Бывшая жена готовила суп лучше, и Клавдия Ивановна не упускала случая напомнить об этом каждый раз, когда Анна появлялась на кухне с кастрюлей.
— Анечка, дорогая, ты, конечно, стараешься, но Марина совсем по-другому суп готовила, — Клавдия Ивановна с придыханием отложила кухонное полотенце и вздохнула так, словно вспоминала о покойнике.
— У нее была особая хитрость, она капусту сначала отдельно тушила, потом уже в суп добавляла. И цвет какой получался! А запах... Сергей всегда говорил, что лучше супа он нигде не ел. Правда, это было давно, когда он был по-настоящему счастлив, знаешь ли…
— Я стараюсь, — тихо ответила Анна. — Но могу попробовать и ваш способ применить.
— Ну давай, конечно, — свекровь покачала головой и поджала губы. — Только у Марины рука особенная была, легкая. Да и вообще, готовка — это от сердца идет, понимаешь? А сердце...
Она многозначительно прижала ладонь к груди.
— Помнит, кого любишь по-настоящему.
Анна поперхнулась воздухом. Что это было? Случайные слова или... А может, она сама все придумывает? Клавдия Ивановна уже выходила из кухни, оставляя за собой легкий запах лаванды средства от моли, которым прокладывала свои вещи в шкафу, и какую-то странную недосказанность.
После обеда Анна помогала убирать со стола и зашла в гостиную протереть пыль. Она остановилась как вкопанная. Господи, как же раньше не замечала! На самом видном месте, на комоде у окна, стояла большая фотография Марины в серебряной рамке. Молодая, красивая, с лучезарной улыбкой.
Рядом — еще одна, Марина с маленькой Катей на руках, обе такие счастливые. А вот эта совсем свежая, бывшая жена с уже взрослой дочерью на каком-то празднике.
Анна огляделась по сторонам. Ее собственных фотографий в доме практически не было. Разве что одна, крошечная, на дальней полке — со дня их с Сергеем свадьбы. И то стояла она так, что разглядеть можно было только специально.
— Это для Кати, — вдруг раздался голос Клавдии Ивановны за спиной.
Анна вздрогнула — не слышала, как та подошла.
— Девочка должна видеть мать, как ни крути. А то ведь как получается — живет с нами, а родную маму забывает. Не очень хорошо это, согласись.
— Конечно, Клавдия Ивановна, — Анна кивнула и прижала тряпку к груди. — Катя должна помнить маму. Это… правильно, что ли…
Но на душе у нее стало тяжело, словно камень проглотила. Она чувствовала себя музыкантом, которого заставляют играть чужую партитуру. Причем ту, которую все вокруг считают единственно правильной.
Выходные решили провести всей семьей, съездить в торговый центр за покупками. Сергей был в хорошем настроении, насвистывал что-то под нос, Катя болтала без умолку про школьные дела, и даже Анна почти расслабилась.
Может быть, она все-таки придумывает? А Клавдия Ивановна просто привыкла вспоминать прошлое, как все пожилые люди?
Но едва они вошли в торговый центр, как... Вот это да! Надо же такому случиться!
— Мариночка! — почти завизжала Клавдия Ивановна, бросаясь к женщине у витрины с косметикой. — Золотая моя! Какое счастье тебя встретить!
Анна споткнулась и чуть не упала. Марина выглядела потрясающе — дорогое пальто, аккуратная прическа, изящная сумочка явно не из дешевых. Рядом с ней Анна почувствовала себя серой мышкой в застиранной куртке.
— Клавдия Ивановна, — Марина расцвела в улыбке и обняла бывшую свекровь так, словно они вчера расстались. — Как же я рада! Как дела? Как здоровье?
Анна наблюдала эту сцену как в тумане. Слишком бурная радость Клавдии Ивановны, неужели она всегда так… восторженно относится к встречам? Слишком странное совпадение, в огромном торговом центре, да еще и в выходной. Чересчур театральные объятия.
А главное — тот взгляд, которым обменялись свекровь и Марина. Как у людей, которые явно понимают друг друга с полуслова.
— Мариночка, родная моя! — продолжала захлебываться восторгом Клавдия Ивановна и даже руками всплеснула. — Я только вчера Сереже говорила, надо бы Марине позвонить, узнать, как дела, как работа. Ведь мы же все родные, пусть и разошлись пути немного. А тут такая удача встретиться! Это знак судьбы, правда же, Сережа? Ты помнишь, как мы раньше по выходным все вместе за покупками ездили?
Сергей смущенно кашлянул и поздоровался с бывшей женой, даже покраснел слегка. Анна заметила, как он неловко пожал Марине руку, словно боялся ее обжечь.
А еще она заметила, что Марина одета явно не для случайного шопинга, она выглядела так, словно шла на важную встречу.
— Анечка, — наконец вспомнила о ней Клавдия Ивановна. — Познакомься, это Марина, Катина мама. Ты ее до этого только на фото и видела. А это Анна, Сережина... Ну, жена.
