Ну и ливень! Третий день кряду небо заволакивало тучами, а к утру понедельника и вовсе разверзлись хляби небесные. Будильник, противно звеня, сливался с барабанной дробью капель по карнизу. Я с размаху треснула по кнопке. Часы полетели со стола, громыхнув об пол так, что моя соседка снизу наверняка проснулась.
– Тьфу ты! – буркнула я спросонья и села на кровати.
Настроение с утра пораньше – хуже некуда. На работу к девяти, проект сдавать, а за окном потоп библейский. Ой, мамочки, ещё и волосы не помыла с вечера! Вот что значит засмотреться на сериал до двух ночи. Эх, Маша, Маша, когда ж ты поумнеешь-то?
Кое-как расчесала непослушные вихры, сунула ноги в тапки-зайцы – подарок племяшки на прошлое Восьмое марта. Бросилась к зеркалу. М-да, видок тот ещё – мешки под глазами, как у китайского шарпея, кожа бледная с зеленцой. Чертыхнулась, полезла за тональником.
В ванной колдовала над собой минут пятнадцать – краситься толком не умею, всё больше по-простому, тяп-ляп. Подруга Ленка вечно подтрунивает, мол, в твои тридцать четыре пора бы научиться нормально стрелки рисовать. А мне лень, честно говоря. Да и перед кем форсить-то? Разве что перед Мегерой-начальницей, но ей хоть ты с накладными ресницами припрись – всё равно носом крутить будет.
К половине девятого собралась, напялила плащик, сунула ноги в осенние ботильоны – нет бы резиновые сапоги надеть по такой-то погоде, но красота, как известно, требует жертв. Схватила сумку, ключи и... стоп. А зонт-то где?
Перерыла всю прихожую – нет зонта как нет. Вроде вчера брала, когда к Тамарке на день рождения тащилась. Может, у неё оставила? Вот растяпа! Да ладно, авось и так добегу. Подумаешь, дождь. Не сахарная – не растаю.
На улице поняла – растаю. Ещё как растаю. Ливень стоял стеной. Не успела до козырька соседнего подъезда добежать – промокла насквозь. Чертыхаясь, вернулась домой переодеваться. И тут, как назло, телефон разрывается от звонков. Начальница, кто ж ещё в такую рань звонить будет.
– Алё! – гаркнула я в трубку, стаскивая мокрый плащ.
– Машенька! – противный голос Инги Сергеевны ввинтился в ухо. – Ты где пропадаешь? Забыла, что у нас нижегородский клиент сегодня? Богатенький, между прочим! Весь отдел уже на ушах стоит, а тебя нет как нет!
– Инга Сергеевна, – промямлила я, натягивая сухие джинсы, – тут такое дело... потоп у нас.
– Какой ещё потоп?! – взвизгнула она. – Мне дела нет до твоих домашних катаклизмов! Чтобы через двадцать минут была в офисе, иначе премии лишу!
Я чуть телефон не расколотила об стену. Вот ведьма! Чтоб у неё пятки на туфлях-лодочках отвалились! Всю душу вымотала за три года, что я у неё работаю. Но деваться некуда – зарплата приличная, а квартиру в ипотеке хочешь-не хочешь, а оплачивать надо.
Натянула сухое, расчесала влажные волосы – и снова на выход. Зонт так и не нашёлся. Плюнула на всё, накрылась капюшоном и выскочила под дождь.
На остановке толпился народ. Все хмурые, мокрые, злые. Автобуса нет и нет. Я притулилась с краю под козырьком, вытирая капли с лица. Рядом старушка в смешном фиолетовом дождевике приткнулась.
– Что, милая, тоже на работу опаздываешь? – спросила она участливо.
– Ага, – буркнула я.
– Эх, времена-то какие! Раньше, бывало, опоздаешь – и ничего, пожурят только. А нынче сразу увольняют. Беспредел!
Я вымученно улыбнулась. Разговаривать не хотелось совершенно. На часах без пятнадцати девять. Инга с меня три шкуры спустит. А тут ещё и телефон сел. Чудесное начало рабочей недели, ничего не скажешь.
