Ну вы только посмотрите на этих... Сижу я, значит, дома спокойно, чай пью, телевизор смотрю, и тут звонок. Поднимаю трубку — соседка Галка.
— Тань, ты в курсе, что твои родственнички дом купили? — говорит она таким голосом, будто мне в морду плюнуть хочет.
— Какой дом? — не понимаю я. — Какие родственники?
— Да твои же! Сестра с мужем! На Садовой улице особняк взяли, двухэтажный. Вчера въехали уже, мебель завозили.
У меня аж в ушах зазвенело. Какой дом? Какой особняк? Лена моя сестричка, которая еще месяц назад у меня деньги в долг просила на коммуналку? Которая ныла, что денег нет даже на нормальную еду?
— Галь, ты что, с дуба рухнула? — говорю я. — Откуда у них деньги на дом? Они же еле концы с концами сводят.
— А вот и не еле! — злорадно сообщает Галка. — Я сама видела, как они вещи заносили. И машину новую купили, представляешь? Джип какой-то навороченный.
Кладу трубку и сижу как оглушенная. Не может быть... Хотя, стоп. А помню, как Лена недавно странно себя вела. Приходила ко мне, все какая-то загадочная была, улыбалась постоянно. А когда я спрашивала, что случилось, отмахивалась:
— Да ничего особенного, Танюш. Просто настроение хорошее.
Настроение! Ну конечно, еще бы не хорошее, когда дом покупаешь! А мне ни слова не сказала. Родная сестра, между прочим. Мы с ней всю жизнь всем делились, все друг другу рассказывали. А тут...
Хватаю телефон, набираю ее номер. Длинные гудки, потом:
— Алло, Таня? — голос у нее какой-то виноватый.
— Лен, это правда? Про дом? — спрашиваю я прямо, без предисловий.
Молчание. Долгое такое молчание, что я уже думаю — связь оборвалась.
— Таня, я хотела тебе сказать... — наконец произносит она.
— Когда? — перебиваю я. — После новоселья? Или вообще не собиралась?
— Не кричи, пожалуйста. Мы просто... это все так быстро произошло. Виталик выиграл в лотерею, представляешь? Большую сумму. Мы решили сразу дом купить, пока цены не поднялись.
Выиграл в лотерею! Ну надо же, какая удача. А почему тогда секретничали? Почему мне ничего не сказали?
— И сколько он выиграл, твой Виталик? — интересуюсь я.
— Много, — уклончиво отвечает она. — Хватило на дом и на машину.
— Лена, мы же сестры! — не выдерживаю я. — Почему ты мне не рассказала? Я бы порадовалась за вас!
— Таня, ну ты же знаешь... Люди завистливые. Мы решили пока никому не говорить.
Завистливые люди! А я, значит, тоже из завистливых? Сестра родная, а она меня к чужим людям причислила.
— Понятно, — говорю я холодно. — Ну что ж, поздравляю. Живите в своем особняке.
— Таня, не обижайся... — начинает она, но я уже трубку положила.
Сижу и думаю. Что-то тут не так. Виталик в лотерею выиграл... Да он же никогда лотерейные билеты не покупал! Говорил всегда, что это развод для дураков. А тут вдруг выиграл. И сумму назвать не могут. И секретничают.
Нет, тут что-то другое. Может, наследство какое получили? Или Виталик на работе премию большую получил? Хотя он же на заводе работает, слесарем. Какие там премии...
А может... А может, они специально от меня скрывают? Думают, что я буду деньги просить? Или еще чего? Обидно, честное слово. Всю жизнь мы с Леной дружили, поддерживали друг друга. А теперь, как только у них деньги появились, сразу отгородились.
На следующий день не выдерживаю — еду к ним на эту Садовую улицу. Адрес у Галки выпытала, она-то все про всех знает в нашем районе.
Подъезжаю — и правда, дом что надо. Двухэтажный, с красивым забором, газон подстриженный, цветочки посажены. И машина стоит во дворе — джип новенький, блестящий.
Звоню в домофон. Голос Лены:
— Кто там?
— Это я, Таня. Открывай.
