Эта глава, самая длинная в еврейской Библии, не считая Пс. 118, описывает приношения Господу от начальников израильских колен, когда была поставлена скиния. Эту главу нужно понимать в ее историческом и литературном контексте.
В Чис. 7:1 рассказывается о событии, произошедшем за месяц до переписи, с которой начинается книга (1:1, 2). Фактически, весь этот раздел книги, 7:1—9:23, относится ко времени поставления скинии. Эти три главы почти исключительно посвящены скинии и поклонению в ней:
7:1–88: Приношения по случаю окончания возведения скинии.
7:89: Разговор Бога с Моисеем в скинии (с крышки).
8:1–4: Светильник для освещения скинии.
8:5–26: Освящение левитов для служения в скинии.
9:1–14: Совершение Пасхи с привлечением скинии.
9:15–23: Появление облака Божьего водительства над скинией.
То, что этот раздел начинается и заканчивается ссылкой на день возведения скинии (7:1; 9:15), говорит о том, что, во-первых, его нужно рассматривать в целом и что, во-вторых, скинии в этих главах уделяется первостепенное внимание.
Какова причина такого отступления? Почему автор начал с переписи в главе 1, когда проведена она была только после событий в главах 7—9? Несомненно, это соответствовало его целям. Помимо этого, можно отметить, что в целом первые девять глав сосредоточены на трех темах:
Чис. 1—4 Организация
Чис. 5—6 Очищение
Чис. 7—9 Поклонение
То, что главы 7—9 сосредоточены на поклонении, с очевидностью вытекает из того, что акцент в них делается на скинии. В этот раздел также включен рассказ о второй Пасхе, которую совершил Израиль (первой со времени изначально совершенной Пасхи в Египте); еще в нем сказано, что те, кто не смог участвовать в Пасхе в назначенное время, могли совершить «дополнительную» Пасху через месяц.
Возможно, что главная тема всего этого отрывка — соблюдение Пасхи, о котором рассказывается в главе 9. Освящение жертвенника и левитов (плюс к посвящению священников в Лев. 8 и 9) должно было произойти до совершения Пасхи. Это значит, что соблюдение «дополнительной» Пасхи в четырнадцатый день второго месяца произошло после переписи, и ссылка на нее дана в хронологическом порядке. В таком случае можно говорить, что обзор событий, непосредственно предшествовавших «дополнительной» Пасхе, включен в качестве попутной информации, помогающей читателю понять, почему некоторые совершили Пасху не в первый, а во второй месяц.
Говоря в общем, акцент на поклонении в главах 7—9 дает понять, что успех Израиля как народа, готовящегося выступить в землю обетованную, будет зависеть не только лишь от их организации или очищения. Он будет зависеть от их связи с Богом, которую символизировало присутствие среди них скинии и их участие в поклонении Господу.
ПРИНОШЕНИЕ В ВИДЕ ПОВОЗОК И ВОЛОВ ДЛЯ ТРАНСПОРТИРОВКИ СКИНИИ
«Когда Моисей поставил скинию, и помазал её, и освятил её и все принадлежности её, и жертвенник и все принадлежности его, и помазал их и освятил их, тогда пришли двенадцать начальников Израилевых, главы семейств их, начальники колен, заведовавшие исчислением, и представили приношение своё пред Господом; шесть крытых повозок и двенадцать волов, по одной повозке от двух начальников и по одному волу от каждого, и представили это перед скинией. И сказал Господь Моисею, говоря: возьми от них; это будет для отправления работ при скинии собрания; и отдай это левитам, смотря по роду службы их. И взял Моисей повозки и волов, и отдал их левитам: две повозки и четырёх волов отдал сынам Гирсоновым, по роду служб их; и четыре повозки и восемь волов отдал сынам Мерариным, по роду служб их, под надзором Ифамара, сына Аарона, священника; а сынам Каафовым не дал, потому что служба их — носить святилище; на плечах они должны носить» (7:1–9).
Стих 1. Первые девять стихов главы 7 рассказывают о том дне, когда Моисей поставил скинию. Эта информация дополняет то, что написано в Исх. 40 и Лев. 8. В Исх. 40:2, 17 поясняется, что это было «в первый месяц, в первый день месяца» «второго года» после выхода из Египта. Моисей помазал и освятил скинию, а также «все принадлежности её, и жертвенник и все принадлежности его» (см. Лев. 8:10, 11). Для этого он использовал священное масло («миро»), подробно описанное в Исх. 30:22–33.
