1782 год, Вена. Пышный бальный зал, четыре сотни дворян в роскошных нарядах, ждут нового шедевра гения – Вольфганга Амадея Моцарта. К своим 26 годам он написал сотни симфоний, опер и хоров.
Его музыка — это как взрыв эмоций, смешанный с техническим волшебством, от которого у европейских монархов крышу сносило. Но Моцарт был не только гением нот, но и мастером озорства.
И вот, в тот вечер 1782 года, когда гости в зале успели изрядно поднабраться, он решил устроить юмористическое шоу, представив достопочтенной публике свой новый канон для шести голосов. Шесть певиц, с абсолютно серьёзными лицами, вышли на сцену и начали с невероятной гармонией и мастерством петь: «Leck mich im Arsch» (Поцелуй меня в зад!).
Зал замер. Чопорные дамы в корсетах и господа в напудренных париках не могли поверить своим ушам. Аристократы, привыкшие к изысканным ариям и благопристойности, побагровели от возмущения. Кто-то в панике выбегал из зала, прикрывая уши, кто-то бормотал о «падении нравов». Как же, растоптали их достоинство – элита получила музыкальный пинок под зад. Весело было только друзьям Моцарта — они просто катались по полу от смеха, со слезами на глазах и держась за животы.
Эта дерзкая выходка стала легендой. Но не только. Она вызвала много споров о том, что стало её причиной: просто хулиганский нрав Моцарта или за этим стояло что-то более серьёзное. Например, психическое расстройство. Такая теория, действительно, была в 1990-х годах: предполагали, что Моцарт страдал синдромом Туретта. Но она была признана несостоятельной.
Мысль о проблемах с психикой великого композитора возникла не на пустом месте. Моцарт обожал туалетный юмор. Его шутки вокруг дерьма и грубые намёки заставили покраснеть не одного человека. Но, надо отдать должное, такими вульгаризмами грешило всё окружение Моцарта, от друзей до родственников. Хотя, однозначно, музыкальный гений в этом преуспел больше.
Психологи, изучающие Моцарта, предполагают, что, возможно, за этим скрывалась гипоманиакальная натура — состояние, при котором гениальность соседствует с импульсивностью, эксцентричностью и тягой к нарушению норм. Он хотел одновременно и удивлять шедеврами, и шокировать.