Пауза. Потом щелчок — калитка открылась.
Иду по дорожке к дому, любуюсь. Красота, ничего не скажешь. Крыльцо с колоннами, окна большие, ставни резные. Сказка, а не дом.
Лена встречает меня на пороге. Вид у нее смущенный, но в то же время гордый. Одета хорошо — платье новое, туфли на каблуке. Даже прическу сделала.
— Проходи, — говорит она. — Только мы еще не обустроились толком.
Захожу в дом — и у меня дух захватывает. Потолки высокие, лестница на второй этаж с резными перилами, люстра хрустальная висит. Мебель, правда, еще не вся расставлена, коробки кое-где стоят.
— Ничего себе лотерейный выигрыш, — говорю я, оглядываясь. — Сколько же Виталик выиграл?
— Таня, ну зачем тебе цифры? — отмахивается Лена. — Хватило, и хорошо.
— А где Виталик? — спрашиваю.
— На работе. Он же не уволился, работает по-прежнему.
Странно. Если выиграл столько денег, что дом купить можно, зачем на заводе горбатиться? Но промолчала.
Лена проводит меня по дому, показывает комнаты. Кухня огромная, с островом посередине и техникой навороченной. Гостиная с камином. Спальни просторные, ванные комнаты как в отеле.
— Красиво, — признаю я. — Повезло вам.
— Да, — соглашается Лена, но голос у нее какой-то неуверенный.
Сидим на кухне, чай пьем. Я все пытаюсь разговорить ее, выяснить, откуда деньги взялись. А она уходит от ответов, тему меняет.
— Лен, — говорю я наконец прямо, — ты мне не доверяешь?
— При чем тут доверие? — удивляется она.
— При том, что ты от меня секретничаешь. Мы же сестры, всю жизнь все друг другу рассказывали. А тут ты дом покупаешь и молчишь.
— Таня, ну не начинай... — вздыхает Лена. — Мы просто решили пока никому не говорить. Пока не обустроимся.
— Никому — это понятно. Но я же не никто! Я твоя сестра!
— Ты моя сестра, — соглашается она. — Но ты же знаешь, как люди реагируют на чужое богатство. Начинают завидовать, просить деньги в долг...
Вот оно что! Значит, они думают, что я буду клянчить у них деньги. Приятно, ничего не скажешь.
— Лена, — говорю я медленно, — ты считаешь, что я буду у вас деньги просить?
— Нет, конечно! — быстро отвечает она. — Просто... ну, мало ли. Лучше перестраховаться.
Перестраховаться! От родной сестры перестраховаться! Ну спасибо, конечно.
Встаю из-за стола.
— Знаешь что, Лен, — говорю я, — я поняла. Вы теперь богатые, а я так, родственница бедная. Которая может начать клянчить.
— Таня, ты не так понимаешь! — пытается она оправдаться.
— Понимаю я все правильно, — отвечаю я. — Ладно, живите в своем особняке. Только знай — я этого так не оставлю.
— Что ты имеешь в виду? — настораживается Лена.
— А то и имею, что раз вы такие подлые, то и я не останусь в долгу. Решили втихую дом купить? Хорошо. Тогда я переезжаю к вам. И точка!
— Как это переезжаешь? — не понимает она.
— А так! Буду жить в вашем доме. Места много, комнат хватит. Раз мы родственники, то и жить должны вместе.
Лена побледнела.
— Таня, ты что, с ума сошла? Мы же не приглашали тебя!
— А меня и спрашивать не надо, — отвечаю я спокойно. — Я сама решила. Завтра начну вещи перевозить.
— Но ты не можешь! — возмущается Лена. — Это наш дом!
— Ваш, — соглашаюсь я. — Но я ваша родственница. А родственники должны друг другу помогать. Вот вы мне и поможете — жильем обеспечите.
Выхожу из дома, а Лена за мной бежит:
— Таня, постой! Давай поговорим нормально!
— О чем говорить? — оборачиваюсь я. — Вы показали свое отношение ко мне. Теперь я покажу свое к вам.
Дома сразу начинаю собирать вещи. Чемоданы достаю, одежду складываю. Если они думают, что могут меня игнорировать, то сильно ошибаются.