В этом «ну» прозвучало столько недосказанности, что Анна поежилась. Марина дружелюбно улыбнулась и протянула руку с аккуратным маникюром.
— Очень приятно, Анна, — она слегка наклонила голову. — Клавдия Ивановна столько хорошего о вас рассказывала.
— Взаимно, — выдавила из себя Анна, чувствуя, как горят щеки.
Еще полчаса они болтали у витрины. Клавдия Ивановна расспрашивала Марину о работе, о здоровье, о планах — так заботливо, словно та была ее родная дочь. Сергей молчал, только кивал. Катя радостно висла на маме. А Анна стояла в стороне и чувствовала себя третьей лишней в собственной семье.
— Вы знаете что! — вдруг воскликнула Клавдия Ивановна и захлопала в ладоши. — А давайте вместе кофе попьем? Как в старые добрые времена! Правда, хорошая идея?
— О, это было бы замечательно, — Марина посмотрела на часы и сделала расстроенное лицо. — Но у меня, к сожалению, встреча через час. В другой раз обязательно!
— Конечно, конечно, — закивала Клавдия Ивановна. — Ты теперь женщина занятая, деловая. Но мы же не чужие! Ты звони, приезжай в гости. Катенька так редко маму видит...
Они еще немного потоптались, обменялись телефонами, и Марина ушла, помахав всем рукой. Анна проводила ее взглядом и подумала, что эта встреча была случайной примерно настолько же, насколько случайно всходит солнце. Вот как это называется.
Через неделю отмечали день рождения Клавдии Ивановны. Анна заранее приготовила подарок — красивый шарф из натурального шелка, съездила к кондитеру за тортом, купила цветы. Хотелось сделать все как положено, чтобы не к чему было придраться.
Гости начали собираться к шести. Пришли соседи, коллеги свекрови, подруги. Анна суетилась на кухне, разогревала закуски, когда в дверь позвонили.
— Ой, кто это еще? — удивилась она и пошла открывать.
На пороге стояла Марина с огромным букетом роз и дорогущей коробкой конфет.
— Добрый вечер, Анна, — Марина улыбнулась и слегка наклонила голову. — Клавдия Ивановна пригласила меня на день рождения. Ради Кати, конечно. Дочь должна видеть, что родители могут общаться цивилизованно.
Анна опешила. Когда это Клавдия Ивановна успела пригласить Марину? И почему ей ничего не сказала?
— Проходите, конечно, — пробормотала она и отошла в сторону. — Клавдия Ивановна в зале, с гостями.
— Мариночка! — раздался торжествующий голос именинницы, такой радостный, словно она увидела воскресшего родственника. — Наконец-то! Я уже волноваться начала!
И снова Анна наблюдала ту же картину — бурные объятия, восторженные возгласы. Марина вручила подарки и была встречена как самый дорогой гость из всех присутствующих. Словно сама была… главным подарком.
— Друзья мои, — Клавдия Ивановна как на банкете постучала ложечкой по бокалу, — разрешите представить вам Марину, маму нашей Катеньки. И как же хорошо, что сегодня мы все вместе!
Марина скромно поклонилась и села за стол. Анна заметила, что для нее было специально приготовлено место — между Клавдией Ивановной и Катей. А сама Анна оказалась в дальнем конце стола.
Вечер превратился в сплошной парад воспоминаний. Клавдия Ивановна то и дело доставала семейные альбомы. Молодая Марина с маленькой Катей. Первая жена и Сергей на даче. Семейные праздники, поездки, дни рождения — везде она, красивая и счастливая.
— А помнишь, Сережа, — мечтательно говорила Клавдия Ивановна, листая альбом, — как Мариночка твой день рождения отмечала? Все утро на кухне провела, такой стол накрыла! А торт испекла — три яруса, с кремовыми розочками! И все гости ахали, не могли наесться.
— Мама готовила вкусно, — подтвердила Катя и чмокнула Марину в щеку. — Я помню эти торты.
Сергей смущенно кивал и поглядывал на Анну. Но та уже перестала его искать глазами. Она сидела и думала о том, что превратилась в зрителя чужого счастья.
В свидетеля воссоздания мира, в котором ей места нет и не было никогда.
— А эту фотографию ты видела? — Клавдия Ивановна протянула Марине снимок. — Вы с Сергеем в Крыму. Катеньке тогда годика три было. Смотри, какая вы красивая пара были! Просто созданы друг для друга!
Марина взяла фотографию и улыбнулась.
— Да, это было прекрасное время. Мы тогда были молодыми и глупыми, не ценили того, что имели.
— Не глупыми, — возразила Клавдия Ивановна и покачала головой. — Просто жизнь иногда разводит людей по разным дорогам. Но настоящее не забывается никогда, правда же?
Она произнесла это, глядя прямо на Сергея. Тот покраснел как школьник и отвернулся к окну. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 👇🏼ЛУЧШИЕ РАССКАЗЫ КАНАЛА ЗДЕСЬ 👇🏼