24 марта 1976 года в Аргентине произошёл военный переворот: армия свергла президента Исабель Перон и установила диктатуру. Причиной стал глубокий экономический кризис, вызванный левой перонистской моделью развития. Пришедший к власти Генерал Хорхе Видела провозгласил демонтаж перонизма и восстановление «порядка».
Для стабилизации экономики хунта назначила министром финансов Хосе Альфредо Мартинеса де Оса – выпускника Кембриджа и сторонника свободного рынка с тесными связями в США. Его команда, включавшая неолиберальных «чикагских мальчиков», проводила дерегуляцию, приватизацию, сокращение государственных расходов и привлечение иностранных инвестиций.
Параллельно режим развязал массовые репрессии: тысячи оппозиционеров были арестованы, убиты или пропали без вести. Несмотря на террор, хунта стремилась заручиться поддержкой Всемирного банка (далее – ВБ) для укрепления экономики и придания режиму легитимности.
В августе 1976 года Международный валютный фонд предоставил Аргентине кредит в 300 миллионов долларов. В сентябре Всемирный банк одобрил кредит в 115 миллионов долларов. В октябре 1976-го страна получила у частных банков США и Европы около 800 миллионов. В марте 1977-го, несмотря на растущую обеспокоенность в Белом доме, последовал второй кредит ВБ – 105 миллионов долларов, а в июне – ещё 100 миллионов.
Для получения финансирования военные использовали несколько стратегий. Во-первых, они представляли репрессии как борьбу с «левыми», что вызывало сочувствие у западных элит. Во-вторых, ссылались на уставной «нейтралитет» ВБ, который, должен был учитывать исключительно экономические показатели, игнорируя политику. В-третьих, аргентинские неолиберальные экономисты имели схожие взгляды и образование с сотрудниками ВБ, быстро найдя с ними общий язык.
Тем временем поступали тревожные новости о массовых нарушениях прав человека. Международные правозащитные организации утверждали, что нейтралитет ВБ нельзя считать однозначным: формально, как агентство ООН, банк обязан учитывать права человека. Более того, США – крупнейший донор ВБ – с 1975 года руководствовались поправкой Харкина, запрещавшей поддержку режимов нарушавшими права человека.
Президент Джимми Картер (1977–1981) сделал защиту прав человека ключевым элементом внешней политики США. Тем не менее, в законодательстве оставалась лазейка: помощь допускалась, если она направлена на улучшение положения бедных слоёв населения – чем и пользовался ВБ.
В сентябре 1977 года Картер лично передал Виделе список из 3000 политзаключённых, на что генерал пообещал решить проблему к Рождеству. В ноябре ситуация повторилась: госсекретарь США Сайрус Венс посетил Аргентину и убедил Виделу освободить около 500 заключённых, но передал новый список с 7500 задержанными и пропавшими без вести. Венс надеялся на обещания хунты, особенно учитывая, что в это время ВБ одобрял очередной кредит. Многие в Белом доме считали, что чем больше кредитов получит Аргентина, тем проще будет на неё давить. Однако к Рождеству ситуация не изменилась, число пропавших без вести выросло до 20 тысяч, а обещания Виделы оказались пустыми.
К 1978 году масштабы репрессий стали международно признанным фактом. США начали воздерживаться при голосованиях по новым займам, но под давлением других стран-членов ВБ продолжал финансировать Аргентину. В мае 1978 года был одобрен кредит на 60 миллионов долларов, в марте – 96 миллионов, а в октябре 1979 – 210 миллионов.
Президент Всемирного банка Роберт Макнамара открыто поддерживал аргентинскую хунту, называя её реформы «впечатляющими» и намеренно игнорировал критику США.
Международное кредитование (недоступное Аргентине при Пероне) позволило хунте поддержать иллюзию экономической стабильности: несмотря на приватизацию, отказ от протекционизма и сокращение государственных расходов, что существенно снизило реальные доходы населения. Масштабные репрессии при этом не поколебали образ «эффективной» военной диктатуры.