Она начинала как девочка из народа. Простая, хрупкая, голосистая, вся такая «за любовь». Сидела под крылом у Artik'а, пела про «Грустный дэнс» и вызывала сочувствие даже у тех, кто не знал, где у неё правая нота.
Но прошло время. И теперь Анна Асти — это не просто новая звезда, а звезда с острыми когтями, накачанными скулами и хронической потребностью всем что-то доказать.
Вот только вопрос: что именно она доказывает — что она больше не “девочка из группы”? Или что умеет быть одна?
А главное — почему её сольная карьера выглядит как нескончаемый бунт против самой себя?
💥 Уход из группы: «меня обижали» или «я захотела власти»?
Всё началось с громкого ухода из дуэта с Artik'ом. Слёзы, намёки на «токсичность», интервью в духе «меня не ценили», «всё делала я». И публика, конечно, сочувствовала: «бедная Асти, бедный голосочек, бедная женщина».
Но быстро стало ясно: это не освобождение. Это манифест агрессии.
Анна начала топтать старое. В каждом интервью — укол в прошлое. В каждом треке — демонстрация, что она «не просто голос, а бренд». Только вот бренд, построенный на обиде, быстро становится утомительным.
🐍 Вечная война с Artik’ом: «он меня использовал» или «я всё украла?»
Их драма тянется до сих пор. Он говорит: «я дал ей всё». Она говорит: «он меня подавлял». Он сдержан. Она — как будто в суде.
Но за громкими словами стало видно: что-то тут не так. Потому что все лучшие песни — от него. А её сольные — как будто хочется, но не тянет.
Асти срывается в хамство. Может нелепо огрызнуться журналисту, заблокировать фанатку за «не тот комментарий», выложить сторис с явным «месседжем» в адрес Artik’а, но потом сделать лицо «я выше этого».
И всё это делает её не сильной, а злой.
🧪 Пластика, фильтры и потеря лица
Посмотри на фото Анны Асти 2015 года — и сейчас. Угадай, кто это? Нет, серьёзно — угадать невозможно.
Скулы из гранита, губы как подушки, глаза вечно в растянутом cat-eye. Даже поклонники пишут: «Анна, хватит. Ты была красивой».
Но нет. Асти продолжает «улучшать» себя, превращаясь в усреднённую инстаграм-диву, лишённую индивидуальности. Она борется за свободу — и теряет лицо. В прямом смысле.
🎙️ Сольные треки: громкие, но пустые
Каждый новый трек — это «бомба», «бэнгер», «главный хит года»… если верить её PR-отделу.
На деле — всё одно и то же: громкий припев, бьющий бит, и очередная строчка уровня «ты предал меня, но я стану сильнее».
Слушатель уже зевает: «Ты сильная, мы поняли. А можно песню?»
Никакого развития, никакого риска, никакого глубокого текста. Всё про то, что «я одна», «я ушла», «я на каблуках и вам не снилась».
Это не искусство. Это самоутверждение на пустом месте.
💬 Интервью как поле боя
Анна Асти ходит по интервью как по минному полю — только мины она сама и расставляет. То намекнёт на «тяжёлую жизнь», то скажет, что «люди — зло», то добавит, что «настоящих мужчин почти нет».
Всё это подаётся с видом «жёсткой, но справедливой» — но выглядит как обида, переодетая в силу.
Она не благодарит. Она не отпускает. Она воюет. Всё время. Со всеми. Даже с тенью.
👯♀️ Подражание другим звёздам: от Лободы до Zivert
Иногда смотришь на Асти и думаешь: «Стоп. Это же Лобода в облегающем?» Или «Это Зиверт с новым макияжем?»
Она теряет себя. Пытается быть одновременно всем и сразу:
– сексуальной как MARUV,
– драматичной как Лорак,
– стильной как Zivert,
– независимой как Instasamka.
Но в итоге получается ни то, ни сё. Потому что сила — не в подражании, а в стиле. А её стиль сейчас — это просто глянец и обида.
🕯️ Провал образа «новой звезды»
Анна Асти хочет быть новой Волочковой — в смысле, той, о которой все говорят, даже когда не хотят. Но в отличие от Волочковой, у неё нет ни тотального трэша, ни иронии, ни харизмы.
Есть обиды, сторис, хайп, пластика, треки с пустыми строчками и агрессия к прошлому.
А ещё — разочарование у публики. Потому что мы не хотим наблюдать за распадом личности под софитами. Мы хотим верить, что после «Грустного дэнса» может быть рост. А получили — гримасу и крик.
P.S.
Анна Асти борется. С собой, с прошлым, с Artik’ом, с индустрией. Только вот настоящая борьба — это путь к свободе, а не к тому, чтобы всех разогнать и остаться одна на сцене.
Она хочет быть «одна» — и у неё получается.
Но только «одна» — это не всегда «на вершине». Иногда это просто «одинокая».