Мамонты, дронты, гигантские волки и исчезнувшие голуби — их собираются вернуть не герои фильмов, а реальные ученые. Но зачем воскрешать тех, кто ушел десять тысяч лет назад? Ответы — не такие, какими вы могли бы их ожидать.
Идея возвращения вымерших видов — не порождение цифровой эпохи. Первые попытки начались столетие назад. В 1920-х годах немецкие ученые попытались воссоздать тура — дикого предка современных коров — путем селекции домашних пород. Результат? Получались животные, лишь отдаленно напоминавшие могучих туров.
В 1980-х похожий проект нацелился на кваггу — вымерший подвид зебры. Селекционеры скрещивали зебр, пытаясь получить характерный окрас: полосы только на передней части тела. Получились особи с нужным рисунком, но генетически это были обычные зебры.
Ключевая проблема таких попыток в принципиальном отличии. Селекция создает внешнее сходство, но не восстанавливает утраченный геном. Мечта о настоящем воскрешении — создании генетической копии вымершего существа — захватила мир после фильма «Парк Юрского периода» в 1993 году. Однако Международный союз охраны природы (IUCN) в своем отчете 2016 года четко заявил: современные методы не способны создать точную копию любого вымершего вида из-за генетических, эпигенетических, поведенческих и физиологических различий.
Пределы возможного: клоны, гены и пустоты
Возможно ли настоящее воскрешение? Все зависит от определения. Если цель — получить животное, генетически идентичное вымершей форме, то для подавляющего большинства видов это невозможно. ДНК со временем разрушается. Получить полный, неповрежденный геном древнего существа — задача почти невыполнимая.
Есть редкие исключения. В 2020 году некоммерческая организация Revive & Restore совершила прорыв. Используя криоконсервированные клетки черноногого хорька, умершего в 1988 году, ученые создали трех живых клонов.
«Это буквальное воскрешение, — утверждает Бен Новак из Revive & Restore. — Мы вернули утраченные генетические варианты для исчезающего вида»
Хорьки не вымерли полностью, но к концу XX века их оставалось всего семь особей. Клонирование неродственной особи резко увеличило генетическое разнообразие, критически важное для выживания вида.
Ближе всего к истинному возрождению подошли испанские ученые с букардо — пиренейским горным козлом. Последняя самка погибла в 2000 году. Ее клетки клонировали. В 2003 году на свет появился клон букардо. Но радость длилась всего десять минут — детеныш умер из-за проблем с легкими, характерных для клонирования. Даже если бы он выжил, это не был бы стопроцентный букардо. Часть митохондриальной ДНК принадлежала яйцеклетке донора. А без самцов букардо (и их Y-хромосом) создать устойчивую популяцию было бы невозможно.
Для видов, исчезнувших давно и без криоконсервированных клеток, путь один — ДНК из костей, зубов или вечной мерзлоты. Colossal Biosciences заявила в 2022 году о расшифровке почти полного генома тилацина (сумчатого волка), вымершего в 1936 году. Технологий для превращения цифровой последовательности обратно в живой организм пока нет, но ученые верят в их появление. Однако временной барьер непреодолим. Самые древние восстановленные фрагменты ДНК имеют возраст почти два миллиона лет. ДНК динозавров, вымерших 66 миллионов лет назад, полностью разрушена. Значит, эра динозавров закрыта для возрождения.
Зачем это нужно?
Если точное клонирование невозможно или бессмысленно для древних видов (их среда обитания исчезла), то каков смысл проектов «воскрешения»? Доклад IUCN 2016 года предлагает четкий критерий: только если это принесет пользу природоохранным усилиям. Речь идет не о точной копии, а о создании «прокси» — функционального аналога, способного выполнять экологическую роль вымершего вида.
«Сначала мы всегда должны рассматривать существующие виды как потенциальные экологические замены», — подчеркивает Филип Седдон из Университета Отаго (Новая Зеландия), соавтор доклада IUCN. Рассмотрим проекты с этой точки зрения.
Тур (Aurochs): Гигантские садовники. Клаус Кропп из проекта Auerrind (Германия) объясняет ключевую роль крупных травоядных. Огромные стада туров влияли на ландшафты колоссально. Их навоз запускал сложные цепочки жизни для насекомых, растений, птиц. Глубокие следы копыт в сырой земле создавали мини-водоемы для лягушек и других существ. Современные породы коров непригодны для жизни в дикой природе круглый год. Они мельче и лишены вперед направленных рогов, которыми туры отбивались от хищников.
