Мы жили вместе.
Ну как вместе — тёща, жена, я.
Квартира её, бытовуха — наша.
Я терпел. Мы оба терпели. Хотя иногда было ощущение, что я снимаю у неё не комнату, а жену. Слова “мама не будет лезть” я слышал от жены как мантру.
Но “мама” лезла.
Куда класть носки.
Как чистить плиту.
Почему у тебя такие щетинистые щётки.
И главное — что мы делаем с её горячей водой. Всё сломалось в тот день, когда потёк слив у стиральной машины.
Старой. Ещё советской.
Тёща работала. Я решил — починю. Под машинкой — коробка.
Картонная, обмотанная скотчем.
Открываю. Внутри — деньги. Много.
Не миллионы. Но больше, чем у нас было на свадьбу.
Пачками. В рублях. Завернутые в тряпочку, будто это лекарства или грибы. Я не украл. Не вынес. Просто сказал жене:
— Там под машинкой… деньги. В коробке. Мама знает? Жена побледнела.
Сказала:
— Положи на место. Скажем, что не трогали. — А что это вообще? — Не знаю. Наверное, её сбережения. Через два часа пришла тёща.
Не поздоровалась. Не разулась.
Посмот