I. Этот город не спит, он затоплен ночью
На крыше старой гостиницы дышал ветер. Пахло пылью, грязным небом, осенью без листьев.
Там сидел Он. Не бог, не дьявол. Скорее, потерянное эхо системы, оставшееся после обновления.
У него не было лица. Точнее, оно ещё было у тысячи людей, но ни одно не подходило. Он выбрасывал лица, как дети старые игрушки.
II. Всё это знали
Каждый погибший сегодня написал это вчера в твиттере. Все было предсказуемо. Все понимали. Все знали.
Всегда кто-то сказывал: система гнилая. Всегда кто-то улыбался: я люблю тебя, бэби. Всегда кто-то лженадеялся. И всегда был оттенок грязи на лице, след колеса на шее, блеск случайности в объятии дезинфекции.
III. Отражение
Он не боролся. Словно внутри него уже затеялся мир постепенного отступления. Все чаще он ставил точки вместо слов. Всё короче сообщения. Всё тише внутри.
В резервной памяти оставалось одино имя. Один взгляд. Один голос. Тот, что не спас.
Сколько спасенных не означало бы избавления от одного неспасённого.
Сколько любви не отменяло боль обмана.
IV. Финал
Он стоял среди тихих руин, где раньше были площади. Скорее всего, там кто-то воровал, поцелуйчики дарили, гитарист играл про свободу.
Сейчас тут были птицы. Точнее, дроны. Они пели.
Он поднял голову. И понял: все до этого было игрой.
А теперь нет.
И все это знали.