Проект «Флаги места» – шатёр, созданный из четырёх 7-метровых полотен с рисунками людей из разных сообществ, стал культурным открытием на Фестивале добрососедства в Новой Москве.
Локальные фестивали в силу своей территориальной ограниченности не у всех на слуху, при этом часто содержат в себе уникальные идеи, а в свою программу добавляют элементы, которым позавидует искушённый зритель.
Летний Фестиваль добрососедства, который уже четыре года подряд проходит в Новой Москве, собирает программу вместе с жителями, локальными бизнесами, а также с людьми и институциями, способными привлечь публику, заинтересованную в эмоциях не только от еды и музыки, но готовую наслаждаться искусством или интересной культурной программой.
Запросом нынешнего года было создать арт-объект, с которым могли бы поработать и жители районов. Организаторы фестиваля – команда образовательного бюро А101 Лёрнити – обратились к художникам Ирине Светличной и Владимиру Аверину, которые часто выбирают непосредственную работу со зрителем, делая его соавтором художественного замысла и конечного произведения. В непосредственном контакте с жителями районов Новой Москвы художники уже создавали фотопроект «Посоветуй», где с помощью героев разного возраста и социального статуса строили личную инфраструктуру для будущего новосёла.
Идеей нового проекта «Флаги места» стало создание и строительство объекта – символа дома, места, в котором живут люди и где проходит Фестиваль добрососедства.
Художники встречались с жителями разного возраста в клубах соседей А101, с участниками проекта «Московское долголетие» и провели серию мастер-классов, на которых обсуждали, что у каждого ассоциируется с домом и уютом, просили вернуться к наиболее сильному воспоминанию, связанному с местом, и попробовать визуализировать его. Самым важным было вытащить личный опыт и включить в проект людей из разных сообществ.
После размышлений и саморефлексии участника художники предлагали графические техники, с помощью которых воспоминания складывались в визуальные истории. Таким образом собрали около 100 рисунков, которые затем отсканировали, собрали в коллажи и затем отпечатали на ткани в фотолаборатории методом цианотипии.
Цианотипия – один из ранних методов контактной печати, изобретённый в 19 веке. Синий цвет отпечаткам придают лимонноаммиачное железо и красная кровяная соль, которые смешиваясь в ультрафиолете образуют синий пигмент. Цианотипия – метод, которым активно пользуются современные художники, поскольку он даёт возможность широкой творческой реализации.
На мастер-классах жители делали открытки в подобной технике и художественные пробы на кусках ткани.
Так из образов, которые обрели материальность, строился общий дом. В них тесно переплелись личные воспоминания, и истории разных, чаще всего не знакомых друг с другом людей.
Художник – это…
Ирина Светличная: Мы знаем, что искусство приобретает ценность в глазах людей, когда большинство зрителей признали это искусством, и оно широко выставляется. Мы все знаем, как Марсель Дюшан сделал произведением искусства писсуар, выставив его в галерее и, таким образом, создав новое направление в искусстве – рэди мэйд.
Я бы хотела, чтобы искусством мы могли называть не только выставленное в институции, но и то, что просто является частью нашей жизни, встроено в неё. Таким мы и постарались сделать проект «Флаги места».
Люди делились с нами личными историями, мы пропустили их через себя, и произошло волшебство – это стало искусством. Нас спрашивали, а где же здесь ваши рисунки? Предполагается, что художник должен рисовать. Да, я умею рисовать и владею разными техниками. Но здесь интерес в другом – у меня нет вашей истории, и истории того человека, и третьего. Собрав их вместе, я могу прожить миллионы жизней, совмещать их и создавать произведения подобно тому, как режиссёры снимают кино или писатели пишут книги.
Мне запомнился мальчик, который не знал, что ему нарисовать. Я начала его расспрашивать, что он видит каждый день. Мы нарисовали выход из его дома, затем я спросила его, куда он идёт дальше, что встречает по пути, где находится его школа. Так постепенно он изобразил свой путь от дома до школы и неожиданно для себя увидел его со стороны в виде карты, что явно было для него открытием.
Для меня важно, что люди открывают себя и свои возможности. Ведь главное не то, что ты умеешь реалистично рисовать, а осознаёшь свою уникальность через свои чувства, воспоминания, через руки, которые рисуют именно так, они не идеальны, но это наш мир, а он не совершенен. И это искреннее наивное искусство, которое пытались повторить все художники. В наивном искусстве есть эмоция, есть настоящее. Ты можешь научиться рисовать складки на одежде, а твою любовь никто не сможет передать так, как это сделал ты.
Почему цианотипия
Во-первых, это красиво…
Я много лет занималась фотографией и очень люблю это искусство.
Все думают, что художники сверхвозвышенные люди. На самом деле мы очень практичные. Мне нравится ткань, я хочу с ней поработать, хочу, чтобы она летала. Меня как художника привлекает тема отпечатка памяти, истории, воспоминаний, места, времени. Мы же постоянно находимся в рефлексиях о жизни и смерти. В итоге идея, что мы не бесконечны, но оставляем след переплетается с прагматичным подходом выбора художественной техники.
