— Бабуля, дай денег на мороженое, — Максим заглянул в кухню, где Валентина Ивановна готовила ужин для всей семьи.
— Сколько тебе дать, внучек? — она улыбнулась, как всегда, когда видела восемнадцатилетнего внука.
— Да тысячу рублей. Хочу не только мороженое купить, но и с друзьями в кафе посидеть.
— Тысячу? — Валентина Ивановна удивилась. — Максимка, это же много для мороженого.
— Бабуль, ну ты же знаешь, что я никогда тебя не подводил. Верну завтра, честное слово.
— Хорошо, — она открыла сумочку, достала кошелёк. — Только аккуратнее с деньгами. Пенсия у меня маленькая.
— Знаю, бабуля. Ты самая лучшая.
Максим поцеловал бабушку в щёку и убежал. Валентина Ивановна проводила его взглядом с нежностью. Этот мальчик был для неё не просто внуком — он был смыслом жизни.
Когда сын с невесткой пропадали на работе с утра до ночи, именно она забирала Максима из школы, готовила ему обеды, помогала с уроками. Именно она водила его к врачам, покупала одежду, выслушивала детские проблемы.
Родители появлялись поздно вечером, уставшие и раздражённые. Им было не до воспитания сына. Зато утром они снова исчезали, оставляя ребёнка на бабушку.
— Мама, а где Максим? — Светлана вошла в кухню, бросила сумку на стул.
— Пошёл с друзьями. Денег попросил на мороженое.
— Сколько дала?
— Тысячу рублей.
— Тысячу? — невестка нахмурилась. — Мама, зачем так много?
— Он же хороший мальчик. Никогда не тратит попусту.
— Хороший мальчик, — Светлана усмехнулась. — Мама, ему восемнадцать лет. Он уже взрослый.
— Взрослый, но всё равно внук.
— Внук, который садится вам на шею.
— Светочка, что ты говоришь? Максим мне помогает.
— Помогает? — невестка рассмеялась. — Чем помогает?
— Ну... составляет компанию. Рассказывает, как дела в институте.
— Составляет компанию за ваши деньги.
— Светлана, он же семья. Разве плохо помочь внуку?
— Плохо, когда помощь становится содержанием.
— Я не содержу Максима. Просто иногда даю на мелкие расходы.
— Иногда? — Светлана открыла холодильник. — Мама, вы ему каждый день деньги даёте.
— Не каждый день. И не такие большие суммы.
— Мама, посчитайте, сколько вы ему за месяц даёте.
— Зачем считать? Он же не чужой.
— Не чужой. Но и не малыш. В его возрасте надо самому зарабатывать.
— Светочка, он же учится. Когда ему работать?
— После учёбы. Как все студенты.
— Но у него же нет времени...
— Время есть на друзей, на кафе. Значит, есть и на работу.
— Светлана, — Валентина Ивановна встала, подошла к невестке. — Я же не жалуюсь. Мне не тяжело помочь внуку.
— Не тяжело сейчас. А что будет, когда пенсия закончится?
— Как закончится?
— Мама, вы же тратите больше, чем получаете.
— Не больше. У меня есть сбережения.
— Есть. Пока есть. А что потом?
— Потом... не знаю. Максим к тому времени устроится на работу.
— Устроится? — Светлана покачала головой. — Мама, он привык, что бабушка всё даёт. Зачем ему работать?
— Захочет работать. Когда поймёт, что пора.
— Когда поймёт? В тридцать лет?
— Светочка, ну не так же всё плохо.
— Плохо, мама. Очень плохо. Вы балуете внука, а он этим пользуется.
— Не пользуется. Он меня любит.
— Любит или любит ваши деньги?
— Светлана! — Валентина Ивановна возмутилась. — Как ты можешь так говорить?
— Могу. Потому что вижу, что происходит.
— Что происходит? Нормальные отношения между бабушкой и внуком.
— Нормальные? — невестка села за стол. — Мама, когда Максим в последний раз сам к вам приходил?
— Как сам? Он же здесь живёт.
— Живёт. А когда в последний раз просто поговорить приходил? Без просьб о деньгах?
