Найти в Дзене
1520. Все о путешествиях

«Плацкарт, жара и девять часов дороги. А сосед включил сериалы без наушников»

Современные технологии нас добьют. Не в смысле прогресса – он сам по себе хорош. А в смысле того, как мы этим прогрессом пользуемся. Вот взять, к примеру, обычную поездку в поезде. Москвa – Воронеж, девять часов в плацкартном вагоне. Думаешь отдохнешь, а начинаешь бороться с попутчиками за право ехать в тишине. Текст прислан читательницей Ольгой. Я ехала в одиночку, билеты в СВ и купе были уже дорогими, сидячие места закончились, а тут – дневной рейс, решила потерпеть. Тем более думала: днем все читают, слушают что-то в наушниках или просто смотрят в окно. Никаких особых неудобств. Поезд отправился около восьми утра. В вагоне жара – июль, южное направление, кондиционер вроде бы был, но то ли он не работал совсем, то ли не справлялся. Кто-то сразу достал вентилятор, кто-то веер, большинство просто сидели и обмахивалось чем придется. Первые два часа прошли по стандартному сценарию: – Девушка, это ваше место? – Что-то мне белье не дали. – Пойду за стаканом. – А кипяток уже нагрелся. – Что
Оглавление

Современные технологии нас добьют. Не в смысле прогресса – он сам по себе хорош. А в смысле того, как мы этим прогрессом пользуемся. Вот взять, к примеру, обычную поездку в поезде. Москвa – Воронеж, девять часов в плацкартном вагоне. Думаешь отдохнешь, а начинаешь бороться с попутчиками за право ехать в тишине.

Текст прислан читательницей Ольгой.

Я ехала в одиночку, билеты в СВ и купе были уже дорогими, сидячие места закончились, а тут – дневной рейс, решила потерпеть. Тем более думала: днем все читают, слушают что-то в наушниках или просто смотрят в окно. Никаких особых неудобств.

Поезд отправился около восьми утра. В вагоне жара – июль, южное направление, кондиционер вроде бы был, но то ли он не работал совсем, то ли не справлялся. Кто-то сразу достал вентилятор, кто-то веер, большинство просто сидели и обмахивалось чем придется.

Первые два часа прошли по стандартному сценарию:

– Девушка, это ваше место?

– Что-то мне белье не дали.

– Пойду за стаканом.

– А кипяток уже нагрелся.

– Что-то очередь в туалет длинная.

Проводник, парень лет двадцати пяти, явно уже привыкший ко всему, лениво протискивался между сумками, которые еще не все убрали с проходов. Пассажиры начали устраиваться: кто-то сразу лег, кто-то сел с книгой, а кто-то, как я, просто молча смотрел в окно и пытался не расплавиться.

-2

Напротив меня ехал мужчина лет сорока пяти. Обычный – в футболке, с полиэтиленовым пакетом, без особого багажа. Он сразу положил телефон рядом, сел, достал банку энергетика и начал жевать бутерброд. Через полчаса он вытянул ноги и, не предупредив, включил сериал.

Без наушников.

Громко. На полную громкость. И нет, это не был какой-то легкий фоновый фильм – это был сериал про ментов.

«Я так привык»

Ревущая сирена, голоса с напряжением и фальшивой интонацией, музыка как в плохих передачах 2000-х. И все это с такой громкостью, что даже проводник, проходя мимо, обернулся.

Я сначала терпела. Минут пять. Потом приподнялась:

– Извините, а вы не могли бы сделать потише или надеть наушники?

Он даже не сразу понял, что я к нему.

– Что? А, вам мешает? – удивился он. – Да вы что, я всегда так смотрю. Мне нормально.

-3

– Ну, может, вам и нормально, а мне, например, нет, – говорю. – Это же общественное место, вы в вагоне.

Он пожал плечами:

– Я вот, например, дома сплю, когда жена телевизор смотрит. Думал, и вы также, – сказал он и рассмеялся нагловатым смехом.

– А у вас наушников нет? – спрашиваю.

– Нет. И не пользуюсь, – говорит. – Не люблю.

Тут включился мужчина с верхней полки:

– Молодой человек, извините, конечно, но вы не один едете. Я тоже отдыхать хочу. Давайте как-то уважать друг друга.

Тот ворчливо выключил телефон и ушел в свой мир, обиженный. Мы все, наконец, вздохнули с облегчением и начали погружаться в жаркий дневной сон. Постепенно с потолка начало дуть сильнее, так что получилось уснуть.

«Почему нельзя штрафовать за шум?»

Спала я недолго. Где-то через час меня разбудили детские голоса – дети начали играть в догонялки по вагонам. Взрослые им, конечно, делали замечания, но без особого нажима. Я приподнялась, села на полке, отпила воды из бутылки. Напротив сосед уже снова оживился.

– Ну теперь можно? – спрашивает. – Все же уже проснулись.

Он включает.

– «Валера, у нас срочный вызов!»

– «Ты думаешь, это совпадение?»

– «Я двадцать лет в органах, меня не проведешь».

Я вздыхаю:

– Послушайте, мне все равно мешает. Это же не фоновый шум!

– Он такой: но ведь люди вокруг разговаривают, дети шумят, колеса стучат.

– Да, но это естественно. В это можно не вслушиваться, а у вас – навязчивый контент, который я не выбирала. Это все равно, что если бы вы начали громко читать мне книжку вслух.

Он молча смотрит на меня. В его взгляде – легкое презрение и удивление. Потом он вздыхает:

– Ну ладно. Подожду, пока вы выйдете. Там уже посмотрю.

Мы переглянулись с соседом сверху, который к этому времени спустился вниз. По его взгляду я поняла, что после того, как я выйду, в борьбу вступит он.

До Воронежа оставалось часа три. Он лежал с телефоном в руках, включал экран, выключал, потом снова включал. Но, к его чести, не смотрел больше вслух. А я сидела и думала: почему в поездах нет такой же нормы, как с курением или громкой музыкой? Почему нельзя просто обязать пассажира иметь наушники? Или штрафовать за шум?

Когда поезд уже замедлялся, я прошла по вагону и услышала, как в другом отсеке подросток на Bluetooth-колонке слушает музыку. Без слов, без раздражения, просто слушает, как будто он у себя дома. И никто ничего ему не говорит.

***

От автора.

На самом деле правила в правилах перевозки пассажиров есть пункт 12, который гласит:

12. На инфраструктуре и в поездах не допускается использование музыкальных инструментов и средств звукоусиления (кроме слуховых аппаратов и наушников).

-4

Таким образом, правило, запрещающее прослушивание музыки и просмотр видео без наушников существует. Но им его, правда, мало кто придерживается. И за его соблюдением особо не следят.