Цианотипия оказалась отличным методом, чтобы объединить все воспоминания, следы, отпечатки в одном стиле, при этом подчеркнуть индивидуальность каждого в одной работе и создать в итоге единое полотно.
Что было сложным для тебя в этой комплексной работе как для художника?
В жизни художника, как и любого другого человека, много материального. Мы видим верхушку айсберга – вот этот наш готовый объект.
Непосредственно перед Фестивалем добрососедства мы провели экскурсию по шатру «Флаги места». Если не рассказать о нём специально, то для большинства людей это будет беседка, в которой проходит мастер-класс.
Для меня сегодня самое сложное – это добраться до той самой вишенки на торте: для того чтобы творить, рисовать, собирать весь проект, в начале пути нужно организовать множество процессов, провести множество переговоров. Это занимает большую часть времени и при этом находится в тени.
После запроса «сделать арт-объект и поработать с жителями» я провела огромное исследование, как вписать партиципаторную историю в нашу работу, попросту – как включить жителей в создание этого арт-объекта. Это в итоге у нас вышел шатёр с четырьмя 7-метровыми полотнами, а мы рассматривали и керамику, и плетение, и другие варианты.
Что делает художник
Нынешний проект на стадии задумки существовал в виде одеяла, которое связано с личным пространством, с личным местом. Потом через ассоциативные цепочки он перерос в движение, флаги, ткань и круглый щатёр. А затем мы посчитали и поняли, что не влезаем в бюджет, и поменяли форму шатра. Но со сменой формы могут измениться и смыслы, и иногда работу приходится начинать практически сначала.
С другой стороны, когда реальность вмешивается в идею, получается новый вариант, о котором ты и не помышлял.
Временные рамки тоже диктуют нам свои условия. На разных этапах производства включаются разные люди, и я выстраиваю таймлайн, на каком этапе что должно быть проработано и кого я на этом этапе подключаю. И даже время и место экспозиции диктуют нам свои условия. «Флаги места» стояли на фестивале днём, и как бы я ни любила освещать всё изнутри, это оказалось бы лишним.
Для печати в технике цианотипии мы обратились в фотолабораторию «ФотоСецессион». С этой лабораторией работают многие художники, так как её команда сфокусирована именно на аналоговых технологиях.
Не всегда ты как художник можешь сделать что-то своими руками, воплотить идею помогают множество специалистов, но при этом нужно, чтобы идея все-таки была реализована так, как задумал её художник.
А что делает художник, спросите? Это, в том числе, и менеджерская работа. Я придумываю образ конструкции, просчитываю её и далее ищу мастера, который сможет мне её просчитать и собрать, а мастер мне говорит: «Вот тут должны быть несущие балки».
А мне они портят вид, и я спрашиваю «Что мы можем сделать, чтобы вид был такой, как придумано?». Мы снова рассматриваем разные варианты и снова пересчитываем бюджет.
Вот это и есть самое сложное – скрупулёзно собирать по кусочкам свою идею с помощью разных людей. Если посчитать тех, кто участвовал в производстве и монтаже, это 12 человек, не считая множества жителей районов А101.
На Фестивале добрососедства мы водрузили на торт ту самую вишенку, когда предъявили свой замысел в физическом исполнении.
После этой гигантской работы хочется, чтобы созданное тобой и множеством людей не затерялось, а значит нужно пригласить фотографа и видеооператора, они смогут зафиксировать все наши общие усилия.
Про вдохновение
Мы с Вовой работаем с разными сообществами, позиционируя процесс внутри взаимодействия с жителями как с равными соавторами. В этом для нас и есть радость создания. Совместное превращение задумки в реальность. Здесь ты существуешь как будто внутри искусства и создаёшь интересные вещи, работая не с институцией, а с социумом.
Эта работа даёт вдохновение для новых идей. Я, например, подумала, что можно было бы сделать художественный проект на территории, где строят или реставрируют дом. Обычно её завешивают страшной зелёной сеткой, а мы могли бы перенести на неё рисунки людей, но, конечно, уже используя другую технику.
На фестивале в нашем общем доме-шатре мы предложили любому желающему сделать открытку в коллажной технике для себя и для общего альбома. Участники создавали новые смыслы, превращая старые фотографии и вырезки из журналов в коллажи и рассказывая через них очень личные истории.
Идея была не в создании открытки на мастер-классе, а в том, чтобы через фотоальбом наполнить дом воспоминаниями и событиями, важными для каждого отдельного человека. Это не просто фиксация, а символы личных отношений. И этот старый-новый альбом воспоминаний находится в центре нашего объекта.
В музее мы поставили бы его на пюпитр и поставили бы рядом медиатора, который мог бы не просто показать альбом, но и поговорить с человеком о нём.
Вообще хочется, чтобы между человеком и произведением искусства было как можно меньше барьеров, и можно было листать наш альбом, трогать ткань шатра. Всякая жизнь имеет начало и конец, и мы не хотели бы видеть инсталляцию под стеклянным колпаком.
Автор: Лидия Ни
Фото: Евгения Бабская, Алина Мельникова