Вечером звонит Виталик. Голос у него злой:
— Таня, что за бред ты Лене наговорила? Какое еще переезжание?
— Привет, Виталик, — отвечаю я весело. — Поздравляю с новосельем! Завтра буду у вас.
— Ты куда собралась? — не понимает он.
— К вам жить. Раз у вас теперь особняк, места всем хватит.
— Да ты обнаглела! — взрывается он. — Кто тебя звал?
— А кто вас спрашивал, когда вы дом покупали? — парирую я. — Родственников предупредить не догадались?
— При чем тут родственники? — недоумевает Виталик. — Мы своими деньгами дом купили!
— Своими, — соглашаюсь я. — Только вот интересно, откуда у слесаря деньги на особняк взялись? В лотерею выиграл, говорите?
Молчание в трубке. Долгое такое молчание.
— Виталик, ты там? — спрашиваю я.
— Да, я тут, — отвечает он глухо. — Слушай, Таня, давай встретимся, поговорим.
— Поговорим завтра, когда я перееду, — отвечаю я. — А сейчас мне некогда, вещи собираю.
Кладу трубку и продолжаю упаковываться. Интересно, что они теперь делать будут? Наверное, думают, что я блефую. Ошибаются.
Утром вызываю грузчиков, грузим мои вещи в машину и едем на Садовую. Подъезжаем к дому — ворота заперты. Звоню в домофон — никто не отвечает. Ну и ладно, я не такая простая.
Звоню Лене на мобильный:
— Открывай ворота, я приехала.
— Таня, ну пожалуйста, не надо, — умоляет она. — Давай по-человечески договоримся.
— Открывай, говорю! — повышаю голос. — Или я тут такой скандал устрою, что весь район сбежится!
Через минуту ворота открываются. Заезжаем во двор, грузчики начинают выгружать мои вещи. Лена и Виталик стоят на крыльце с такими лицами, будто их на казнь ведут.
— Таня, — кричит Виталик. — Я в милицию звоню!
— Звони, — отвечаю я спокойно, руководя грузчиками. — Объяснишь им, почему ты свою родственницу на улице оставил. А заодно и про деньги на дом расскажи. Интересно будет послушать.
Виталик побледнел еще сильнее. А я вижу — попала в точку. Значит, не все чисто с этими деньгами.
— Ребята, заносите в гостиную, — командую я грузчикам. — Осторожно с мебелью, она новая.
— Куда вы прете? — возмущается Лена. — Это же наша гостиная!
— Была ваша, — поправляю я. — Теперь общая. Места хватит всем.
Заношу свой любимый диван, ставлю напротив их нового. Телевизор свой тащу — пусть два стоят, выбор больше. Лена с Виталиком смотрят на это дело с ужасом.
— Таня, прекрати этот цирк! — требует Виталик. — Мы тебя не приглашали!
— А вы и не спрашивали мое мнение, когда дом покупали, — отвечаю я, расставляя свои вещи. — Семья должна вместе жить. Вот и будем жить.
— Какая семья? — не понимает Лена. — Мы же не живем вместе уже десять лет!
— Так то раньше было, — объясняю я терпеливо. — А сейчас у вас дом большой появился. Грех не воспользоваться.
Иду на второй этаж, выбираю себе комнату. Самую большую, с видом на сад. Красота! Начинаю раскладывать вещи по шкафам.
Лена заходит за мной, лицо красное от злости:
— Таня, немедленно убирайся отсюда! Это наша спальня!
— Была ваша, — отвечаю я, развешивая платья. — А теперь моя. Вы переходите в комнату поменьше. Справедливо же — у меня вещей больше.
— Да ты совсем обнаглела! — взрывается Лена. — Мы сами в своем доме место выбирать не можем?
— Можете, — соглашаюсь я. — Только я тоже буду выбирать. И я первая пришла в эту комнату.
Спускаюсь вниз, иду на кухню. Открываю холодильник — пустоват. Достаю блокнот, составляю список покупок.
— Виталик! — зову я. — Поедешь в магазин. Вот список.
