Последний подъем
15 августа 1942 года. Мир задыхался в огне Второй мировой, но здесь, в швейцарской деревушке Шандолен, кантон Вале, война казалась чем-то далеким и нереальным, как дурной сон. Альпийские луга цвели, коровы лениво позвякивали колокольчиками, а жизнь текла по законам, установленным не фюрерами и диктаторами, а сменой времен года. В этот день, на праздник Успения Богородицы, 40-летний сапожник Марселен Дюмулен и его 37-летняя жена Франсин, бывшая учительница, решили, как и сотни раз до этого, подняться наверх, на высокогорное пастбище Грёнфлерон, чтобы подоить и накормить своих коров. Это был обычный, рутинный поход, часть крестьянского быта, не предвещавший ничего необычного. Они оставили дома семерых детей — пятерых сыновей и двух дочерей, самой младшей из которых, Марселин, было всего четыре года. Они обещали вернуться к вечеру. Они не вернулись.
Марселен был сапожником, мастером на все руки, человеком основательным и немногословным, как и положено горцу. Франсин, напротив, была душой компании. Она, в отличие от мужа, родилась не в горах, а в городе, и до замужества работала учительницей. Она принесла в суровый мир Шандолена немного городской утонченности, музыки и смеха. Их брак был счастливым, а семья — большой и дружной, пусть и не очень богатой. Семеро детей — это и радость, и семь голодных ртов, которые нужно кормить. Поэтому работали они от зари до зари, не покладая рук. Поход на пастбище был для них не прогулкой, а тяжелым трудом.
В то утро погода была хорошей, но в горах она меняется мгновенно. Никто точно не знает, что произошло с ними на леднике Цанфлерон, который им нужно было пересечь. Возможно, их застал внезапный густой туман, и они, потеряв ориентацию, сбились с тропы. А возможно, они просто шли по привычному маршруту, не заметив под тонким слоем свежего снега коварную трещину — кревассу. Ледник — это не застывшая река, это живой, дышащий организм, который постоянно движется, трескается, образуя глубокие разломы. Один неосторожный шаг — и ледяное безмолвие принимает тебя в свои объятия. Скорее всего, именно это и случилось. Они шли вместе, возможно, держась за руки, и вместе шагнули в вечность.
Когда к вечеру Марселен и Франсин не вернулись, деревня забила тревогу. Начались поиски. Два с половиной месяца односельчане, друзья, родственники прочесывали склоны, заглядывали в каждую расщелину. Но все было тщетно. Ледник умеет хранить свои тайны. Он принял сапожника и его жену и укрыл их многометровым саваном из снега и льда. Поиски прекратили. Семейное гнездо опустело, и семерых детей разнесло по разным домам. Жизнь продолжалась, но над деревней и над семью осиротевшими душами нависла тень неразгаданной тайны. У них не было могилы, на которую можно было бы принести цветы. Их родители просто исчезли, растворились в ледяном безмолвии Альп.
Семьдесят пять лет тишины
Для семерых детей Дюмуленов день 15 августа 1942 года стал концом света. Их дружная, пусть и бедная семья перестала существовать. Их судьбы разошлись по разным дорогам — кто-то попал к родственникам, кто-то — в чужие семьи. Они росли, почти не видясь друг с другом, объединенные общей трагедией и общей надеждой, которая с годами становилась все более призрачной. Их самая младшая сестра, Марселин Удри-Дюмулен, которой на момент исчезновения родителей было всего четыре, вспоминала: «Мы всю свою жизнь провели в поисках. Мы не переставали думать, что однажды сможем устроить им похороны, которых они заслуживают».
Эта неопределенность была самым тяжелым испытанием. Они не знали, что думать. Может, родители живы? Может, они ушли во Францию, спасаясь от чего-то? Дети цеплялись за любую, даже самую невероятную версию. Но чаще всего они просто смотрели наверх, на ледник, который стал для них одновременно и похитителем, и хранителем тайны. Старшие сыновья, повзрослев, сами стали альпинистами и год за годом возвращались на ледник, надеясь найти хоть какой-то след. Но ледник молчал.
