Марина Петровна всегда считала себя гостеприимной хозяйкой. Когда звонила двоюродная сестра Света и просила приютить её дочь Настю с внуком на «пару дней», она не раздумывая согласилась. Ведь что такое пара дней? Тем более для родственников.
— Конечно, Светочка, привозите. У меня трёхкомнатная квартира, места хватит всем, — добродушно отвечала Марина Петровна в трубку, пока раскладывала на диване в зале свежее постельное бельё.
— Спасибо тебе огромное, Маришка! Настя с Максимкой завтра утром будут. Буквально на недельку, пока документы в садик оформим. Ты знаешь, как сложно сейчас устроить ребёнка...
Марина Петровна кивнула, хотя сестра её не видела. Она понимала молодую маму — в наше время действительно непросто с детскими садами. Настя недавно переехала в их город после развода, снимать жильё дорого, а устроиться на работу без садика для трёхлетнего сына невозможно.
На следующий день к половине десятого утра в дверь позвонили. Марина Петровна открыла и увидела худенькую девушку лет двадцати пяти с огромными сумками в руках и светловолосого малыша, который крепко держался за мамину юбку.
— Здравствуйте, тётя Марина! — Настя неуверенно улыбнулась. — Спасибо, что согласились нас принять. Мы постараемся не мешать.
— Заходите, заходите, не стойте на пороге. Максимка, иди к тёте, — Марина Петровна присела на корточки перед мальчиком, но тот только сильнее прижался к матери.
— Он стесняется пока, — пояснила Настя, заходя в прихожую. — Скоро привыкнет.
Марина Петровна показала гостям комнату, помогла разложить вещи, заварила чай. Настя рассказывала о своих планах найти работу, устроить сына в садик, снять однокомнатную квартиру.
— Я уже несколько объявлений смотрела, — говорила она, помешивая сахар в чашке. — Но пока дорого всё. Нужно сначала поработать, накопить на первый взнос.
— Не переживай, дорогая, — успокаивала её Марина Петровна. — Всё постепенно наладится. Главное — не торопиться.
Первые дни прошли спокойно. Настя с утра уходила по делам, оставляя Максима на Марину Петровну. Мальчик оказался спокойным, правда, довольно капризным в еде. Марина Петровна терпеливо уговаривала его съесть кашу, читала сказки, включала мультики.
— Максимка, давай кушать супчик, — уговаривала она, размешивая в тарелке куриный бульон. — Смотри, какие там морковка и картошка плавают.
— Не буду! — категорично заявлял мальчик. — Хочу печенье!
— Сначала суп, потом печенье, — терпеливо объясняла Марина Петровна.
Вечером Настя возвращалась усталая и расстроенная. То на работу не взяли, то в садике очередь до осени, то с квартирой что-то не получалось.
— Тётя Марина, можно мы ещё несколько дней побудем? — просила она виновато. — Я вот-вот всё решу, честное слово.
— Конечно, дорогая, живите спокойно, — отвечала Марина Петровна, хотя внутренне уже начинала уставать от постоянного шума и беспорядка.
Неделя превратилась в две. Настя действительно старалась — каждый день куда-то ездила, звонила, встречалась с потенциальными работодателями. Но результата всё не было. А Максим тем временем окончательно освоился в квартире и начал вести себя как полноправный хозяин.
— Хочу мультики смотреть! — кричал он, если Марина Петровна включала новости.
— Сейчас, детка, только новости закончатся, — пыталась договориться она.
— Нет, сейчас! — И мальчик начинал плакать так громко, что соседи стучали в стену.
Марина Петровна уступала, потому что понимала — ребёнок не виноват в сложившейся ситуации. Но спокойные вечера с любимой передачей ушли в прошлое. Теперь телевизор показывал только мультики, а на кухне царил постоянный беспорядок от детских игр.
Через месяц терпение Марины Петровны стало заканчиваться. Настя по-прежнему никуда не устроилась, а Максим становился всё более требовательным. Он уже не спрашивал разрешения взять что-то из холодильника, разбрасывал игрушки по всей квартире и устраивал истерики, если что-то было не по его желанию.