Он смотрит на меня как на сумасшедшую:
— Я никуда не поеду! И вообще, убирайся из моего дома!
— Из нашего дома, — поправляю я. — И поедешь. Родственники должны друг другу помогать. А то что же это получается — вы втихую богатеете, а меня даже не предупреждаете?
— Мы никому ничего не должны! — кричит Виталик.
— Должны, — спокойно отвечаю я. — Семья — это святое. А вы про семью забыли, как только деньги появились.
Сажусь за кухонный стол, включаю свой ноутбук. Начинаю работать — я же фрилансером подрабатываю, переводы делаю.
— Что ты делаешь? — спрашивает Лена.
— Работаю, — отвечаю не отрываясь от экрана. — Деньги зарабатываю. В отличие от некоторых.
— Что ты имеешь в виду? — настораживается она.
— А то и имею, что интересно мне, откуда у слесаря деньги на особняк, — говорю я, поглядывая на Виталика. — В лотерею выиграл, значит? А билеты где покупал? В каком киоске?
Виталик и Лена переглядываются. Вижу — нервничают.
— Это... это наше личное дело, — бормочет Виталик.
— Было личное, — поправляю я. — А теперь семейное. Раз мы теперь вместе живем, должна же я знать, на какие средства хозяйство ведется.
Встаю из-за стола, иду осматривать остальные комнаты. Кабинет есть — отлично, устрою себе там рабочее место. Библиотека — книжки свои поставлю. Комната для гостей — а вдруг ко мне кто-нибудь в гости приедет?
— Таня, ну хватит! — не выдерживает Лена. — Объясни, чего ты хочешь!
Оборачиваюсь к ней:
— Чего хочу? Справедливости хочу. Всю жизнь мы с тобой все пополам делили. И радости, и горе. А тут ты разбогатела — и сразу забыла про сестру.
— Мы не забыли! — протестует она. — Просто решили пока никому не говорить!
— Никому — понятно, — киваю я. — Но я не никто. Я твоя сестра. И если у тебя появился большой дом, то я имею право в нем жить.
— Какое право? — возмущается Виталик. — Юридическое право есть?
— Моральное есть, — отвечаю я. — А это поважнее юридического будет.
Иду в ванную комнату — роскошь неописуемая! Джакузи, душевая кабина, зеркала везде. Начинаю расставлять свои косметические принадлежности.
— И в ванную залезла! — ахает Лена. — Таня, это же неслыханно!
— Слыханно, — возражаю я, расставляя кремы на полочке. — Родственники часто вместе живут. Экономия семейного бюджета.
Вечером готовлю ужин на всех. Хорошая кухня — готовить одно удовольствие. Накрываю на стол, зову:
— Лена! Виталик! Ужинать!
Они приходят с такими лицами, будто на прощание с кем идут. Садятся за стол молча.
— Ну что кислые такие? — спрашиваю я весело. — Радоваться надо! Семья воссоединилась!
— Какая семья? — буркает Виталик. — Ты же замужем была.
— Была, — соглашаюсь я. — Развелась год назад. Теперь свободная. Так что могу жить где хочу.
— Хочешь — живи у себя в квартире, — предлагает Лена.
— А зачем? — удивляюсь я. — Тут же лучше. Дом большой, удобства все. И с родственниками рядом.
После ужина включаю телевизор, устраиваюсь в кресле. Лена с Виталиком сидят на диване, шепчутся о чем-то.
— О чем шепчетесь? — интересуюсь я. — Секретов в семье не должно быть.
— Ни о чем, — отвечает Лена.
— Не о чем, значит, — киваю я. — Ну и хорошо.
Смотрим фильм все вместе. Я комментирую происходящее на экране, делюсь впечатлениями. Лена с Виталиком молчат, как партизаны на допросе.
— Что-то вы невеселые, — замечаю я. — Первый день в новом доме, а настроения никакого.
— Устали, — коротко отвечает Виталик.
— Понятно, — киваю я. — Переезд — дело нервное. Я вот тоже устала, но держусь. Надо же создать домашний уют.