Шли годы. Дети выросли, обзавелись собственными семьями, у них появились внуки. Но рана так и не заживала. Они встречались раз в год, чтобы вспомнить родителей, которых почти не помнили, но чье отсутствие определяло всю их жизнь. Марселин рассказывала, что ее мать всегда была против того, чтобы муж ходил в горы один, и в тот роковой день пошла с ним, хотя ждала еще одного ребенка. Эта деталь добавляла трагедии еще большей горечи. Они потеряли не только отца и мать, но и нерожденного брата или сестру.
Для маленькой горной общины исчезновение Дюмуленов тоже стало незаживающей раной, частью местного фольклора. Эта история передавалась из поколения в поколение, как мрачное напоминание о том, насколько хрупка человеческая жизнь перед лицом стихии. Но время шло, и ледник, казавшийся вечным и незыблемым, начал меняться. То, что не смогли сделать люди, начала делать природа. Глобальное потепление, которое для большинства жителей планеты было лишь абстрактной угрозой из новостей, для ледника Цанфлерон стало приговором. Он начал таять. И по мере того, как он отступал, он начал неохотно возвращать то, что забрал много лет назад.
Дар отступающего ледника
В июле 2017 года, спустя почти 75 лет после исчезновения Дюмуленов, сотрудник местной компании-оператора канатных дорог Glacier 3000 Марселен Удри (по иронии судьбы, однофамилец дочери пропавших) совершал плановый обход территории ледника. На высоте 2615 метров, там, где лед за последние годы сильно отступил, он заметил на земле что-то странное. Это были не камни. Это были темные фигуры, лежащие рядом друг с другом. Подойдя ближе, он замер. Перед ним лежали два человека, которым время сохранило вечную молодость.
Одежда — брюки, подтяжки, женские ботинки на толстой подошве — явно принадлежала другой эпохе. Рядом лежали их вещи: рюкзаки, оловянная бутылка, книга. Все говорило о том, что эти люди пробыли в ледяном плену очень долго. Удри немедленно связался с полицией. Новость о находке мгновенно разлетелась по кантону Вале. И все, кто помнил старую историю об исчезнувшей чете Дюмулен, сразу поняли: это они. Ледник, наконец, вернул свой долг.
Для 79-летней Марселин Удри-Дюмулен этот звонок стал концом долгого, 75-летнего ожидания. «Могу сказать, что после 75 лет ожидания эта новость дарит мне глубокое умиротворение», — сказала она в интервью газете Le Matin. — «Теперь я знаю, где мой отец и моя мать. И я смогу устроить им достойные похороны». Она рассказала, что ее мать всегда носила с собой книгу, так как была учительницей, а отец — свою оловянную флягу. Все детали совпадали.
Ледник оказался не только тюрьмой, но и идеальным хранилищем. Холод и отсутствие кислорода остановили время. Тела избежали тлена, сохранившись в первозданном виде. Они лежали рядом, так же, как, вероятно, и шагнули в трещину 75 лет назад. Это было пронзительное зрелище: свидание, прерванное на 75 лет и возобновленное благодаря таянию льдов. Ледник, ставший их последним пристанищем, сохранил их для детей, чтобы те, наконец, смогли проститься.
Наука против времени
После того как полиция и спасатели аккуратно извлекли тела из ледяного плена, началась кропотливая работа по их официальной идентификации. Хотя все косвенные улики указывали на то, что это были именно Дюмулены, требовалось научное подтверждение. И здесь на помощь пришли современные технологии, которые превратили эту историю из семейной драмы в уникальный научный казус. Первым и самым весомым доказательством стали документы. В рюкзаках, пролежавших во льду три четверти века, были найдены удостоверения личности Марселена и Франсин Дюмулен. Бумага, защищенная от влаги, прекрасно сохранилась.