Наконец подкатил сорок второй. Народ кинулся штурмовать двери. Я оказалась зажатой между потным мужиком, пахнущим перегаром вперемешку с дешёвым «Олд спайсом», и грузной тёткой с авоськой, набитой картошкой.
– Куда прёшь, корова?! – прошипела тётка, когда я нечаянно наступила ей на ногу.
– Извините, – пробормотала я.
– Ничего-ничего, барышня, – вдруг вступился за меня мужик. – Не серчайте на неё, тут и без того теснотища.
Я благодарно глянула на него. Он подмигнул мне и выдал:
– Я бы для такой красотки и место уступил, да сам стою.
Вот нашёлся защитник, ёлки-палки. От его запашка меня уже мутить начало. Отвернулась и уставилась в окно. За стеклом серая хмарь и потоки воды. На душе тоскливо.
Возле торгового центра началась давка на выход. Кто-то толкнул меня в спину, я едва не растянулась на полу. Схватилась за поручень, выпрямилась и заметила, что моя сумка расстегнулась. А в следующую секунду увидела, как мой кошелёк падает на грязный пол.
– Стойте! – закричала я, но было поздно.
Водитель закрыл двери, и автобус тронулся. А мой кошелёк с зарплатой и карточками остался там. Я в панике выскочила на следующей остановке и замерла под козырьком магазина. Что делать? Вернуться? А как потом добираться до работы? Да и уехал автобус уже далеко.
Слёзы брызнули из глаз. День хуже не придумаешь! Промокла, опоздала, кошелёк потеряла. Да ещё и эта дурацкая встреча с клиентом. Инга меня со свету сживёт.
– Девушка, с вами всё в порядке? – услышала я мужской голос.
Подняла глаза – рядом стоит высокий, представительный мужчина в тёмно-сером пальто. Глаза внимательные, карие. В руках – большущий чёрный зонт.
– Да-да, всё нормально, – пробормотала я, размазывая слёзы по щекам.
– Хм, не похоже, – он улыбнулся, и у глаз собрались морщинки-лучики. – Может, вам помочь?
И я, сама не знаю зачем, вывалила на него всю свою историю. Про дождь, опоздание, потерянный зонт и кошелёк. И про злобную начальницу, которая теперь меня сожрёт с потрохами.
– Вы из «Пегаса»? – вдруг удивился мужчина. – Вот так совпадение! Я как раз туда еду. Меня зовут Павел Воронцов, я из «НижегородПроекта».
Я вытаращила глаза. Ничего себе поворот!
– Вы тот самый клиент?
– Он самый, – кивнул Павел. – А вы?
– Мария Соколова, – пролепетала я. – Менеджер проекта. Я... мне поручили... ой, матерь божья, что ж так всё через пень-колоду-то!
Павел рассмеялся.
– Не переживайте. Я сам опаздываю. Мой водитель в слякоть в столб въехал, сидим, ждём эвакуатор. Я такси вызвал, но в такую погоду все заказы расписаны на час вперёд. Так что мы с вами товарищи по несчастью.
Я перевела дух. Значит, встреча в любом случае откладывается.
– Слушайте, – Павел кивнул на кафешку напротив, – давайте пока перекусим? Вызовем такси, позвоните с моего телефона своей начальнице. А то вы совсем промокли.
Кафешка манила теплом и запахом свежей выпечки. Не раздумывая, я согласилась. Позвонила Инге – та была в бешенстве, но, узнав, что я с клиентом, сменила тон и перенесла встречу на два часа дня.
В кафе было уютно. Я заказала капучино с корицей и круассан, Павел – эспрессо и сэндвич. Мы разговорились.
– Знаете, – сказал он, помешивая кофе, – я рад нашей внезапной встрече. По правде сказать, терпеть не могу эти официальные посиделки с презентациями и прочей мишурой. Всё равно всегда приходится переделывать.
– Вы так думаете? – я удивилась. – А наша Инга Сергеевна считает, что мы лучшие в городе.
– Не сомневаюсь, – хмыкнул Павел. – Но проблема в том, что заказчики и исполнители часто говорят на разных языках. Мне, например, нужна рекламная кампания, которая будет привлекать айтишников-фрилансеров. А мне предлагают какие-то пафосные решения для серьёзных бизнесменов в костюмах. Ну не в тему же совсем!