Валентина Ивановна задумалась. Действительно, каждое появление Максима сопровождалось просьбой дать денег на что-то.
— Ну... он занятой. У него институт, друзья.
— Занятой. А на деньги время всегда находится.
— Светочка, ты преувеличиваешь.
— Не преувеличиваю. Просто вижу со стороны.
— Что ты видишь?
— Вижу, как мой сын использует свою бабушку.
— Не использует. Мы же семья.
— Семья, где один человек только берёт, а другой только даёт.
— Я не только даю. Максим мне тоже помогает.
— Чем помогает?
— Ну... продукты иногда принесёт.
— Принесёт продукты на ваши деньги?
— Принесёт. Но ведь принесёт же.
— Мама, — Светлана взяла руку свекрови. — Понимаете, к чему это ведёт?
— К чему?
— К тому, что Максим перестанет вас уважать.
— Почему перестанет?
— Потому что привыкнет воспринимать вас как банкомат.
— Светочка, ну что ты говоришь? Максим меня любит.
— Любит. Пока вы ему деньги даёте.
— Он и без денег меня любить будет.
— Проверим?
— Как проверим?
— Перестаньте давать ему деньги. Посмотрим, как часто он будет приходить.
— Светлана, я не могу не помогать внуку.
— Можете. И должны.
— Почему должна?
— Потому что так вы ему вредите.
— Как вредаю?
— Не даёте стать самостоятельным.
— Он и так самостоятельный.
— Самостоятельный человек сам зарабатывает деньги.
— Заработает. Когда институт закончит.
— А пока что?
— Пока пусть учится.
— Учится и живёт на бабушкины деньги.
— Ну и что? Я же не жалуюсь.
— Не жалуетесь. А надо бы.
Разговор прервал звонок в дверь. Валентина Ивановна пошла открывать.
— Бабуля, привет! — Максим ворвался в квартиру, весёлый и довольный. — Как дела?
— Хорошо, внучек. А у тебя как?
— Отлично! Слушай, а можно ещё денег попросить?
— Опять денег? — удивилась бабушка. — Но я же уже дала тысячу.
— Дала. Но мы с ребятами решили в боулинг пойти. А у меня денег не хватает.
— Сколько нужно?
— Ну тысячи две.
— Две тысячи? — Валентина Ивановна растерялась. — Максимка, это же очень много.
— Бабуль, ну ты же знаешь, что я не транжира. Просто боулинг дорогой.
— Максим, — из кухни вышла мать. — Почему ты не работаешь?
— Работаю? Мам, я же учусь.
— Учишься. А деньги где берёшь?
— У бабушки прошу. А что?
— А то, что пора самому зарабатывать.
— Зарабатывать? — Максим удивился. — Мам, когда мне работать? У меня пары, зачёты, сессия.
— После пар. Как все студенты.
— Мам, но я же не все студенты. У меня есть бабушка, которая может помочь.
— Есть. Но это не значит, что ты должен ею пользоваться.
— Я не пользуюсь. Я прошу помощи.
— Каждый день просишь помощи?
— Не каждый день. Только когда нужно.
— А нужно часто?
— Ну... иногда.
— Максим, — Светлана подошла к сыну. — Ты понимаешь, что бабушка живёт на пенсию?
— Понимаю. Но у неё есть сбережения.
— Есть. Пока есть.
— Что значит "пока"?
— Значит, что деньги заканчиваются.
— Заканчиваются? — Максим нахмурился. — А что тогда будет?
— Тогда бабушке не на что будет жить.
— Не на что жить? — внук посмотрел на бабушку. — Бабуль, это правда?
— Ну... не совсем, — Валентина Ивановна смутилась. — У меня пенсия есть.
— Есть. Но маленькая, — добавила Светлана. — А ты каждый день тысячи просишь.
— Каждый день? — Максим удивился. — Я же не каждый день прошу.
— Почти каждый день.
— Ну... может быть. Но немного же.
— Тысяча рублей — это немного?
— Для меня — да.
— А для бабушки?
— Ну... — Максим задумался. — Не знаю.
— Узнай. Спроси у бабушки, сколько она получает пенсию.
— Бабуль, — Максим повернулся к бабушке. — Сколько у тебя пенсия?
