— Милый, я забронировала столик в "Парадизе" на завтра на восемь! Как раз после фильма успеем, — выпалила я, входя в кабинет.
Костя, мой муж, оторвался от экрана ноутбука, где корпел над какой-то презентацией.
— Отлично! Давно мы никуда не выбирались, начали обрастать плесенью домашнего уюта, — улыбнулся он, и я увидела в его глазах искреннюю радость.
Я обняла его за шею.
— Иногда так приятно просто валяться на диване… Но сегодня у нас свидание. Надень ту новую синюю рубашку, помнишь, я тебе купила?
— А ты — красное платье. Оно тебе безумно идет, — подмигнул он.
В этот момент раздался звонок в дверь.
— Мы ведь никого не ждем? — удивилась я.
— Вроде нет. Понятия не имею,кто это? — пожал плечами Костя и пошел открывать.
Пока он открывал, я загуглила отзывы о "Парадизе". Вроде, хвалили.
Внезапно до меня донесся женский голос, какой-то знакомый, и удивленный возглас Кости.
На пороге стояла Галина Петровна, Костина мама, с огромной баульной сумкой в руках.
— Сюрприз! Решила навестить вас, соскучилась! — провозгласила она, триумфально входя в квартиру.
Галина Петровна сразу же устремилась ко мне.
— Здравствуй, доченька! Что это ты совсем перестала за собой следить? Хоть бы перед мужем приоделась! — Она окинула мою толстовку и джинсы презрительным взглядом.
Я натянуто улыбнулась.
— Мы гостей не ждали, у нас другие планы были…
Свекровь уже шла на кухню, а Костя, вздыхая, тащил ее неподъемный чемодан.
— Я вам столько всего привезла! Варенье смородиновое, пирожки с яблоками… Ой-ой-ой, а что это у вас на кухне творится? — Она окидывала кухню критическим взглядом, замечая каждую пылинку, каждую каплю на плите.
— Жалюзи давно пора помыть. Совсем жена за хозяйством не следит! — упрекнула она Костю.
— Мам, мы оба работаем. Не всегда успеваем, — попытался оправдаться Костя.
— На все можно найти время! — назидательно заявила Галина Петровна.
Переглянувшись с мужем, я робко спросила:
— А надолго вы к нам, Галина Петровна?
— Поживем, увидим. Может, недельку. Одной дома скучно, — уклончиво ответила она, выгружая из сумки бесчисленные банки и пакеты.
— Детей нет, чистоты нет… Все работаете, работаете.
Я сдержала острый ответ, наблюдая, как свекровь хозяйничает на моей кухне.
Вечер испорчен.
— Кость, пойдем в спальню, нужно поговорить, — прошептала я, отводя мужа в комнату.
— Это что вообще такое? У нас же кино, кафе…
Костя выглядел растерянным.
— Я сам в шоке. Потерпи, ладно? Я завтра с ней поговорю.
— Ага, пойдем в кино с мамой, — саркастически ответила я.
— Ну, кино придется отменить, — вздохнул он.
Из кухни донесся голос Галины Петровны:
— Дети! Идите сюда, помогайте ужин готовить!
Субботнее утро началось в семь тридцать от оглушительного грохота кастрюль на кухне.
Костя, как убитый, спал рядом.
— Костя! Обрати внимание на маму! Она уже тут все переделывает! — прошипела я, тряся его за плечо.
— Потерпи, она ненадолго, — пробурчал он сквозь сон.
Не в силах больше уснуть, я поплелась на кухню.
Галина Петровна, самозабвенно драила чашки из шкафа, приветствовала меня:
— А вот и наша хозяюшка! Решила тут все прибрать, а то на чашках налет!
— Они чистые, — попыталась я возразить.
Свекровь скептически приподняла бровь.
— А завтрак мужу готовишь по утрам?
— Мы оба готовим. Кто первый встал, — ответила я.
Галина Петровна закатила глаза.
— В наше время жена всегда кормила мужа! Эх, молодежь… — Она начала перекладывать столовые приборы, приговаривая:
— Их нужно хранить отдельно. Непорядок!
Я молча пила кофе, стараясь не ввязываться в скандал.
— Холодильник у вас почти пустой! Чем ты Костю кормишь? Одними полуфабрикатами! — продолжала критиковать свекровь. — Сегодня поедем в магазин, я тебе покажу, что нужно покупать.
В этот момент на кухню вошел сонный Костя.
— Сыночек! Я тебе сейчас сырники приготовлю, твои любимые! С вареньем из смородины! — радостно объявила Галина Петровна.
Я отвернулась к окну.
