И от белого и от алого –
стонет Русь от горя немалого,
словно мать, потерявшая сына,
по народу плачет Россия.
Так случилось, что ей под старость
ничего в дому не осталось,
кроме имени да медали,
что за многих сынов ей дали.
Старший сын за неё вступился –
да убился, а средний спился,
а меньшой, тот врагу предался,
с кем старшой за неё сражался…
Стонет Русь – сама не святая:
то распятая, то пропитая,
то за Грозным самим Иваном,
то под Гришкой каким – смутьяном.
Вот и шли несхожие чада:
мать есть мать – и любому рада!
Сколько бед на себя накликала
от Петра, хотя и Великого…
Стонет Русь по себе пропащей –
и по прошлой и настоящей –
лишь о будущем Русь не стонет:
кто её, ненужную, тронет?!
Засыпает она, седая,
видит сон: опять молодая!
А кругом всё леса да реки,
всё варяги вокруг да греки –
предлагают сердце и руку
за неё, за её округу.
А она им в ответ: "Не знаю…
Я дала обет Николаю…"
Просыпается Русь – зарёвана.
Перед ней – иконка Царёва:
"Чует сердце, не разлюбили
эти глазыньки голубые!"
18 июля 1999 г.
Оскар Грачёв