— Пятнадцать тысяч, — тихо ответила Валентина Ивановна.
— Пятнадцать тысяч? — внук ахнул. — И всё?
— И всё.
— Но ты же мне иногда по тысяче даёшь...
— Даю.
— Получается, я треть твоей пенсии трачу?
— Получается.
— Бабуль, — Максим сел рядом с бабушкой. — А почему ты мне не сказала?
— Не хотела расстраивать.
— Расстраивать? — внук почувствовал себя неловко. — Бабуль, а ты сама на что живёшь?
— На остальные деньги.
— На остальные? — Максим посчитал в уме. — Но их же не хватает.
— Не хватает. Тогда из сбережений беру.
— Из сбережений? — внук ахнул. — Бабуль, а сколько у тебя сбережений?
— Было сто тысяч. Осталось тысяч тридцать.
— Осталось тридцать? — Максим не мог поверить. — За сколько времени?
— За год.
— За год семьдесят тысяч потратила?
— Потратила.
— На что?
— На тебя, на продукты, на лекарства.
— На меня? — Максим посчитал. — Получается, я в месяц по пять тысяч трачу?
— Получается.
— Бабуль, — внук взял бабушку за руку. — А что будет, когда сбережения закончатся?
— Не знаю, — честно ответила Валентина Ивановна.
— Как не знаешь?
— Думала, ты к тому времени работать начнёшь.
— Работать? — Максим задумался. — А что, если я не начну?
— Тогда... тогда мне будет трудно.
— Трудно, — внук повторил. — Бабуль, а почему ты мне раньше не сказала?
— Не хотела тебя огорчать.
— Огорчать? — Максим встал, прошёлся по комнате. — Бабуль, получается, я тебя обираю?
— Не обираешь. Помогаю тебе.
— Помогаешь мне, а себе вредишь.
— Не вредаю. Мне не жалко.
— Не жалко? — внук остановился. — А мне жалко.
— Тебе жалко? — бабушка удивилась.
— Жалко. Я же не хочу, чтобы ты из-за меня бедствовала.
— Не бедствую.
— Бедствуешь. Если тратишь сбережения.
— Максим, — мать подошла к сыну. — Что ты теперь будешь делать?
— Работать буду, — твёрдо сказал внук. — Завтра же начну искать работу.
— Правда? — обрадовалась Светлана.
— Правда. И бабуле больше денег просить не буду.
— Максимка, — Валентина Ивановна встала. — Не надо так кардинально. Можно понемногу.
— Нет, бабуль. Понемногу не получится. Я привык деньги просить. Надо себя ломать.
— Ломать? — бабушка расстроилась. — Внучек, не надо себя ломать.
— Надо. Иначе я тебя разорю.
— Не разоришь...
— Разорю. Мам правильно говорит — я тебя использую.
— Максим, — Светлана подошла к сыну. — Главное, что ты понял.
— Понял, — кивнул внук. — Понял, что я эгоист.
— Не эгоист. Просто избалованный.
— Избалованный эгоист, — Максим усмехнулся. — Бабуль, прости меня.
— За что прощать? — Валентина Ивановна обняла внука. — Ты же не специально.
— Не специально. Но всё равно неправильно.
— Максимка, мне же не жалко...
— Жалко, бабуль. Просто ты не говоришь.
— Хорошо, — бабушка вздохнула. — Если ты так хочешь, работай.
— Хочу. И работать буду, и деньги просить перестану.
— Хорошо. Но если что-то нужно будет...
— Ничего не будет нужно. Я же взрослый человек.
— Взрослый, — согласилась бабушка.
На следующий день Максим действительно начал искать работу. Через неделю устроился курьером. Зарплата была небольшая, но хоть что-то.
Валентина Ивановна привыкала жить без постоянных трат на внука. Деньги в кошельке стали оставаться. Сбережения перестали таять.
Но самое главное — Максим стал по-другому к ней относиться. Не как к источнику денег, а как к близкому человеку. Приходил не только когда что-то нужно, а просто поговорить.
И Валентина Ивановна поняла: любовь внука не купишь деньгами. Её можно только заслужить.