Все мои планы на выходной полетели в тартарары.
— Алина, что это ты все еще в халате ходишь? Неприлично так перед мужчинами! — заметила Галина Петровна.
— Это мой мужчина, и мы дома, — спокойно ответила я.
— Женщина всегда должна выглядеть хорошо! Костя, тебе не кажется, что у вас на кухне нужно навести порядок? — не унималась свекровь.
Костя попытался возразить, но она его не слушала.
Я громко поставила чашку на стол.
— Моя работа не мешает мне поддерживать порядок в доме. Мы с Костей прекрасно справляемся сами.
Свекровь фыркнула.
— Ну, позавтракаем, а потом решим, чем займемся сегодня.
— У нас планы, — попыталась вставить я, но Галина Петровна перебила:
— Костя, помоги мне с компьютером! Я тебе фотографии покажу, которые привезла.
Костя виновато посмотрел на меня и согласился.
Я поджала губы.
Мой муж готов был посвятить свой выходной капризам своей матери, даже не посоветовавшись со мной.
К вечеру субботы мое терпение было на исходе.
День прошел под аккомпанемент бесконечных критических замечаний свекрови.
Она успела перебрать все кухонные шкафы, расставить книги на полках и прокомментировать, как неправильно я стираю вещи.
Хуже всего было видеть, как Костя покорно выполнял все поручения матери, почти не замечая моего раздражения.
Он помог ей настроить все программы, распечатал фотографии и поехал с ней в магазин, оставив меня дома готовить ужин.
Вернувшись с покупками, Галина Петровна безапелляционно заявила, что сегодня ужин готовит она, а я могу просто посидеть и посмотреть, как это делается правильно.
А потом был ужин.
Вечер окончательно был скомкан.
Шел самый ужасный день в моей жизни.
В доме поселился тиран.
За ужином Галина Петровна занимает главенствующее место за столом и продолжает критиковать меня.
Она заводит разговор о детях, хотя это щекотливая тема для нас с Костей, которые решили отложить этот вопрос.
Свекровь обвиняет меня в том, что я ставлю карьеру выше семьи и не хочу рожать детей.
Она сравнивает меня с невесткой своей соседки, которая успевает и работать, и воспитывать детей, и ублажать мужа.
— А вот у Зиночки из третьего подъезда, муж на руках носит! Троих родила, и все при ней. А ты все по офисам скачешь, юбку некогда надеть! — выпалила она, жуя салат.
Я закусила губу, чтобы не сорваться.
Костя молчал, уткнувшись в тарелку.
В конце ужина свекровь заявляет, что останется у нас на неделю или две, чтобы научить меня, как должна вести себя настоящая жена.
— И вообще, что это за тряпки? Платье с голой спиной! Ты же замужем! Ты позоришь моего сына! — гремела она.
Я почувствовала, как кровь прилила к лицу.
— Это мое личное дело, что мне носить!
Костя наконец поднял голову.
— Мам, ну что ты начинаешь…
Но Галина Петровна его перебила:
— Замолчи! Я лучше знаю, что нужно твоей жене! — Она повернулась ко мне:
— Вот поживу у вас, научу тебя хозяйству, женским хитростям. А то Костя совсем исхудал с тобой!
На следующее утро я застаю Галину Петровну в нашей с Костей гардеробной.
Свекровь гладит и развешивает мои вещи, критикуя мое умение гладить.
Я возмущена тем, что Галина Петровна роется в моих личных вещах.
Свекровь отвечает, что она имеет право знать, как живет ее сын, и что, по ее мнению, он живет не очень хорошо с неухоженной женой и в неуютном доме.
— Да ты гладить-то не умеешь! Посмотри, какие заломы! Я сейчас тебе покажу, как надо! — ворчала она, выхватывая из моих рук утюг.
— Галина Петровна, это мои вещи! Какое вы имеете право?! — возмутилась я.
— Я мать твоего мужа! Я должна знать, в чем он ходит! А ходит он, между прочим, в мятом! — ответила она, не поднимая головы.
Галина Петровна заявляет, что останется у них до следующей субботы, чтобы научить Алину, как правильно заботиться о муже.
Она говорит, что поговорила с Костей, и он не против.
Алина потрясена тем, что Костя согласился на это, не посоветовавшись с ней.
Свекровь также сообщает, что приготовила Косте на завтрак его любимую яичницу с колбасой, которую Алина ему не готовит.
— Костенька мой, совсем изголодался по домашней еде! Я ему с утра яишенку с колбаской сделала, как он любит! — заявила она с довольной улыбкой.
Я вскипела.
