Сегодня Валерия Михайловна поняла весь масштаб лжи свей дочери. Она стояла посреди собственной прихожей и таращилась на чужого мужика, который преспокойно читал газету за ее столом.
— Ну и дела! — пронеслось у нее в голове…
Мужик поднял голову от газеты и растерянно заморгал.
— Простите, а вы, собственно, кто будете? — он отложил газету в сторону и почесал затылок.
Валерия Михайловна разинула рот, но слов не нашлось. Что поделаешь, такого номера она точно не ожидала.
— Я хозяйка этой квартиры, — наконец выдавила она, хватаясь за дверной косяк. — А вы тут что делаете, позвольте спросить?
Мужик встал, заправил рубашку в брюки и неловко пожал плечами:
— Как что? Живу же, — он явно растерялся и замахал руками. — Снимаю эту квартиру уже несколько месяцев. У меня договор есть, все по-честному.
— Договор! — мысленно ахнула Валерия Михайловна.
Какой еще, к чертовой матери, договор? Она же уезжала на год к больной сестре. Попросила Оксану цветочки поливать да проветривать квартиру. И на тебе!
— С кем это у вас договор такой? — спросила она.
— Да с Оксаной, естественно, — ответил мужик и потер нос. — Она же ваша дочка? Девушка очень милая. Всегда вовремя деньги получает, никаких заморочек.
Валерия Михайловна схватилась за стенку. Значит, дочурка не просто забила на квартиру. Она ее сдала! Незнакомому дядьке и денежки за это стрижет!
— Послушайте, тут какая-то ошибочка вышла, — начал мужик, видя ее состояние и нервно переминаясь с ноги на ногу. — Может, Оксане позвоним? Она все растолкует как надо.
— Не надо никому звонить, — резко сказала Валерия Михайловна и развернулась к выходу. — Я сама с ней потолкую.
Она вылетела из квартиры, грохнув дверью так, что соседи наверняка подскочили. На лестничной площадке достала телефон и набрала дочкин номер.
— Алло, мамочка! — радостно отозвалась Оксана. — Как дела, как самочувствие? Что-то рано ты сегодня звонишь...
— Оксана, — медленно произнесла Валерия Михайловна, опираясь на перила, — объясни мне, пожалуйста, что за мужик у меня в квартире сидит?
— Мам, я могу все объяснить, — пролепетала Оксана. — Это не то, что ты думаешь. Я хотела сказать, честное слово, но...
— Но что? — перебила Валерия Михайловна, сжимая телефон. — Ты квартиру сдала без моего ведома? Врала целый год, что все в ажуре?
— Мам, пожалуйста, не ори на меня! — взмолилась Оксана, и по голосу было слышно, что она вот-вот расплачется. — Ты… выслушай сначала… Были проблемы с деньгами, серьезные. А ты же все равно у тети Зины торчала...
— Я больной сестре помогала! — возмутилась Валерия Михайловна, стукнув кулаком по перилам. — После перелома ухаживала! И собиралась вернуться, а не там до пенсии прописаться!
— Знаю я, знаю, — зачастила Оксана. — Но потом ты сама говорила, что можешь подольше задержаться. Вот я и подумала...
— Ты решила на маминой квартире денежку поднять?! — не выдержала Валерия Михайловна. — Сколько он тебе платит?
Оксана снова замолчала, только сопит в трубку.
— Двадцать восемь тысяч в месяц, — тихо призналась она наконец.
Валерия Михайловна сползла на ступеньку. Двадцать восемь! За ее двушку в спальном районе. Значит, дочурка уже успела разбогатеть на ... Она быстро посчитала в уме. Если она уехала к сестре в октябре, а сейчас сентябрь, то получается почти триста тысяч рублей!
— Оксана, — сказала она, стараясь говорить спокойно и глубоко дыша, — у тебя что, какие-то долги?
— Да, мам, — вздохнула дочь. — Кредитов набрала, проценты набежали жуткие. Совсем все плохо было, хоть в петлю лезь.
— А спросить у матери не догадалась?
— Мам, ну откуда у тебя такие финансы? — растерянно ответила Оксана, шмыгая носом. — У тебя пенсия копеечная, ты сама еле-еле концы с концами сводишь.
Валерия Михайловна покачала головой. Конечно, у нее не было лишних сотен тысяч. Но и обманывать родную мать... Это уже, простите, слишком.
— На сколько месяцев у него оплачено? — спросила она, массируя виски.
— На год, — еле слышно прошептала Оксана.
— На год?! — взорвалась Валерия Михайловна, вскакивая со ступенек. — Ты договор на год заключила без моего ведома?
— Мам, ну пойми же ты! — заголосила дочь в трубку. — Я думала, мы успеем все как-нибудь уладить. Ты же сама говорила, что тете Зине помощь нужна. Я надеялась, что ты еще несколько месяцев у нее побудешь...
— А если бы я раньше вернулась? — поинтересовалась Валерия Михайловна.
— Я бы что-нибудь придумала, — жалобно сказала Оксана.
— Так придумывай, этот момент настал, — проворчала Валерия Михайловна, качая головой.
Она стояла на лестнице и пыталась переварить услышанное. Получается, дочурка больше года водила ее за нос! Каждый божий день трезвонила, про дела расспрашивала, рассказывала, как за квартирой ухаживает. А сама в это время бабло за сдачу маминого жилья гребла!
— Мам, ты меня слышишь? — тревожно спросила Оксана.
— Какие права? — перебила Валерия Михайловна. — На мою квартиру? Ты что?
— Но он же бабки заплатил! — всхлипнула дочь. — Если я сейчас договор расторгну, придется ему компенсацию выплачивать,это прописано в договоре у нас!
Валерия Михайловна почувствовала, как у нее начала болеть голова. Еще и компенсацию платить за то, что дочка без спросу в чужой квартире хозяйничала.
— Хорошо, — решительно сказала она. — Выплачиваешь ему компенсацию и выставляешь за дверь. Немедленно! Я в своей кровати спать хочу, а не на улице.
— Мам, откуда у меня четырнадцать тысяч? — жалобно протянула Оксана. — Я же все деньги на долги спустила!
— Это твои проблемы, дорогуша, — жестко ответила Валерия Михайловна. — Сама кашу заварила, сама и расхлебывай.
— Но мам...
— Никаких «но»! — рявкнула Валерия Михайловна. — До завтрашнего вечера хочу видеть свою квартиру свободной. Иначе сама приеду и разберусь по-своему.
Она отключила телефон и тяжело поднялась со ступенек.
Валерия Михайловна вызвала такси и села на скамейку во дворе. Пока машину ждала, снова и снова в голове прокручивала телефонные разговоры с Оксаной. Как же она ловко все обставила! Рассказывала, что приходила цветочки поливать, что соседка тетя Клава интересовалась, когда Валерия Михайловна вернется. Даже жаловалась, что ключи от маминой квартиры где-то затерялись, и она переживает...
А ключи-то, небось, у этого... Как его там... Виктора!
Валерия Михайловна поежилась. А вдруг он там что-то испортит? Или еще хуже… Вдруг это… какой-нибудь неблагонадежный тип? Оксана же наверняка не проверяла его документы как следует. Главное для нее было — денежку получить.
Подъехало такси. Валерия Михайловна устало забралась на заднее сиденье и назвала адрес железнодорожного вокзала.
— Дальняя дорога намечается? — участливо спросил водитель.
— Не очень, — коротко ответила Валерия Михайловна.
Ей не хотелось ни с кем болтать. Просто сидеть и думать о том, что теперь делать. Как жить с тем, что дочь оказалась способна на такой подлый обман?
Конечно, она понимала, у Оксаны были финансовые заморочки. Молодая женщина, работает менеджером в какой-то шарашкиной конторе, зарплата копеечная. Кредиты в наше время все берут, это не удивительно. Но почему нельзя было честно с матерью поговорить? Ситуацию объяснить, помощи попросить?
Правда, что бы она могла предложить? У дочери… запросы, а у нее… Пенсия действительно небольшая, накоплений особых нет. Разве что квартиру продать... Но это же крайняя мера! И потом, квартира-то не только ее, она завещана на дочь. Получается, Оксана просто решила заранее своим наследством воспользоваться.
Валерия Михайловна прислонилась к окну машины и закрыла глаза. Вот уж никогда не думала, что придется с таким предательством столкнуться. Ведь она всегда старалась хорошей матерью быть. Растила Оксану одна после развода, вкладывала в нее все, что могла. Высшее образование дала, замуж красиво выдала... Правда, брак у дочки не сложился, но это уже не ее вина.
— Приехали, — сказал водитель.
Валерия Михайловна расплатилась и пошла билет на ближайший поезд покупать. К счастью, до отправления оставалось всего полчаса.