Стихи 2, 3. По этому случаю «двенадцать начальников Израилевых, главы семейств их» принесли жертвы. Вожди колен «представили приношение своё пред Господом; шесть крытых повозок и двенадцать волов, по одной повозке от двух начальников и по одному волу от каждого». Еврейское слово aгалах может означать двухколесную повозку или четырехколесный фургон, иногда крытый. Такие повозки обычно тащила пара волов. В данном тексте «перед скинией» представили шесть повозок (либо двухколесных, либо четырехколесных) и двенадцать волов от двенадцати начальников колен.
Стихи 4–8. По Божьему указанию, Моисей принял эти дары и «отдал их левитам, смотря по роду службы их. Четыре повозки и восемь волов отдал сынам Мерариным», которые должны были нести самые тяжелые предметы скинии, а две повозки и четырех волов отдал сынам Гирсоновым, которые несли более легкие покрывала скинии. Так повозки и волы должны были помогать сынам Мерариным и Гирсоновым переносить скинию в дороге через пустыню.
Стих 9. Так как приношения были распределены согласно нуждам каждого левитского семейства, то сынам Каафовым никаких повозок не дали. Они отвечали за транспортировку святилища скинии, которое должны были нести на плечах, используя для этой цели шесты. В тот раз, когда Оза был убит за то, что взялся за ковчег завета, его везли — в нарушение Божьего закона — на колеснице (2 Цар. 6:6, 7).
ПРИНОШЕНИЕ НА ОСВЯЩЕНИЕ ЖЕРТВЕННИКА
«И принесли начальники жертвы освящения жертвенника в день помазания его, и представили начальники приношение своё перед жертвенником. И сказал Господь Моисею: по одному начальнику в день пусть приносят приношение своё для освящения жертвенника. В первый день принёс приношение своё Наассон, сын Аминадава, от колена Иудина. Приношение его было: одно серебряное блюдо, весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Наассона, сына Аминадава. Во второй день принёс Нафанаил, сын Цуара, начальник колена Иссахарова. Он принёс от себя приношение: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одну серебряную чашу в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одну золотую кадильницу в десять сиклей, наполненную курением; одного тельца, одного овна, одного однолетнего агнца — во всесожжение; одного козла в жертву за грех и в жертву мирную двух волов, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Нафанаила, сына Цуара. В третий день — начальник сынов Завулоновых Елиав, сын Хелона. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Елиава, сына Хелона. В четвёртый день — начальник сынов Рувимовых Елицур, сын Шедеура. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов и пять однолетних агнцев; вот приношение Елицура, сына Шедеура. В пятый день — начальник сынов Симеоновых Шелумиил, сын Цуришаддая. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов и пять однолетних агнцев; вот приношение Шелумиила, сына Цуришаддая. В шестой день — начальник сынов Гадовых Елиасаф, сын Регуила. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов и пять однолетних агнцев; вот приношение Елиасафа, сына Регуила. В седьмой день — начальник сынов Ефремовых Елишама, сын Аммиуда. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Елишамы, сына Аммиуда. В восьмой день — начальник сынов Манассииных Гамалиил, сын Педацура. Приношение его: одно серебряное блюдо, весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное, одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Гамалиила, сына Педацура. В девятый день — начальник сынов Вениаминовых Авидан, сын Гидеония. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Авидана, сына Гидеония. В десятый день — начальник сынов Дановых Ахиезер, сын Аммишаддая. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Ахиезера, сына Аммишаддая. В одиннадцатый день — начальник сынов Асировых Пагиил, сын Охрана. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец— во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Пагиила, сына Охрана. В двенадцатый день начальник сынов Неффалимовых Ахира, сын Енана. Приношение его: одно серебряное блюдо весом в сто тридцать сиклей, одна серебряная чаша в семьдесят сиклей, по сиклю священному, наполненные пшеничной мукой, смешанной с елеем, в приношение хлебное; одна золотая кадильница в десять сиклей, наполненная курением; один телец, один овен, один однолетний агнец — во всесожжение; один козёл в жертву за грех и в жертву мирную два вола, пять овнов, пять козлов, пять однолетних агнцев; вот приношение Ахиры, сына Енана. Вот приношения от начальников Израилевых при освящении жертвенника в день помазания его: двенадцать серебряных блюд, двенадцать серебряных чаш, двенадцать золотых кадильниц; по сто тридцати сиклей серебра в каждом блюде и по семидесяти в каждой чаше: итак, всего серебра в этих сосудах две тысячи четыреста сиклей по сиклю священному; золотых кадильниц, наполненных курением, двенадцать, в каждой кадильнице по десяти сиклей, по сиклю священному: всего золота в кадильницах сто двадцать сиклей; во всесожжение всего двенадцать тельцов из скота крупного, двенадцать овнов, двенадцать однолетних агнцев и при них хлебное приношение, и в жертву за грех двенадцать козлов, и в жертву мирную всего из крупного скота двадцать четыре тельца, шестьдесят овнов, шестьдесят козлов, шестьдесят однолетних агнцев — вот приношения при освящении жертвенника после помазания его» (7:10–88).