Ложимся спать. Я в своей новой спальне, они ютятся в маленькой комнатке. Справедливость восторжествовала!
Утром встаю рано, готовлю завтрак на всех. Лена спускается на кухню заспанная, злая.
— С добрым утром! — приветствую я ее. — Кофе будешь?
— Буду, — буркает она.
— А где Виталик? — спрашиваю я.
— На работу ушел рано, — отвечает Лена.
— Жаль, — сожалею я. — А я блинчиков напекла. Теперь нам с тобой их есть.
Сидим завтракаем. Лена молчит, я болтаю о погоде, о планах на день.
— Лен, — говорю я наконец, — а что Виталик на самом деле делает?
— Как что? Работает.
— На заводе слесарем?
— Ну да.
— И зарплата у него какая? Тысяч пятнадцать?
— Примерно, — неохотно отвечает Лена.
— А дом сколько стоил? — продолжаю я допрос.
— Зачем тебе?
— Интересно же. Миллиона три? Четыре?
Лена поперхнулась кофе.
— Откуда ты знаешь?
— Догадываюсь, — улыбаюсь я. — Дом хороший, район престижный. Дешево такие не продают.
— Ну и что? — защищается Лена.
— А то, что на зарплату слесаря за всю жизнь такой дом не купишь, — объясняю я терпеливо. — Значит, деньги откуда-то еще взялись.
— Я же говорила — в лотерею выиграли!
— Лена, — вздыхаю я, — мы же сестры. Зачем врать? Какая лотерея? Виталик никогда билеты не покупал.
Лена встает из-за стола, начинает убирать посуду. Руки у нее дрожат.
— Не твое дело, — бормочет она.
— Мое, — возражаю я. — Раз я тут живу, значит, мое. А вдруг вы дом нечестно купили? Тогда и меня под суд потащат как соучастницу.
— Никто никого под суд не потащит! — взвивается Лена.
— А откуда ты знаешь? — спрашиваю я невинно. — Может, Виталик что-то натворил? Деньги где-то стащил?
— Ничего он не стащил! — кричит Лена, но по лицу вижу — попала в точку.
Так я и думала. Что-то тут нечисто. Но узнаю обязательно. Теперь у меня времени хоть отбавляй — живу же я тут.
Лена выбегает из кухни, а я остаюсь допивать кофе. Так, значит, дело нечистое. Надо копать глубже.
Днем, когда Лена ушла в магазин, решаю осмотреть дом повнимательнее. В кабинете Виталика письменный стол. И что вы думаете? Нахожу документы на дом. Читаю — и волосы дыбом встают.
Дом куплен не за наличные, а в кредит! Первоначальный взнос — двести тысяч рублей. А кредит на пятнадцать лет, по полторы тысячи в месяц.
Вот оно что! Никакой лотереи не было. Просто взяли кредит и решили пыль в глаза пускать. А может, этих двести тысяч тоже где-то стырили?
Копаю дальше. И нахожу справку с работы Виталика. Оказывается, он не просто слесарь, а бригадир смены. И зарплата у него не пятнадцать тысяч, а тридцать пять. Плюс премии. Неплохо устроился!
А еще нахожу справку о доходах Лены. Она, оказывается, не просто домохозяйка, как мне говорила, а работает бухгалтером в частной фирме. Зарплата — двадцать восемь тысяч.
Итого семейный доход — больше шестидесяти тысяч в месяц. На такие деньги кредит взять вполне реально.
Но почему же они врали? Зачем эти сказки про лотерею?
Возвращается Лена с покупками, видит меня с документами в руках — и бледнеет.
— Ты что делаешь? — шепчет она.
— Изучаю семейный бюджет, — отвечаю я спокойно. — Очень интересно. Оказывается, никакой лотереи не было.
— Таня... — начинает она.
— Кредит взяли, — продолжаю я. — И неплохо зарабатываете оба. Так зачем врать-то было?
Лена садится на диван, прикрывает лицо руками.
— Мы боялись, — признается она наконец.
— Чего боялись?
— Что ты... что все начнут просить денег в долг. Думать, что мы богатые стали.
— А вы и стали, — замечаю я. — По нашим меркам.