— Я слежу за его здоровьем! Ему нельзя колбасу!
— Да что ты понимаешь! Он же мужчина! Ему нужна сила! — отрезала свекровь.
Алина выходит из себя и требует, чтобы Галина Петровна уехала сегодня же.
Свекровь возмущается таким тоном и заявляет, что она мать Кости и имеет право остаться.
— Вы мне не мама, а мать моего мужа, и находитесь у меня в квартире! Так что ещё слово, и будете ночевать на лестничной площадке! — Вон из моего дома! Сейчас же! Я вызываю такси! — закричала я.
— Да как ты смеешь! Я мать твоего мужа! Ты обязана меня уважать! — взвизгнула Галина Петровна.
— Не обязана! Это мой дом! И я здесь хозяйка! — ответила я, дрожа от ярости.
В этот момент в кухню входит Костя и спрашивает, что происходит.
Галина Петровна жалуется, что Алина ее выгоняет.
Алина объясняет Косте, что его мать роется в ее вещах, критикует ее и заявляет, что останется на неделю, и что он дал на это согласие.
Костя признается, что не стал возражать против приезда матери.
— Костя, сделай что-нибудь! Она роется в моих вещах! Она меня оскорбляет! И ты позволил ей остаться на неделю, не спросив меня?! — выпалила я, глядя на мужа полными слез глазами.
— Ну, она же моя мама… Я не мог ей отказать…
Алина упрекает Костю в том, что он нарушил свое обещание поговорить с матерью об отъезде и вместо этого пригласил ее остаться еще на неделю.
Костя говорит, что она его мать, и он не может ее выгнать.
Галина Петровна вмешивается и говорит, что Костя нормальный сын, в отличие от современных мужчин.
— Ты обещал с ней поговорить! Ты обещал, что она не будет у нас командовать! Ты опять поставил ее выше меня! — кричала я.
— А что я могу сделать? Она же моя мама! — оправдывался Костя.
Галина Петровна торжествующе посмотрела на меня.
— Вот видишь, Алинка? Костя — настоящий сын! Он меня не бросит!
Костя неожиданно резко говорит матери замолчать.
Он говорит, что Алина права, что Галина Петровна приехала без предупреждения, нарушила их планы и пытается установить свои порядки.
Он заявляет, что выбирает сторону своей жены и что она не останется на неделю.
Он говорит, что вызовет ей такси до вокзала сегодня вечером.
— Мам, хватит! Алина права. Ты приехала без приглашения, устроила здесь балаган и лезешь в нашу жизнь. Я люблю тебя, но это переходит все границы, — твердо произнес Костя.
— Я в ужасе, Костя ты выбрал сторону "выскочки", которая даже не…
— Замолчи! Она не выскочка, а моя жена!
— Ты еще пожалеешь не раз,что не поддержал меня, попомни мое слово!
Костя подошел к матери, опустил руки ей на плечи и сказал, что любит ее, но это их с Алиной квартира, и они имеют право решать, кто и сколько времени в ней проводит.
— И, я настаиваю, что бы в следующий раз ты предупреждала о своем приезде заранее.
Галина Петровна говорит, что не будет никакого следующего раза, и уходит из кухни.
— Ты пожалеешь, Костя! Она тебя околдовала! Ты еще вспомнишь мои слова! — крикнула она, уходя.
Костя тяжело вздохнул.
— Я люблю тебя, мам, но я люблю и Алину. И я не позволю никому разрушать нашу семью.
Через час Галина Петровна стоит в прихожей с чемоданом.
Костя вызывает ей такси и предлагает проводить до вокзала, но она отказывается.
Она говорит, что Костя сделал свой выбор, и надеется, что он не пожалеет об этом.
Костя отвечает, что не пожалеет.
— Ты сделал свой выбор, Костя. И ты еще будешь об этом жалеть. Она тебя еще бросит, а я всегда буду рядом, — бросила она напоследок.
Костя покачал головой.
— Я надеюсь, что нет. А если и так, это будет мой выбор. А сейчас, прощай, мам.
Я молча смотрела на эту сцену, чувствуя облегчение и благодарность Косте.
Он выбрал меня.
Он выбрал нашу семью.
И это было самое главное.
Когда за ней закрылась дверь, Костя обнял меня.
— Прости меня, милая. Я не должен был позволять ей так себя вести.
Я прижалась к нему.
— Все хорошо. Главное, что ты со мной.
— Так что, насчет "Парадиза"? Может, еще успеем? — спросил он, улыбаясь.
Я улыбнулась в ответ.
— Конечно. Только сначала переоденусь.