— Настя, дорогая, — осторожно заговорила Марина Петровна однажды вечером. — Как дела с поиском работы? Может, есть какие-то подвижки?
— Ой, тётя Марина, знаете, такая морока везде! — Настя вздохнула. — То опыт требуют, то зарплата маленькая. Но я не сдаюсь, продолжаю искать.
— А с квартирой как?
— Тоже пока ничего подходящего нет. Всё дорого или в плохом состоянии. Вы не против, если мы ещё немного побудем?
Марина Петровна хотела сказать, что против, но взглянула на Максима, который сидел на полу и строил башню из кубиков, и снова согласилась.
Однако через несколько дней произошёл случай, который заставил её пересмотреть своё отношение к ситуации. Пришла в гости её подруга Галина Ивановна, с которой они дружили уже двадцать лет.
— Маришка, а что это у тебя такой... гм... творческий беспорядок? — удивилась Галина Ивановна, осматривая разбросанные по гостиной игрушки.
— Да вот, гости живут, — смущённо пояснила Марина Петровна. — Настя с сыном, помнишь, я рассказывала?
— Ах да, племянница! А сколько они уже здесь?
— Месяц с лишним...
— Месяц?! — Галина Ивановна подняла брови. — Маришка, они же тебе на голову сели! Посмотри на себя — ты же измоталась совсем!
Марина Петровна посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Действительно, за последний месяц она заметно похудела, под глазами появились тёмные круги, а морщинки стали глубже.
— Это временно, — попыталась оправдаться она. — Настя ищет работу, скоро всё наладится.
— Временно? А почему тогда вчера в магазине я видела, как она покупает дорогие деликатесы? Красную рыбу, фрукты заграничные...
— Может, ты ошиблась?
— Маришка, я что, слепая? Это была она, точно говорю. И одета была хорошо, не как человек, который бедствует.
Этот разговор заставил Марину Петровну задуматься. Она начала внимательнее наблюдать за Настей и вскоре заметила странности. Девушка действительно покупала дорогие продукты, носила новую одежду, а телефон у неё был последней модели.
— Настя, а откуда у тебя деньги на все эти покупки? — спросила Марина Петровна прямо.
— Какие покупки? — удивилась Настя.
— Ну, красная рыба, фрукты, новая кофточка...
— А, это... — Настя замялась. — Мне бывший муж иногда помогает. Для Максимки старается.
— Понятно, — сухо ответила Марина Петровна, но внутренне возмутилась. Если есть деньги на деликатесы, значит, есть и на съёмную квартиру.
Ситуация окончательно вышла из-под контроля, когда Максим разбил дорогую вазу, которую Марина Петровна берегла как память о покойном муже.
— Тётя Марина, не переживайте, — сказала Настя, даже не поднимаясь с дивана. — Это же всего лишь ваза. Максимка же не специально.
— Всего лишь ваза? — Марина Петровна почувствовала, как внутри всё закипает. — Это была память о моём муже!
— Ну, что теперь поделаешь, — пожала плечами Настя. — Максим, не трогай осколки, порежешься.
Марина Петровна молча собрала осколки и выбросила их в мусор. Вечером она долго сидела на кухне, держа в руках фотографию мужа.
— Прости меня, Петя, — шептала она. — Довела до такого...
На следующий день Марина Петровна решила действовать. Она дождалась, когда Настя вернётся с прогулки, и заговорила с ней серьёзно.
— Настя, нам нужно поговорить.
— О чём, тётя Марина?
— О том, что пора вам искать своё жильё. Прошло уже полтора месяца, а вы даже не пытаетесь съехать.
— Как это не пытаюсь? — возмутилась Настя. — Я каждый день...
— Каждый день ходишь по магазинам и покупаешь дорогие вещи, — перебила её Марина Петровна. — А на квартиру денег нет?
— Тётя Марина, вы что, следите за мной?
— Я живу в собственной квартире и имею право знать, что в ней происходит.
— Знаете что, — Настя встала и направилась к двери. — Я не буду это слушать. Если вы против нашего присутствия, так и скажите прямо.
