Часть 22
Договорившись с пойманным за руку интриганом Камоловым, Наталья покинула гостеприимное кафе, с тем чтобы извиниться перед подругами и позвонить Савицкому.
- Савва, чем бы ты ни занимался, позвони отцу, возьмите руки в ноги и дуйте на Китай город, я буду ждать вас в кофейне на Ильинке.
- Что случилось? С тобой всё в порядке? - проявил обеспокоенность младший босс,
- Делай что я велю, - оборвала Наталья и отключилась.
Ошарашенный Савва тотчас набрал отцовский номер:
- Пап, Кошелевая чудит, командует, требует чтобы мы с тобой немедленно мчались на Ильинку. Как ты думаешь, может пьяна?
- Требует, говоришь? Нет, не пьяна. Выходит есть прецедент. Надо ехать. Ты же ее знаешь, - изрёк Савицкий старший.
Савва не стал спорить, быстро схватил ключи от машины и собрался было выйти, как его окликнула Ольга, до сих пор не подавшая на развод.
- Савва! А ты куда?
- Мне нужно уехать. Ты почему спрашиваешь? Ты же на развод собралась подавать. Не всё ли равно?
Ольге было не всё равно. Её чувство к Савве оказалось значительно глубже, чем она себе представляла. Ей не хотелось с ним расставаться и не смотря на его холодность, она надеялась на то, что кризис минует и отношения можно будет спасти. Именно по этой причине Ольга не уезжала из квартиры мужа, хотя имела собственную в Сокольниках. Савва же, не торопил её, вёл себя вежливо, но отстранённо, хотя причина по которой произошло охлаждение, исчезла. Савва давно перестал думать об однорогой матке, но хотел освободиться от брачных уз, чтобы всерьёз приударить за Машей.
"Наверное она из тех, кто избегает женатых мужчин", - думал он, увлечённый идеей сломить сопротивление меднокудрой Аист.
- Я не знаю что мне делать, - горько расплакалась Ольга в кабинете у психолога, посещать которого стала вскоре после последнего скандала.
- Салфетки на столе, перед вами, - психолог указал рукой, поскольку Ольга так нервничала, что ничего вокруг не замечала.
Озарение пришло в тот момент, когда она явилась в адвокатскую контору, чтобы составить заявление о разводе.
"Что это я делаю? - спросила она себя. - Я вовсе не хочу разводиться. Я хочу вернуть его себе".
И Ольга стремительно покинула изумлённого адвоката, прервав его на полуслове.
- Кажется, я схожу с ума, - призналась она заехав к подруге, державшей салон красоты.
- Так, Ольга, иди к моим девочкам, они тобой займутся, а потом поболтаем за обедом.
Ольга благодарно коснулась плеча собеседницы.
- Иди, иди! - поторопила та.
Лёжа в саду на удобном деревянном лежаке, Алиса лениво листала сборник Виктории Токаревой и размышляла о том, как разительно переменилась жизнь за последние несколько лет.
Причём как ни странно, больше всего её поражали не столько упавшие на голову деньги, к которым она очень быстро привыкла, сколько область чувств.
Савва, еще недавно казавшийся лучшим парнем на Земле, как-то незаметно утратил былую привлекательность, манкость. Нет, он был по-прежнему хорош собой, но Алиса более не испытывала того трепета, что охватывал ее всякий раз при встрече с ним.
" Куда всё делалось? - думала Алиса. - Почему?! Как такое могло случится?!"
Ей было бесконечно жаль своей огромной, как она думала когда-то, любви, на смену которой пришло нечто куда более ровное, чтобы не сказать мелкое и незначительное.
А вот то, что тело утратило былую привлекательность, расстраивало Алису значительно меньше, чем Аллу, бившуюся за неё как тигрица.
- Что с тобой происходит? Ты почему махнула на себя рукой? Алла говорила, что пришлось тебя побить, - Лиза внимательно смотрела на подругу, как если бы надеялась прочитать ответ у неё на лбу. - Неужели тебе всё равно как ты выглядишь?
- А знаешь, - задумчиво сказала Алиса.. - Меня пожалуй даже устраивает то, во что я превратилась. Правда, правда.
- Ты, надеюсь, шутишь? - недоверчиво нахмурилась Лиза.
- Вот смотрю я на Аллу, на то, как она истово работает над тем, чтобы поддерживать форму и понимаю, что не хочу. Не хочу я следить за весом, за рационом, за тем, чтобы блестели волосы, а кожа была чистой и матовой.
- Почему-у-у? - искренне удивилась Лиза. - Нам, женщинам, свойственно стремиться к совершенству.
- Да это потому, что мне больше неважно как смотрит на меня Савва. Нравлюсь я ему или нет. Всё ушло, понимаешь? - Алиса шмыгнула носом и пожала плечами.
- А для себя? Для себя? - захлопала ресницами Лиза.
- А для себе мне и так хорошо, - широко зевнула Лиса.
Когда Савицкие вошли в кофейню, то обнаружили Кошелевую в самом дальнем углу за барной стойкой. Женщина медленно потягивала Prosecco удобно устроившись на диване. На столе перед ней стоял телефон, по которому она смотрела "Аромат женщины".
- Рассказывай, Наталья, - потребовал Ефим Борисович, усаживаясь напротив.
- Игорь Камолов планирует лишить вас обоих бизнеса, используя для этого Машу Аист, - одним предложением выпалила Наталья Валерьевна, убирая телефон в сумочку.
- Да брось! Быть этого не может! - облегченно рассмеялся Ефим Борисович, чьё лицо просветлело как небо после дождя.
- И правда, ну с чего ты взяла? - поддакнул Савва.
- Точно вам говорю, - Наталья распрямилась, положила руки на стол и посмотрела сначала на старшего, затем на младшего банкиров, породистые лица которых выражали крайнюю степень недоверия.
- Выкладывай, откуда такая дикая мысль? - спросил Ефим Борисович, подзывая официанта.
И тут Наталью озарило:
- Ефим, дорогой ты мой! Да ты с ней спишь! Ты спишь с Аист! Ну конечно! Я должна была догадаться сразу ! Они ведь взялись за вас обоих!
- Наташа, что ты мелешь? - Ефим Борисович покрылся пятнами.
- Папа? Она права? - Савва воззрился на отца, в отчаянной надежде на то, что минуту назад произнесенные слова не имеют никакого отношения к реальности.
Надежда Ровицкая