О реакции так и не повзрослевшего писателя – обозреватель «Абзаца» Ольга Кирова.
Писателя Бориса Акунина* заочно приговорили к 14 годам колонии строгого режима. Приговор был вынесен 14 июля, а это День взятия Бастилии. Если он у кого-то из вас прошел впустую – не печальтесь. Взятие это было чисто символическим, в качестве тюрьмы Бастилия ко времени эпохального события практически не использовалась.
Однако наши доморощенные карбонарии чтят этот национальный французский праздник как родной.
Вот и Григорий Чхартишвили не забыл упомянуть, что именно в День взятия Бастилии его будет судить военный суд. А давняя подруга и соратница по борьбе, известная бардесса и мама кинокритика, дважды поздравив всех неравнодушных, написала: «Взяли Бастилию и прочее возьмем».
Казалось бы, какое отношение бывшая наша интеллигенция имеет к началу французской революции? Что они вообще брали в своей жизни, кроме денег ненавистного им российского народа, за свои бесконечные псевдоисторические романы, однообразные унылые песенки и прочие продукты не первой необходимости?
Престарелые Гавроши, психологически так и не вышедшие из уютного обеспеченного советского детства с книжками про рыцарей, королей, благородных мушкетеров и дальние странствия, окончательно заигрались и полностью перестали отличать реальность от своего выдуманного мирка.
Они и раньше-то ни умом, ни талантом не блистали. Достаточно вспомнить хотя бы самые позорные акунинские ляпы из многотомной «Истории Российского государства».
Например, такой: «Таборы блуждающих землепашцев бродили по Евразии». Таких же, как вся акунинская братия: землю попашут, пропишут стихи и дальше блуждают. А им на смену, видимо, приходят таборы блуждающих сеятелей. Иначе не вырастет же ничего. Зря только пахали, получается.
Или вот это описание России: «Женоненавистническая, недоверчивая к иноземцам, ханжески-чопорная держава». Нынешняя держава Акунина, надо полагать, к женщинам была гораздо более благосклонна. Жены Генриха Vlll не дадут соврать.
Кто такие русославяне и почему они разводили одних только свиней, зачем финны сидели в болотах, а гунны жили в «стаеобразных» браках – все эти глупости многократно разбирали и высмеивали как историки, так и рядовые читатели. А тем временем серия множилась, книги издавались огромными тиражами и активно раскупались, несмотря на серьезный ценник.
Многие покупали эти книги с целью изучения предмета, относясь к ним как к серьезному историческому исследованию. Немудрено, что автор со временем уверовал в свою гениальность и начал учить нас жизни.
До определенного момента Чхартишвили открыто не поддерживал терроризм и не призывал к уничтожению нашей страны. Но это потому, что его не спрашивали об этом прямо. Что у России все будет очень плохо, он говорил регулярно, с покровительственной интонацией, смакуя и растягивая слова.
Какой конкретной беды нам пожелать, он просто не знал. «Чтоб вас НАТО завоевало!» – слишком неправдоподобно. «Чтоб вы распались по Уральскому хребту» – до него уже говорили много раз.
А вот когда его погоняли по вопросам – тут-то он и выложил все, что на душе. И это вовсе не значит, что писателя обманули и запутали. Ему просто помогли сформулировать наконец то, что он чувствовал к нам всегда.
Как бы он там теперь ни хорохорился, а статья серьезная. И жизненный итог получился так себе, хотя он закономерен и вполне заслужен.
«Я не вину не признаю, я их суд не признаю», – написал Акунин. Что это значит? Что свои высказывания писатель не списывает на уверенность в том, что он говорил с президентом Украины, а в России этого не услышат. Он просто не считает подсудным одобрение атак ВСУ на российские города.
Как бы там ни было, отчаиваться писателю не стоит. Можно сколотить подпольную революционную группу, попеть хором «Марсельезу» и попробовать взять Тауэр. Вдруг благодарные потомки потом будут отмечать этот день как всенародный праздник? Второй День дурака в году не помешает.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
*Признан Минюстом РФ иностранным агентом, внесен в реестр террористов и экстремистов Росфинмониторинга.