— Но мы же кредит платим! — возражает она. — Каждый месяц полторы тысячи отдаем!
— И что? Остается еще прилично. А главное — зачем от меня скрывать? Я же не чужая!
Лена поднимает голову, смотрит на меня виновато:
— Просто... ты же знаешь, как люди завидуют. А мы хотели спокойно пожить.
— Лена, — говорю я серьезно, — я твоя сестра. Я бы порадовалась за вас. И никогда бы не стала клянчить деньги.
— Я знаю, — шепчет она. — Но Виталик сказал, что лучше пока никому не говорить.
Вот оно что! Значит, это все Виталькины идеи. Надо же, какой хитрый.
Вечером приходит Виталик с работы. Видит меня за своим столом с документами — лицо кирпичом становится.
— Ты что тут копаешь? — рычит он.
— Семейные дела изучаю, — отвечаю я невозмутимо. — Очень познавательно. Особенно про лотерею.
— Какую лотерею? — не понимает он.
— Ту, в которую ты якобы выиграл, — поясняю я. — А на самом деле кредит взял.
Виталик переглядывается с Леной. Понимает — попался.
— Ну и что? — огрызается он. — Имею право кредит взять!
— Имеешь, — соглашаюсь я. — Только зачем врать? Стыдно, что в долги влез?
— Не стыдно! — взрывается он. — Просто не хотели, чтобы все знали наши дела!
— Все — это понятно, — киваю я. — Но я не все. Я родственница.
Встаю из-за стола, подхожу к ним:
— Слушайте, хватит уже дурака валять. Лена, ты моя сестра, я за тебя рада. Живите в своем доме, наслаждайтесь. Но больше никогда от меня не скрывайте ничего. Договорились?
Лена кивает, на глазах у нее слезы:
— Прости, Танюш. Мы не хотели тебя обидеть.
— А я не обиделась бы, если бы вы честно сказали, — отвечаю я. — Обиделась от того, что секретничали.
Виталик стоит мрачный, но молчит. Вижу — стыдно ему.
— Ладно, — говорю я, — разборки закончились. Теперь о главном. Завтра я отсюда съезжаю.
— Как съезжаешь? — удивляется Лена.
— А так. Домой, к себе в квартиру. Вы меня извинили, и я вас простила. Теперь можете жить спокойно.
— Но ты же говорила, что переезжаешь к нам насовсем! — не понимает Виталик.
— Говорила, — соглашаюсь я. — Но это была педагогическая мера. Чтобы вы поняли, как нехорошо от родственников секретничать.
— То есть ты нас разыграла? — медленно доходит до Лены.
— Разыграла, — признаюсь я. — А что, хотели, чтобы я и вправду тут поселилась?
— Нет! — хором кричат они.
— Вот и хорошо, — смеюсь я. — Значит, урок усвоили.
На следующий день собираю свои вещи. Лена помогает, все время извиняется:
— Танюш, ну прости нас, дураков. Больше никогда не будем секретничать.
— И слава богу, — отвечаю я. — А то я еще не таких фокусов наплету.
Виталик грузчикам помогает, вещи таскает. Тоже извиняется на ходу:
— Таня, не держи зла. Это я Лену подговорил молчать.
— Знаю, — киваю я. — Но больше не подговаривай. А то опять приеду к вам жить.
Он вздрагивает:
— Нет, нет! Больше не буду!
Уезжаю домой довольная. Урок они усвоили, это точно. И теперь будут знать — с родственниками не шутят.
А через неделю звонит Лена:
— Танюш, приезжай на новоселье! Официальное устраиваем, с гостями.
— Приеду, — обещаю я. — Только предупреди Виталика — если еще раз начнет секретничать, я к вам не просто в гости приеду, а с чемоданами!
Смеется в трубку:
— Поняла, поняла! Больше никаких секретов!
Вот так и закончилась эта история. Родственники должны быть честными друг с другом. А если нет — тогда и получают по заслугам. Как говорится, что посеешь, то и пожнешь!
Друзья,подписывайтесь на мой канал Рассказы от Маргоши,впереди еще много интересного!
А также читайте: