вот и льнут к "бабушке-золотой рыбке", - Нина Сергеевна: саркастично фыркнула. - Любовь... Какая там любовь! Это чистый меркантилизм...
- Мама, это жестоко. Валентина Ивановна не покупает их любовь. Она просто... дарит им радость, и они отвечают искренней привязанностью. Ты видела, как они с ней возятся, как рассказывают ей все секреты? - искренне возмутилась Юлия.
- Вижу. Вижу, как они возятся вокруг источника денег. А секреты? Да они ей рассказывают то, какие подарки еще хотят получить! Поверь мне, я жизнь прожила. Дети любят того, кто им потакает и осыпает подарками, а настоящая любовь, она без побрякушек? Ее проверять надо. Вот если бы Валентина Ивановна вдруг стала бедной... посмотрела бы ты, как быстро внуки охладеют к ней, - уверенно проговорила Нина Сергеевна, считая себя абсолютно правой.
Юлия хотела возразить, но в этот момент на кухне раздался звонкий смех Кати и ласковый голос Валентины Ивановны.
Дмитрий забежал в гостиную за телефоном и невольно услышал последние слова Нины Сергеевны.
Его лицо, обычно спокойное, нахмурилось. Он молча взял телефон и собрался уходить, но Нина Сергеевна его окликнула.
- Димочка, иди сюда, милый. Скажи честно бабушке Нине: ты бабушку Валю за что больше всего любишь? За подарки, да? За новый ноутбук и этот конструктор?
- Нет, - возмущенно проговорил мальчик.
- Ну что ты! А за что же? Она ведь только и делает, что балует вас! - Нина Сергеевна притворно удивилась.
- Она нас понимает. Вот за что. Когда я с ней говорю о космосе или о моделях, она не отмахивается, как некоторые (он едва заметно кивнул в сторону Нины Сергеевны). Она слушает. И ей правда интересно! Она помнит, что я люблю "Стар Трек", а Катя – единорогов. Она учит меня печь фирменный яблочный пирог, а не просто покупает его в магазине. И когда мне было очень паршиво после провала на олимпиаде, она не говорила "ну ничего, купим тебе что-нибудь". Она просто обняла и сказала, что я молодец, что старался, и главное не победа, а участие! И мы потом весь вечер пили чай с вареньем и смотрели старые комедии. Вот за что я люблю бабу Валю! - возмущенно выпалил внук.
Слова Димы услышала не только Юлия и Нина Сергеевна, но и Валентина Ивановна с Катей, которые пришли на громкие голоса.
У бабушки на глазах заблестели слезы. Катя, не поняв всего, но почувствовав напряжение, подбежала к Валентине Ивановне и обняла ее за ногу.
- Я бабушку люблю потому что она самая теплая и пахнет пирогами, и васильками! И когда я боюсь темноты, она всегда разрешает мне спать с ней, и рассказывает сказки про принцесс, которые сами всего добиваются! И она никогда не кричит! Никогда!
Нина Сергеевна сидела, словно окаменев. Ее теория трещала по швам под напором детской искренности.
- Вот видишь, мама? Любовь нельзя купить. Ее можно только заслужить. Добротой, вниманием, временем, - тем, что ты есть, а не тем, что ты даешь, - нравоучительным тоном проговорила Юлия.
Валентина Ивановна подошла к внуку и тихим, дрожащим голосом проговорила:
- Спасибо, Димушка. Лучшего подарка... я и пожелать не могла.
- Да ладно, бабушка... Пойдем лучше модуль Кате поможем пристыковать, а то она без нас точно запутается.
- Запутаюсь! Запутаюсь обязательно! Бабуля, иди скорее! - девочка потянула Валентину Ивановну за руку к конструктору.
Нина Сергеевна молча посмотрела на радостную троицу. На нахмуренном лице было что-то новое – не злость, а скорее растерянность и, возможно, тень стыда.
Она увидела не расчет, а ту самую настоящую любовь, в существование которой не верила.
Однако это осознание тут же снова подверглось большому сомнению. Нина Сергеевна не могла понять, почему внуки не бегают так возле нее.
Отозвав дочь на кухню, она прямо в лоб задала ей этот вопрос. Юлия не стала ничего скрывать и сказала все, что думала:
- Потому что ты не хочешь с ними общаться, не хочешь играть или чему-то учить. Для тебя фотографии в месяц, которую ты выставляешь в социальной сети, вполне достаточно, а Валентина Ивановна не такая...
- А какая она? Вся из себя добренькая? - резко перебила ее мать. - Не верю я ни в какую любовь. Да и свекровь твоя... просто хочет быть хорошей, поэтому подлизывается к тебе и внукам!
- Для чего ей это нужно? Не подскажешь? Я вот не вижу сто фотографий у нее в социальных сетях с Димой и Катей. Зато вижу, как она играет с детьми, как они ее искренне любят...
- Ой, ой, ой! - Нина Сергеевна грубо перебила дочь. - Сейчас расплачусь прямо! Я не должна жертвовать своим временем ради внуков!
- Тогда чего ты хочешь? Стыдно признать, что дети больше любят Валентину Ивановну? - с вызовом бросила Юлия.
Женщина покраснела до кончиков волос то ли от стыда, то ли от гнева. Потом она сжала губки в тонкую линию.
- Вижу, что сватья моя, довольно хитрая женщина, и купила не только детей, но и тебя! - покачала головой Нина Сергеевна. - Мне противно смотреть на эту слащавость.
- Тогда уходи. Тебе внуки все равно в тягость. Зачем ты вообще со мной пошла? Наверное, фотографию захотела в социальной сети обновить? - язвительно поинтересовалась Юлия.
Мать нахмурилась и, не прощаясь, поспешила на выход. Спустя пару секунд за ней захлопнулась входная дверь.
Нина Сергеевна обиделась на слова дочери и на то, что та встала на сторону свекрови, не поддержав ее идею о том, что Валентина Ивановна "купила" любовь детей подарками.