Белый цвет на протяжении веков и даже тысячелетий имел статус самостоятельного цвета, важной точки отсчета в большинстве цветовых систем. Однако, в период между поздним Средневековьем и XVII веком белый и черный цвета постепенно утратили свой статус "истинных" цветов. Изобретение печати и гравюры, использующих черные чернила на белой бумаге, вывело эти два цвета на особое место. Однако протестантская реформация, а затем и научный прогресс, отодвинули их на периферию цветового мира.
Открытие Исааком Ньютоном спектра в 1666 году предложило науке новую цветовую систему, в которой не было места ни белому, ни черному. Это стало настоящей революцией, которая вышла за рамки науки и постепенно проникла в обыденную жизнь и материальную культуру.
В Европе сформировалось дихотомичное "черно-белое" представление о мире, где черный и белый противопоставлялись всем остальным цветам. Хотя сегодня это представление не так распространено, оно было знакомо нескольким поколениям, и на протяжении этого времени белый и черный рассматривались как "не-цвета". Это изменение продолжалось почти три столетия, но культура изменилась.
В начале XX века художники первыми начали возвращать белому и черному цветам их прежний статус. Ученые в конечном итоге последовали их примеру, хотя некоторые медики долгое время неохотно признавали хроматические свойства белого. Широкая общественность также постепенно приняла это изменение, так что сегодня в нашей повседневной жизни, социальных кодексах, мечтах и воображениях почти не осталось причин представлять мир в черно-белых тонах. Конечно, кое-где еще встречаются пережитки старого разделения (в фотографии, кино, журналистике, издательском деле), но их становится все меньше.
Прежде чем углубляться в историю восприятия белого цвета в европейских культурах, необходимо внести несколько важных уточнений, и первое уточнение касается самого понятия "белый". На протяжении веков в европейских языках "белый" никогда не был эквивалентен "бесцветному". И в греческом, и в латинском, и в других европейских языках прилагательное "белый" имело множество значений, таких как "чистый", "невинный", "девственный", "яркий", "светлый", но никогда не означало "отсутствие цвета". Эта синонимия возникла лишь в Новое время. До этого понятие бесцветности, сложное для понимания и представления, относилось к материи или свету, но не к окраске.
Для тех, кто рассматривал цвет как материальную субстанцию, покрывающую предметы, бесцветность означала отсутствие или незначительное количество красящего вещества, и, следовательно, ассоциировалась с такими понятиями, как "ненасыщенный", "выцветший" или "прозрачный". С другой стороны, для мыслителей, подобных Аристотелю, которые видели в цвете ослабление света при взаимодействии с материей, бесцветность была ближе к черному цвету. В любом случае, ни одна из этих концепций не отождествляла бесцветность с белым.
Эквивалентность между понятиями «белый» и «бесцветный» начала проявляться лишь к концу Средневековья и в эпоху Возрождения. Основным фактором, оказавшим влияние на это, стала бумага. Используясь в качестве материала для печатных книг и гравюр, бумага, благодаря своей белизне, стала стандартом для восприятия цвета. Цвет любого изображения всегда зависел от его фона, и именно этот фон служил «бесцветным» контекстом: пергамент для иллюминированных текстов; стены для фресок; дерево или холст для живописи; бумага для печати и гравировки. В XV и XVI веках широкое использование бумаги для книг и изображений способствовало установлению ассоциации между белизной бумаги и понятием бесцветности.
Следующий момент касается нашего восприятия различных оттенков белого: со временем, по крайней мере на Западе, оно значительно снизилось. Современные люди, по сравнению с нашими предками, кажутся менее чувствительными к множеству оттенков белого, как тех, что присутствуют в природе, так и созданных искусственно с помощью красителей и красок. Мы также менее восприимчивы к ним, чем незападные народы, такие как народ Крайнего Севера, которые способны различать в снегу и льду широкий спектр белых оттенков с тонкими нюансами, видимыми (и называемыми) лишь аборигенами. Европейские языки отражают это упраздненное состояние: в настоящее время каждый из них имеет лишь одно обычно употребляемое слово для обозначения белого цвета, хотя ранее существовало множество терминов, часто по два и более на язык.
Третье наблюдение продолжает мысль о предыдущем: сегодня мы часто видим мир в черно-белых контрастах. Белый и чёрный — это почти неразделимая пара, которая встречается гораздо чаще, чем любые другие два цвета, например, синий и красный. Но так было не всегда.
В средневековых текстах и изображениях примеры сочетания белого и чёрного редки. Только шерсть некоторых животных (например, собак или крупного рогатого скота) и оперение птиц (например, сорок) в изображениях объединялись естественным образом.
До появления полиграфии и гравюры, которое стало переломным моментом в истории красок, в Средневековье истинным контрастом для белого был не столько чёрный, сколько красный. Это можно увидеть в мире символов, эмблем, моды, а позже — в спорте и играх, где команды или стороны часто противопоставлялись друг другу с помощью двух цветов.
И последнее замечание касается символики цветов. У каждого цвета есть свои положительные и отрицательные аспекты. Например, красный может быть символом энергии, радости, любви, а может — гнева, насилия, опасности. Чёрный ассоциируется с достоинством и авторитетом, но также может означать горе и смерть. Символика белого менее дуалистична. Большинство идей, связанных с белым, являются добродетелями или хорошими качествами: чистота, невинность, мир, доброта. Белый также ассоциируется с социальной силой и элегантностью. Долгое время он был цветом европейских монархий и аристократии. Раньше белый цвет ассоциировался с гигиеной, и вся одежда, контактирующая с телом (нижнее белье, постельное белье, полотенца), была исключительно белой по санитарным и моральным соображениям. Сегодня эта норма изменилась: мы спим на цветном белье, а нижнее белье представлено во всем многообразии оттенков. Тем не менее, белый цвет по-прежнему символизирует чистоту и гигиену, что отражается в дизайне ванных комнат, больничных палат и даже холодильников. Белый воспринимается как чистый, свежий, прохладный и спокойный.
На протяжении истории белый цвет часто ассоциировался со священным и религиозными обрядами. Например, в христианстве, как в средневековье, так и в современном католицизме, белый цвет используется во время праздников, посвященных Христу и Богородице, подчеркивая их особую значимость. Эта связь белого с божественным прослеживается во многих религиях, уходя корнями в глубокую древность. В древних культах белых животных приносили в жертву, а жрецы и жрицы носили белые одежды.
Однако, значение белого цвета неоднозначно. В некоторых культурах Азии и Африки он символизирует смерть, причем не как переход к новой жизни, а как окончательное завершение. В тех культурах, где смерть рассматривается как перерождение, смерть и рождение могут быть представлены одним и тем же цветом. В западной культуре белый цвет иногда ассоциируется с трауром, мертвыми, призраками и даже с потусторонними силами. Кроме того, он может символизировать пустоту, холод, страх и страдания. Идеальная белизна всегда была труднодостижимой, что делало этот цвет еще более загадочным и тревожным. Долгое время, до XVIII века, европейские красители не могли создать чисто белый цвет, а лишь оттенки "около белого". Сегодня технические ограничения преодолены, но белый цвет по-прежнему сохраняет ауру тайны и недоступности, одновременно манящей и пугающей. Кажется, что он, в отличие от других цветов, не полностью утратил свою сверхъестественную связь. Стоит ли нам восхищаться этим цветом или испытывать беспокойство? Ответ будет у каждого свой.