Проекты в Германии и Нидерландах используют селекцию на основе данных о геноме древних туров, чтобы создать более крупных и выносливых быков-прокси.
Странствующий голубь (Passenger Pigeon): Лесные инженеры. Revive & Restore работает над созданием птицы, которая будет вести себя как странствующий голубь, используя его ближайшего родственника — полосатохвостого голубя.
Бен Новак описывает их роль: многомиллионные стаи, садясь на деревья, покрывали лесную подстилку толстым слоем помета. Это удобряло почву, меняло состав леса, стимулировало биоразнообразие.
«Хотя леса на востоке США восстановились, их состав совсем не тот, что был раньше», — отмечает Новак.
Теоретически леса могут вместить до двух миллиардов таких особей. Но примут ли люди возвращение таких орд? Технически задача огромна: геномы голубей отличаются на 25 миллионов позиций. Новак планирует заменять крупные блоки генов полосатохвостого голубя фрагментами ДНК странствующего голубя. Результат — появится гибрид. Ученый предлагает название Patagioenas neoectopistes — «новый странствующий голубь Америки».
Лютоволк (Dire Wolf): Научный прорыв или пиар? В апреле 2025 года Colossal Biosciences громко заявила о создании первых в мире «воскрешенных» лютоволков. Древние лютоволки (вымерли около 10 тысяч лет назад) были крупнее и мощнее современных серых волков, с более сильными зубами и массивными костями, вероятно, они охотились на гигантских ленивцев.
Colossal отредактировала геном клеток серого волка, внеся 20 изменений (15 — на основе генома диревульфа). Цель — сделать животных крупнее, мускулистее, с более длинной белой шерстью (сходство с «Игрой престолов» не случайно упомянуто в пресс-релизе трижды).
На свет появились три клонированных волчонка. Но Бет Шапиро, главный научный сотрудник Colossal, признал: станут ли они похожи на лютоволков, покажет время. Компания настаивает:
«С этими правками мы вернули лютоволка. Мы достигли функционального воскрешения».
Однако научное сообщество категорично. Экспертная группа IUCN по псовым заявила:
«Три животных, созданные Colossal, не лютоволки. И даже не их копии».
Отличий в геноме — миллионы, внесено лишь 20 правок. Нет доказательств, что эти волки смогут выполнить иную экологическую роль, чем серые волки. К тому же, мегафауна, на которую охотились лютоволки, исчезла. Colossal не планирует выпускать гибридов в дикую природу из-за риска скрещивания с серыми волками.
Шерстистый мамонт (Woolly Mammoth): Холодный расчет? Самый амбициозный проект Colossal — «воскрешение» шерстистого мамонта путем редактирования генома азиатского слона. Ожидаемый результат — гибрид, вероятно, больше слон, чем мамонт. Главный аргумент сторонников: крупные травоядные помогут сохранить вечную мерзлоту в Арктике. Они вытаптывают снег, который действует как теплоизолятор. Более плотный снежный наст хуже защищает мерзлоту от тепла, способствуя ее таянию и выбросу парниковых газов.
Небольшие исследования подтверждают этот эффект. Однако Ричард Греньер из Оксфордского университета сомневается:
«Есть хорошие научные данные, что мамонты не нужны. Лошади или овцебыки могут выполнять ту же функцию. Главная проблема — масштаб. Территории, необходимые для климатического эффекта, невообразимо огромны».
Возникает вопрос: зачем коммерческая компания вкладывает такие средства? Греньер считает, что истинная цель — разработка технологий (генных редакторов, искусственной матки), а «воскрешение» — эффектная демонстрация возможностей. Colossal открыто говорит о коммерциализации побочных продуктов: улучшение ЭКО, открытие лекарств, регенеративная медицина, «генетические улучшения».
«У нас команда из семнадцати человек работает над полностью экзогенным искусственным маткой с широким спектром применения», — подтверждает Шапиро.
Пока ни один из проектов не приблизился к созданию оригинала. Создают не воскрешенных животных, а их функциональные заменители. Или — генетические гибриды. Но именно в этом и может быть польза. При правильном подходе такие существа способны оживить экосистемы, утратившие часть своего разнообразия.
Да, ученые не могут воскресить точную копию исчезнувшего вида. Но они учатся встраивать элементы прошлого в современные экосистемы. И, возможно, именно эти генетические гибриды станут союзниками в борьбе за жизнь на планете, где слишком много животных уже исчезло.
-----
Смотрите нас на youtube. Еще больше интересных постов на научные темы в нашем Telegram. Заходите на наш сайт, там мы публикуем новости и лонгриды на научные темы.