В вагоне она достала телефон и накатала сестре сообщение:
«Зина, возвращаюсь. Расскажу потом. Встретишь?»
Ответ пришел почти сразу:
«Конечно, встречу. Что случилось-то?»
«Потом объясню», — написала Валерия Михайловна и убрала телефон.
Поезд тронулся. За окном мелькали пригородные дачки, потом леса, потом снова какие-то поселки. А она все думала о дочери. О том, как та ловко водила ее за нос целый год. Каждый день звонила, здоровьем тети Зины интересовалась, про свои дела на работе рассказывала. И ни разу не проговорилась!
Хотя... Теперь Валерия Михайловна понимала, что странности все-таки были. Например, Оксана несколько раз предлагала ей у сестры подольше остаться. Говорила, что Зине поддержка нужна, что она, Оксана, сама справляется, в помощи не нуждается. А еще она стала гораздо реже на нехватку денег жаловаться. Раньше постоянно ныла, что зарплата маленькая, что кредиты душат. А тут вдруг перестала.
— Надо было догадаться, — мысленно упрекнула себя Валерия Михайловна. — Но кто же мог подумать, что родная дочь на такое способна?
Телефон зазвонил. Это была Оксана.
— Мам, прости меня, пожалуйста, — сразу заговорила дочь. — Я понимаю, что плохо поступила. Но… Ну правда не знала, что делать!
— Оксана, я не хочу сейчас об этом говорить, — устало сказала Валерия Михайловна. — До завтра вечера решаешь вопрос с квартирантом.
— Мам, а что потом будет? — тихо спросила дочь. — Ты меня простишь когда-нибудь?
Валерия Михайловна посмотрела в окно на проносящиеся мимо поля.
— Не знаю, Оксана, — честно ответила она. — Сейчас не скажу. Ты меня… очень разочаровала…
Утром Валерия Михайловна проснулась в знакомой комнатке у сестры и первым делом схватилась за телефон. Никаких сообщений от Оксаны. Она быстро набрала дочкин номер.
— Алло, — сонным голосом ответила Оксана, зевая в трубку.
— Ну? — коротко спросила Валерия Михайловна. — Как дела с выселением твоего постояльца?
— Мам, я с ним говорила вчера, — неуверенно начала дочь, явно собираясь с мыслями. — Он согласился съехать, но... Есть одна заминочка.
— Какая еще заминочка? — насторожилась Валерия Михайловна, садясь на кровати.
— Он требует компенсацию не четырнадцать тысяч, а больше, — виновато пролепетала Оксана. — Ну… за срочность, за неудобства.
Валерия Михайловна потерла виски. Ну конечно! Все не может просто взять и решиться.
— Сколько он хочет содрать? — устало спросила она.
— Тридцать тысяч, — едва слышно ответила Оксана.
— Что?! — Валерия Михайловна подскочила с кровати. — С какой такой радости?
— Мам, ну он же потратился на ремонт там, — оправдывалась дочь, ее голос стал жалобным. — Обои поклеил в зале красивые, смеситель поменял на новый. Говорит, что квартира теперь дороже стоит, чем была.
Валерия Михайловна почувствовала, как ее начинает трясти от злости. Значит, этот фрукт еще и ремонт делал в ее квартире! Без спросу!
— Оксана, — медленно проговорила она, сжимая телефон, — объясни мне, как так вышло, что посторонний человек ремонт в моей квартире делает?
— Ну мам, — заныла дочь, — он же там планировал год прожить. Естественно, хотел по-человечески обустроиться. А я подумала, что тебе это даже на руку будет...
— На руку? — переспросила Валерия Михайловна. — Мне на руку, что чужой мужик по своему вкусу квартиру переделывает?
— Да нет же! — торопливо заговорила Оксана. — Он аккуратно все сделал, со вкусом. Обои хорошие выбрал импортные, смеситель поставил качественный. Я проверяла, все нормально!
— Ты проверяла, — повторила Валерия Михайловна, качая головой. — Понятненько.
Она молчала, а дочь тревожно сопела в трубку.
— Мам, ну что теперь делать-то? — наконец спросила Оксана. — Откуда мне взять тридцать тысяч?
— Понятия не имею, — ответила Валерия Михайловна. — Это твои проблемы, дорогая доченька.
— Но мам... 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔 ЛУЧШИЕ РАССКАЗЫ КАНАЛА ЗДЕСЬ 👇🏼