О, лукавый, лучше тебе не будить древнее зло.
Знаешь ли ты святого, что бродит по полям с колокольчиками на ногах? Не для красы и не для забавы он их носит — но чтобы червячки да букашки знали: идёт человек. И чтобы не быть им раздавленными под его стопами. Велика и явственна милость его — как в малом, так и в великом.
Наверное, ты слыхал, что этот святой — добрый малый, не гневлив и не гордый. Потому и молва о нём, как о святом: способен он на великодушие редкое и прощение частое. Но важнее того то, что, встречаясь со злом и страшными грехами, сам он остаётся чистым, не заражается их влиянием. Вот где раскрывается истинная сила человеческой души.
Но слыхал ли ты, что тот святой — ещё не Просветлённый и не ангел? Он пока дитя рода человеческого, странник мира, где всё зыбко и подвержено соблазну. Он близок к единству с великим Естесством. Он почти там — и всё же пока стоит на земле и смотрит в небо. А значит, есть в нём нечто, что ещё сокрыто.
Не дивись и не гадай, друг, что это может быть. Я тебе так поведаю.
В том святом скрыта страшная сила. Имя ей — боль и страдания мира, запечатанные, спрессованные в магический кровавый алмаз.
Он будет ходить по полям, босыми ногами касаться земли, собирать травы, говорить с птицами, слушать, как плачет ветер. Он будет лечить: зверей, детей, одиноких и уставших. А эта страшная сила будет медленно в нём перевариваться.
Но если ты, лукавый, будешь несправедлив, если начнёшь докучать этому святому, и не уймёшь себя вовремя — то рано или поздно просверлишь дыру в сокрытые недра. Ежели ты, лукавый, вознамеришься искушать его и будешь жалом своим терзать, попытаешься пробить доспехи его терпения — о, горе тебе. Ибо вырвется древняя сила и станет бурею огненной. И не ведая меры дерзко растопчет всё вокруг.
Вот тогда ты и познаешь ту беду, что страшнее всех других: то, что стремилось стать светом, но не успело дозреть, вырвется наружу как нечистая сила и уродливое бедствие. Так рождается новый виток боли. Так замыкается порочный круг.
Не мешай, старина, святому.
Страшна кара, что может обрушиться на твою голову. Не буди древнее зло — пусть сидит там, где сидит. Не мешай человеку справляться. Лучше поддержи, помоги, дай кусок хлеба. А не можешь — так отойди, с миром иди.
Но ты, лукавый, всё носом роешь, и с собой совладать не можешь.
Как же упорно ты ищешь беду! Как неустанно стремишься доказать, что в этом мире непременно есть что-то нечистое. Вот и цепляешься за изнанку.
И, о простодушный, ты найдёшь то, что ищешь. Ибо это закон: всяк найдёт по помыслам своим.
Так что мотай на ус, ведь и это сказание к тебе недаром пришло:
не буди древнее зло — ибо сам сгоришь!