Я усмехнулась. Он, кажется, прекрасно знал нашу Мегеру и её любовь к помпезности.
– А вы давно работаете в «Пегасе»? – спросил Павел.
– Три года, – вздохнула я. – Раньше думала, что это временно. Мечтала свою галерею открыть. Я рисую, знаете ли. Акварелью в основном.
– Серьёзно? – он оживился. – У меня мама – художница. Акварель, масло, акрил – она всё перепробовала. Сейчас на пенсии, но до сих пор выставляется.
– Правда? – я почувствовала укол зависти. – Как здорово.
– А почему вы не занимаетесь живописью профессионально?
– Да бросьте, – я махнула рукой. – На это нужны деньги, связи. А я – обычная девчонка из Самары. Куда мне в галереи пробиваться.
Павел задумчиво посмотрел на меня:
– Знаете, у меня есть друг – владелец галереи в Нижнем. Если хотите, я могу показать ему ваши работы.
– Вы шутите, да? – я прищурилась.
– Ни капельки. Игорь – отличный парень, тонко чувствует искусство. Да и галерея у него небольшая, но с хорошей репутацией. Не обещаю, что вас сразу выставят, но посмотреть ваши работы он точно не откажется.
Я не верила своим ушам. Это что же выходит – встреча с будущим меценатом?
– Покажете мне свои картины? – спросил Павел. – Я не эксперт, конечно, но кое-что понимаю.
– Да запросто! – выпалила я. – Они дома все. Можем заехать... – и осеклась, вспомнив, что я на мели.
– Не волнуйтесь, – Павел словно прочитал мои мысли. – Я оплачу такси до вашего дома. А вечером, если позволите, заеду посмотреть картины. А сейчас – на встречу. Вашу начальницу не стоит злить больше необходимого.
И вот мы уже едем в такси к офису. Павел травит какие-то байки про своего программиста, который умудрился написать код, удаливший данные всех клиентов, а я смеюсь, как дурочка. На душе почему-то легко и радостно, несмотря на все утренние неприятности.
В офисе нас встретила Инга Сергеевна. На её морде застыла приклеенная улыбка.
– Павел Андреевич! Добро пожаловать в «Пегас»! – пропела она.
– Спасибо, Инга Сергеевна, – отозвался Павел. – Простите за опоздание. Мария Сергеевна любезно скрасила моё ожидание.
Я чуть не прыснула. «Сергеевна», надо же! Видимо, перепутал с отчеством нашей Мегеры.
Инга зыркнула на меня исподлобья – мол, потом разберёмся, – и провела нас в конференц-зал. Там уже собрались наши креативщики, дизайнеры и аналитики.
Презентация прошла на удивление гладко. Павел активно задавал вопросы, вносил предложения, а в конце подписал предварительный контракт. Инга Сергеевна просто светилась от счастья – контракт был крупный и сулил неплохие бонусы.
После официальной части Павел неожиданно пригласил меня на ужин.
– Это деловой ужин? – уточнила я.
– Скорее дружеский, – улыбнулся он. – Мы с вами неплохо поладили, не так ли?
Я кивнула, чувствуя спиной сверлящие взгляды коллег. Инга, улучив момент, отвела меня в сторонку:
– Маша, ты чего удумала? – прошипела она. – С клиентами шуры-муры заводить – дурной тон!
– Да что вы, Инга Сергеевна, – возмутилась я. – Какие шуры-муры? Просто ужин.
– Ну-ну, – скептически протянула она. – Только контракт не испорть мне, поняла?
– Так точно! – отсалютовала я, еле сдерживая смех.
Вечером мы с Павлом ужинали в ресторанчике на набережной. Лучи закатного солнца золотили речную гладь. Дождь наконец-то прекратился, и Самара сияла умытыми улицами.
– Значит, вы с детства рисуете? – спросил Павел, разливая вино по бокалам.
– Ага, – кивнула я. – Мама говорит, что я с трёх лет карябала всё, что под руку попадалось. Потом художка, кружки всякие. Мечтала в Суриковское поступить, да не сложилось.
– Почему?
– Да как-то... струсила, наверное. Да и родители были против. Говорили – не прокормишь себя кисточкой. Вот и пошла на экономический. А там уже как-то закрутилось, и... – я развела руками.