Стихи 10, 11. Самая длинная часть главы содержит отчет о том, как начальники каждого из двенадцати колен принесли «жертвы освящения жертвенника в день помазания его». Еврейское слово, в 7:10, 11, 84, 88 переведенное существительным «освящение» (или «посвящение»; Совр. пер.), (ханукка), а также соответствующим ему глаголом, указывает на первое использование сооружения по его назначению. Таким же образом могли освящать (или посвящать) дом (Втор. 20:5), городскую стену (Неем. 12:27) или истукана (Дан. 3:2, 3); так же был освящен и храм Соломона (3 Цар. 8:63; 2 Пар. 7:5) и его жертвенник (2 Пар. 7:9). Рой Гейн проследил употребление этого термина: «Позднее [это же слово] ханукка появляется в арамейском языке в смысле освящения храма Соломона (Езд. 6:16–17). Иудейский праздник Ханука в декабре отмечает освящение нового жертвенника, когда Маккавеи очистили и вновь освятили жертвенник второго храма после его осквернения их притеснителями, людьми селевкидского царя Антиоха IV Епифана» (1 Мак. 4:52–59).
В соответствии с тем, что сказал Господь Моисею, все начальники, по одному в день, приносили «приношение своё для освящения жертвенника».
Стихи 12–83. Текст многократно повторяет, как начальники двенадцати колен приносили одинаковые дары для освящения жертвенника. Один руководитель принес дары в первый день, второй — во второй, и так далее, пока к исходу двенадцати дней все не принесли свои дары. Руководителями были те самые вожди, которые поименно названы в 1:5–15, а колена перечислены в том же порядке, что и в главе 2. Именно в таком порядке они ставили свои станы вокруг скинии и выступали в поход. Их приношения, вес которых измерялся «по сиклю священному», были следующими:
• 1 серебряное блюдо весом в 130 сиклей, наполненное пшеничной мукой, смешанной с елеем
• 1 одна серебряная чаша весом в 70 сиклей, наполненная пшеничной мукой, смешанной с елеем
• 1 золотая кадильница весом в 10 сиклей, наполненная курением
• 1 телец, 1 овен, 1 однолетний агнец — во всесожжение
• 1 козел в жертву за грех
• 2 вола, 5 овнов, 5 козлов, 5 однолетних агнцев в жертву мирную
В стихах 12–83 описываются эти приношения, причем одними и теми же словами (ср. 1:20–43). Зачем автору понадобилось такое повторение? Один возможный ответ — что письменный стиль в древние времена, в отличие от современного стиля, тяготел к повторениям, которые способствовали запоминанию. К тому же то, что все колена, большие и малые, сделали совершенно одинаковые приношения, говорит о том, что все колена были одинаково важны; у каждого был свой особый день приношения. И еще: повторение подчеркивает важность мероприятия. Поскольку каждое новое приношение, сделанное в последующий день, добавлялось к принесенному до этого, то общий эффект повторения звучал крещендо прославления Господа Бога.
Стихи 84–88. Всего за двенадцать дней двенадцать колен принесли столько даров, что в главе было сделано обобщение. Начальники колен принесли двенадцать серебряных блюд, каждое весом около полутора килограммов; двенадцать серебряных чаш, каждая весом немногим менее килограмма, и двенадцать золотых кадильниц, каждая чуть более 100 г; а также 252 жертвенных животных, муку, елей и курение. Все эти дары составляли «приношения при освящении жертвенника после помазания его».
РАЗГОВОР БОГА С МОИСЕЕМ В СКИНИИ
«Когда Моисей входил в скинию собрания, чтобы говорить с Господом, слышал голос, говорящий ему с крышки, которая над ковчегом откровения между двумя херувимами, и Он говорил ему» (7:89).
Стих 89. Глава завершается сообщением, что «Моисей входил в скинию собрания, чтобы говорить с Господом». Там он «слышал голос, говорящий ему с крышки, которая над ковчегом откровения между двумя херувимами». Как этот стих соотносится с предыдущим и последующим, трудно сказать. Один вариант ответа — что предыдущий отрывок начинался со слов Бога (7:11) и последующий тоже начинается с информации о разговоре Бога с Моисеем (8:1). Возможно, цель этого стиха — сообщить читателям, где именно Он разговаривал с Моисеем. Рональд Аллен высказывает предположение, что этот стих является кульминацией главы. Господь ответил на дорогие приношения народа, установив с ними контакт и говоря с народом через Моисея, тем самым исполнив обещание, данное в Исх. 25:22. Так или иначе, этот стих соответствует тому акценту на скинии, который делается в этой части книги.