Но решающее слово было за генетикой. Судмедэксперты взяли образцы ДНК из мумифицированных тканей и сравнили их с ДНК двух выживших дочерей — Марселин и Моник. Результат был стопроцентным. Наука официально подтвердила то, что дети и так знали сердцем: ледник вернул им их родителей.
Случай Дюмуленов стал ярким примером того, как работает новая научная дисциплина — ледниковая археология. Тающие ледники по всему миру превращаются в уникальные «капсулы времени». Они возвращают нам не только тела пропавших альпинистов, но и гораздо более древние артефакты. Самый известный пример — это, конечно, Эци, или «ледяной человек», мумия мужчины, жившего более 5300 лет назад, найденная в 1991 году в Эцтальских Альпах на границе Австрии и Италии. Эци, с его одеждой, оружием и инструментами, перевернул наши представления о медном веке.
Ледники сохраняют то, что не может сохранить земля, — органику. Дерево, кожа, ткани, даже остатки пищи — все это консервируется в ледяной толще на тысячи лет. В последние десятилетия, по мере ускорения таяния, ледники Альп, Скандинавии и Северной Америки превратились в настоящие сокровищницы для археологов. Они находят древние лыжи, луки и стрелы, одежду, останки животных. Каждая такая находка — это бесценное окно в прошлое.
Но у этого процесса есть и обратная, более печальная сторона. Ледники возвращают не только древних охотников, но и жертв более поздних времен. В Альпах регулярно находят останки солдат, чья жизнь оборвалась во время Первой мировой войны на итало-австрийском фронте, который проходил по ледникам. Находят и альпинистов, пропавших без вести в XX веке. Для их семей это, как и для детей Дюмуленов, — возможность, наконец, обрести покой и похоронить своих близких. Но для ученых и для всех нас это грозное предупреждение. Ледники, эти великие архивы прошлого, тают с катастрофической скоростью, и если мы не остановим этот процесс, то скоро от этих архивов не останется и следа.
Прощание и предупреждение
22 июля 2017 года в церкви деревни Савьес состоялась панихида и похороны Марселена и Франсин Дюмулен. На церемонию собрались все, кто еще остался в живых из их большой семьи, — две дочери, внуки, правнуки. Спустя 75 лет семеро сирот, разбросанных по разным семьям, снова собрались вместе, чтобы проводить своих родителей в последний путь. На похоронах были два гроба, но дети решили похоронить их вместе, чтобы они больше никогда не разлучались. «Я могу сказать, что после 75 лет ожидания эта новость дарит мне глубокое умиротворение», — повторила Марселин Удри-Дюмулен журналистам. — «В субботу мы, наконец, сможем похоронить их. Это будет красиво. Они будут одеты в белое, и их будет окружать много цветов».
История семьи Дюмулен получила свое логическое и эмоциональное завершение. Но она стала лишь одной из многих подобных историй, которые в последние годы происходят в Альпах и других горных регионах мира. Тающие ледники превратились в бюро находок прошлого. Они возвращают тела альпинистов, пропавших в 1950-х, лыжников, исчезнувших в 1980-х, обломки самолетов, разбившихся полвека назад. В 2014 году на леднике Алетч были найдены тела трех братьев, пропавших без вести в 1926 году. В 2015 году ледник Маттерхорн вернул останки двух молодых японских альпинистов, исчезнувших в 1970-м.
Каждая такая находка — это одновременно и облегчение для семьи, и грозное напоминание о последствиях изменения климата. Ледники — это не просто замерзшая вода. Это важнейшие индикаторы здоровья нашей планеты. И эти индикаторы мигают красным. По данным швейцарских гляциологов, с 1850 года альпийские ледники потеряли более половины своего объема. И процесс этот только ускоряется. То, что ледники возвращают нам наше прошлое, — это лишь побочный эффект того, что они лишают нас нашего будущего. Они являются важнейшими источниками пресной воды для миллионов людей. Их таяние приводит к повышению уровня мирового океана, к наводнениям и засухам.