Мне 30. Живу один. Женат не был. Детей нет.
И знаешь, меня это вполне устраивает.
Квартира своя. Работа — удалёнка, айтишник. Денег хватает, чтобы не считать каждую копейку. А по выходным — клуб, коктейль, музыка, толпа.
Я не ищу жену. И не строю из себя святого.
Всё честно: понравилась — познакомились — пошли дальше. Без обещаний, без “мы теперь вместе”, без утренних сказок про “звони мне”.
Так и в этот раз.
Пятница, как обычно, ближе к полуночи заехал в знакомый бар. Музыка, народ, лица.
Сел, взял виски, осмотрелся.
И вот она.
Блондинка, лет 27–30. Не девочка — женщина. Без дешёвого макияжа, без воплей. Спокойная, но видно: знает, чего хочет.
Стоит у стойки, пьёт что-то лёгкое, улыбается. Встретились взглядами.
Я подошёл, без лишнего пафоса:
— Не против компании?
— А ты умеешь не мешать? — с усмешкой ответила.
— Лучше — умею быть полезным.
Она рассмеялась. Зацепились.
Разговор зашёл легко. Обычные темы — музыка, работа, кино.
Про мужа, детей, отношения — ни слова. Только в глазах у неё была какая-то усталость. Такая, знаешь, как у людей, которые на бегу отдыхают.
Я не стал копать. Да и зачем? Мы оба понимали, что вечер заканчивается не философией.
Поехали ко мне.
Ночь прошла как надо. И без драмы.
А вот утро — это был отдельный спектакль.
Просыпаюсь — она уже одета, расчёсывает волосы.
Смотрит на меня и говорит:
— Не шуми, я сейчас мужу позвоню.
Я аж не понял сразу. Какой муж?
Она выходит на балкон, говорит тихо, но я слышу:
— Привет… Да, я только закончила.
…
— Да, смена тяжёлая была.
…
— Нет, без происшествий. Я еду домой.
…
— Целую тебя и сына.
Пауза.
Я сижу, туплю. Она заходит, как ни в чём не бывало.
Берёт сумочку, подкрашивает губы.
— Спасибо за ночь. Всё было круто.
— Подожди, — говорю. — Ты замужем?
— Ага. Уже шесть лет.
— И ребёнок есть?
— Сын. Четыре года.
Я молчу. Она застёгивает куртку.
— Слушай, — говорю. — А ты часто так “работаешь”?
Она на секунду задумывается.
— Ну… три-четыре раза в месяц. Иногда меньше. Всё по настроению.
— А муж знает?
— Конечно, нет. Он думает, что я ночные смены беру в студии.
— А зачем тебе всё это?
Она пожала плечами:
— Я устаю быть “мамой” и “женой”. Там всё по графику. А тут — я просто женщина.
— А развестись не хочешь?
— Зачем? Он хорошо зарабатывает. Квартира, машина, садик платный. Я что хочу, то себе и покупаю, в отпуски езжу по пять раз в год. А в случае развода — я ничего не получу. Он всё оформил на родителей ещё до свадьбы.
— То есть, ты с ним из-за выгоды?
— Ну, а почему бы и нет? Он всё равно меня слепо любит. А я просто беру своё. Не у него — у мира.
— А как же ребенок?
— Ну а что ребенок? Муж его любит. И меня...
Я стою, в одних трусах, а она философствует у моей двери.
И вот тут она добавляет:
— А ты, кстати, как думаешь… ребёнок мой точно от него?
Эта фраза повисла в воздухе.
Я выдохнул:
— Это риторический вопрос?
— Не знаю. Иногда смотрю — вроде его. А иногда думаю — нет, не его. Но тест он не делал, так что... всё норм.
И ушла.
Целый день я не мог выбросить эту ситуацию из головы.
Сначала было просто удивление. Потом злость. Потом — что-то вроде грусти.
Понимаешь, я не святой.
Но я никогда не вёл себя так, чтобы человек утром звонил своей семье и врал с чужой кровати.
Меня это будто... опустило на землю.
Не в том смысле, что я влюбился или что-то хотел от неё. А в том, что я впервые увидел, как далеко может зайти бытовая ложь.
Сидел, вспоминал, как раньше встречались с девушками, где всё просто: пообщались, поулыбались, разошлись.
А тут — целый театр.
Муж, ребёнок, чужая квартира, ложь по телефону, и женщина, которая в глаза мне говорит:
— Мне выгодно оставаться замужем. А в душу заглядывать — мне лень. Я просто сбегаю иногда.
Вот так вот.
Я ни о чём не жалею, но чувствую себя не свидетелем, а соучастником.
Как будто стал частью чьей-то семейной драмы, даже не подписываясь на это.
Иногда думаю — а тот муж, он вообще догадывается? Видит ли что-то?
Или тоже живёт по графику, не задавая вопросов?
Кто знает.
Но с тех пор, когда слышу “я просто устала от быта” — у меня внутри щёлкает.
И я уже не бегу за очередным приключением.
Я жду... пока не появится та, кто не врёт даже по утрам.