– И превратились в офисный планктон? – усмехнулся Павел.
– Вот ещё! – фыркнула я. – Я не планктон. Я – медуза. Красивая, но жалит больно.
Павел расхохотался:
– Вы удивительная женщина, Мария.
– А вы интересный мужчина, Павел, – парировала я. – Расскажите о себе. Что привело в айти?
– О, это долгая история, – он отпил вина. – Если вкратце – математический склад ума и нелюбовь к начальникам. Решил, что лучше буду сам себе хозяин.
– И как, получается?
– Более-менее, – пожал плечами Павел. – Своя компания – это круглосуточная головная боль. Но зато никто не диктует, как жить.
Мы проговорили до полуночи. Оказалось, что Павел – не просто представитель «НижегородПроекта», а его владелец. Фирма разрабатывает программное обеспечение для медицинских учреждений и крупных предприятий. Дела идут неплохо, но нужна свежая рекламная кампания.
На следующий день, который выпал на субботу, Павел заехал ко мне домой посмотреть мои работы. Я жутко стеснялась – квартирка-то у меня скромная, однушка в новостройке. Ремонт бюджетный, мебель из «Икеи». Но Павел, казалось, не замечал ничего этого. Он с искренним интересом рассматривал мои акварели, развешанные на стенах.
– Потрясающе! – восхищался он. – У вас удивительное чувство цвета. И композиция... вот эта работа особенно хороша, – он указал на акварель с изображением старой самарской улочки.
– Правда нравится? – я не верила своим ушам.
– Не просто нравится – восхищает! – Павел достал телефон. – Я прямо сейчас отправлю фотографии Игорю. Уверен, он будет в восторге.
Игорь действительно заинтересовался. Через пару недель перезвонил и предложил организовать небольшую выставку в его галерее.
– Видите, как всё складывается, – улыбался Павел. – А всё благодаря утреннему дождю, вашему опозданию и потерянному зонту.
– Да уж, – засмеялась я. – Три неудачи привели меня к счастью.
Через месяц в Нижнем Новгороде открылась моя первая персональная выставка «Самарские этюды». Мои акварели разместили в уютном зале галереи Игоря. Пришло много народу – любители живописи, журналисты, даже парочка критиков. Павел был рядом и поддерживал меня. К тому времени мы уже не скрывали своей симпатии друг к другу.
Инга Сергеевна, узнав о выставке, только головой покачала:
– Ну ты даёшь, Соколова! За месяц окрутила нижегородского толстосума и в дамские художницы выбилась. Хватка у тебя – будь здоров!
Я только отмахнулась. Какой смысл объяснять что-то человеку, который во всём видит только выгоду?
А ещё через полгода я переехала в Нижний Новгород. Павел сделал мне предложение, от которого невозможно было отказаться. Теперь у меня своя небольшая галерея-студия, где я провожу мастер-классы и выставляю свои работы. Они, представьте себе, неплохо продаются!
Иногда я достаю тот самый зонт – его нашла соседка в подъезде и вернула мне через неделю после знаменательной встречи с Павлом. Этот старенький зонтик с поломанной спицей стал для меня чем-то вроде талисмана.
Вчера мы с Павлом сидели на веранде нашего загородного дома, потягивали глинтвейн и слушали, как дождь барабанит по крыше.
– Знаешь, – сказал муж задумчиво, – если бы не тот ливень, мы бы с тобой никогда не встретились.
– И если бы я не проспала и не забыла зонт, – подхватила я.
– И если бы ты не потеряла кошелёк, – добавил Павел.
– Три неудачи, которые привели меня к счастью, – тихо произнесла я нашу любимую фразу.
Мы долго сидели в тишине, потягивая тёплое вино, наслаждаясь шумом дождя и теплом семейного очага. Муж гладил мой уже заметно округлившийся животик – скоро нас будет трое.
Жизнь удивительная штука. Никогда не знаешь, что принесёт тебе обычный дождливый понедельник. Промокшие ноги, опоздание на работу и потерянный кошелёк могут обернуться счастьем, о котором и не мечталось. Главное – не опускать руки и верить, что всё к лучшему. Даже если пока видишь только серые тучи и потоки воды с неба.