— Хорошо, скажу прямо, — Марина Петровна тоже встала. — Это не временное проживание, а оккупация! Заберите своих родственников через неделю, или я вызову полицию!
Настя остановилась как вкопанная. Максим, почувствовав напряжение, начал хныкать.
— Вы серьёзно? — медленно проговорила Настя.
— Более чем серьёзно. Неделя — и всё. Хватит меня использовать.
— Хорошо, — холодно ответила Настя. — Если так, то живите одни. Пойдём, Максимка.
Она взяла сына на руки и ушла в свою комнату. Марина Петровна осталась стоять посреди кухни, дрожа от напряжения.
Следующие дни в квартире царила тяжёлая атмосфера. Настя с Мариной Петровной практически не разговаривали, только обменивались короткими фразами по необходимости. Максим чувствовал напряжение и стал более капризным.
— Мама, почему тётя Марина злая? — спрашивал он.
— Не знаю, сынок, — отвечала Настя. — Некоторые люди не любят детей.
Марина Петровна слышала эти разговоры и чувствовала себя виноватой, но знала, что поступила правильно. Она не могла больше терпеть это бесконечное присутствие чужих людей в своём доме.
В среду Настя объявила, что нашла квартиру и в пятницу они переезжают.
— Вот видишь, — сказала себе Марина Петровна. — Когда понадобилось, сразу нашла.
В пятницу утром приехала машина. Настя молча собирала вещи, а Максим бегал по квартире и кричал:
— Не хочу уезжать! Хочу остаться у тёти Марины!
— Мы больше здесь не живём, — сухо ответила мать.
Когда они уже стояли в прихожей с сумками, Настя повернулась к Марине Петровне:
— Спасибо за гостеприимство, тётя Марина. Жаль, что оно оказалось таким... ограниченным.
— Пожалуйста, — ответила Марина Петровна. — Удачи вам.
Дверь закрылась, и в квартире воцарилась тишина. Марина Петровна прошла по комнатам, убрала разбросанные игрушки, которые забыли взять, и села в своё любимое кресло.
Вечером позвонила Света.
— Маришка, что это Настя рассказывает? Говорит, ты их выгнала!
— Не выгнала, а попросила освободить квартиру, — спокойно ответила Марина Петровна. — Они жили у меня полтора месяца вместо обещанной недели.
— Но они же родственники! Как можно быть такой чёрствой?
— Света, они пользовались моей добротой. Настя имеет деньги, но предпочитает жить за мой счёт.
— Ты преувеличиваешь...
— Нет, не преувеличиваю. И знаешь что, Света? В следующий раз, когда твоим родственникам понадобится помощь, обращайся к кому-нибудь другому.
После этого разговора Марина Петровна долго сидела у окна, размышляя о том, что произошло. Ей было грустно, что отношения с сестрой испортились, но она не жалела о своём решении. Теперь она снова могла спокойно смотреть новости, пить чай на чистой кухне и не бояться, что кто-то разобьёт её любимые вещи.
Через месяц Марина Петровна случайно встретила Настю в магазине. Девушка была одета ещё лучше, чем раньше, а рядом с ней стоял какой-то мужчина.
— Здравствуйте, тётя Марина, — натянуто улыбнулась Настя.
— Здравствуй, — ответила Марина Петровна. — Как дела? Как Максимка?
— Всё хорошо, спасибо. Познакомьтесь, это Алексей, мой... друг.
Мужчина вежливо поздоровался. Марина Петровна поняла, что Настя уже устроила свою жизнь и явно не бедствует.
— Ну что же, удачи вам, — сказала она и пошла дальше.
Дома Марина Петровна заварила себе чай, включила любимую передачу и подумала о том, что научилась говорить твёрдое «нет». Это было нелегко, но необходимо. Доброта не должна становиться слабостью, а гостеприимство — способом наживы для других.
Вечером она позвонила Галине Ивановне и пригласила в гости.
— Галочка, приходи завтра на чай. Такая тишина в доме, так хочется поговорить с настоящим другом.
— Обязательно приду, Маришка. И знаешь что? Я горжусь тобой. Ты поступила правильно.