БЕССИЛИЕ ЗАКОНА В ОТНОШЕНИИ ПРЕСТУПНОСТИ

Оно объективно. Т.е. это не какая-нибудь сиюминутная ситуационная проблема какого-либо отдельного государства, а проблема, на данный момент носящая всеобщий характер, зависящая от острой теоретической недостаточности в вопросе общественного построения и общественного регулирования. Проблема общества вообще лишена адекватной теории по вине лженаучности психологии и социологии, которые отказались быть частью фундаментального научного древа в последовательной передаче научных оснований.

Как справиться с преступностью — это один из основных вопросов общества, и к нему, прежде всего, необходимо подойти теоретически, а не прагматически наобум. Наиболее типичный и наиболее системный вид преступности — это, наверное, воровство в той или иной его форме. Остальные виды преступлений сопутствуют этой основной форме, форме самой базовой.

Почему базовой? На этот вопрос нам ответит сама природа человека, а его природа кроется в его инстинктах, потому что человек является столь же инстинктивным существом, сколь и другие высшие стайные млекопитающие, стаи которых организованы за счёт группы социальных инстинктов и некоторых других групп инстинктов. Племя — это стая человека, которая в основном построена по тем же природным законам и принципам, что и другие стаи.

Итак, представим себе человека первобытного, который нисколько не отличается от современного биологически, имеющего те же самые инстинкты, что и его первобытный предок, живущий в племени. Мы тоже, кстати, живём в племенах, являющихся нашими социальными сообществами с разной степенью устойчивости. Поэтому чёткий научно-философский взгляд на первобытного человека поможет нам разобраться в природе общества и в природе отношений.

Природа не знает, что мы перестали быть первобытными и она рассчитана именно с этой точки зрения. И когда первобытный человек не столь густо заселял планету, то вокруг него были природные ресурсы, которые он мог брать, на что аи были сформированы его инстинкты. Он кормит себя и свою семью этими ресурсами и обиходит ими себя и близких; взять их у природы — не преступление, потому что её ресурсы выдерживают малое население первобытного человека, а добыв их, первобрачный человек делится с другими членами сообщества-племени. Инстинктивно человеческое поведение рассчитано на жизнь в диких условиях, и с этим ничего поделать нельзя, разве что учитывать в теории построения общества.

Теперь представим себе, например, современного чиновника, вокруг которого находятся и курсируют всевозможные ресурсы, пусть даже по документам. Будут ли велеть ему его инстинкты присвоить ресурсы в каком-либо количестве? Конечно будут. Таким образом, у чиновника неизбежно будет присутствовать таковая тяга к их присвоению, ведь она обусловлена инстинктивно, а, следовательно, очень сильно вожделенная в виду непреложности инстинктивной природы. Будет ли он стараться к их регулярному присвоению? Конечно будет, но это будет уже воровством, потому что современное общество не учитывает и не соизмеряет это с природой. Общество в лице определённых общественных институтов конечно будет его за это наказывать, но это с точки зрения природы будет им восприниматься как опасности охоты, и добыча будет происходить. Добыча-воровство.

В данном размышлении, конечно, не будет строгого ответа на вопрос, что с этим делать, потому что необходимо обширное и глубокое изучение этой природной тяги. В данном вопросе на данный момент можно только обозначить пока теоретическое направление исследования, потому что оно не подвластно единичному исследователю-теоретику.

В природе общества необходимо разбираться с точки зрения инстинктов в их разнообразных группах, а не игнорировать данный вопрос из-за лженаучности психологии, социологии и общественных наук, которые не получили своих эстафетных оснований от фундаментального научного древа в отличие от естественных наук. Вот из этого и исходит фундаментальное бессилие закона перед таким явлением, как преступление.