По разным оценкам в мире насчитывается от 200 до 400 парфюмеров. Полагаю, для выборки использовались данные о выпускниках специализированных институтов (вроде ISIPCA или GIP). Если принимать в расчет многочисленных самоучек, цифру эту можно смело умножать на три. Немалое количество специалистов для такой узкой отрасли, вы не находите? Многие носы (так называют мастеров-парфюмеров во Франции) остаются в тени крупных концернов, создавая незатейливые отдушки для косметических средств. Но есть выдающиеся таланты, парфюмеры-кудесники с невероятным чутьем. Все, к чему они прикасаются, превращается в золото. Выход каждого их аромата ждут с придыханием. Сегодня поговорим об этих самородках и их культовых творениях.
Начнем с человека, внесшего неоценимый вклад в индустрию – Доминика Ропиона. Он самый востребованный нос в мире, Кавалер Ордена искусств и литературы, а также обладатель десятка различных престижных премий. Он смело использует чрезмерные дозы мощных ингредиентов, уравновешивая их другими, более тонкими. Его авторству принадлежат Euphoria Calvin Klein, Acqua di Gioia Giorgio Armani, Amarigeи L'Interdit Givenchy, Jungle L'Elephant Kenzo, La Vie Est Belle Lancome, Alien Mugler, Olympea Rabanne, Soir de Lune Sisleyи др. Я долго думала, какие его парфюмы достойны звания лучших в карьере и остановилась на четырех, два из которых выпущены в моем любимом бренде Dior.
Dune собрана из раскаленной амбры и соленых деревяшек. Верха сбрызнуты цитрусовым соком, а массивное цветочное сердце пронизано альдегидами. Дюна горячая как песок пустыни. И такая же неистовая. Pure Poison, напротив, ледышка. В нем правят бал белые цветы, замерзшие на морозе и превратившие свои лепестки в острые бритвы. Нейтральная база из чистого мускуса и сандала только усиливает ощущение холода. Абсолютный яд и Дюна – это лед и пламя. Они очень разные. Но объединяет их создатель и культовый статус обоих.
Не смогла обойти стороной бюджетный шедевр Le Parfum Lalique. Ля Парфам – прямое доказательство смелости и новаторства Доминика Ропиона. Заглавная нота Le Parfum – приперченный индийский лавр. Он редкий гость даже в нише, не говоря уже о люксе. Уравновешен лавр плотной ванилью и ликером с миндалем.
На заре карьеры Доминик Ропион познакомился с человеком, ставшим его другом и соавтором – Фредериком Малем. Впоследствии для Frederic Malle он создал множество работ, среди которых Carnal Flower, Promise, Superstitious, The Night и великий Portrait Of A Lady. Главенствует в нем связка из истеричной розы и зеленых сырых пачулей. Первое время композиция очень суровая. Еще больше тучи над ней сгущает ладан. Однако постепенно на Портрете появляется легкая улыбка, выражающаяся в смородиново-ягодном аккорде. Двумя предложениями эти духи не охарактеризовать. Настоятельно рекомендую протестировать.
Мир мог бы никогда не обрести такого парфюмера, как Кристофер Шелдрейк. Из-за склонности к точным наукам он планировал стать архитектором. Дабы подтянуть французский, Кристофер на три месяца переехал на юг Франции. И Грас его покорил. Он произвел на Шелдрейка такое сильное впечатление, что тот поступил на стажировку в парфюмерную компанию, а затем получил профильное образование. Он обладает уникальным художественным видением. Предпочитает натуральные ингредиенты высочайшего качества.
В 1990-х началось многолетнее сотрудничество мастера-парфюмера с Сержем Лютансом. Изначально они совместно трудились на концерн Шисейдо. С 2000-го маэстро стал работать над парфюмерией легендарного нишевого бренда Serge Lutens. Он является автором почти всего, что есть у марки. В том числе Chergui. Из-за Шерги я когда-то стала увлекаться парфюмерией. Пахнет она хижиной знахарки, живущей в лесу. Вокруг витают запахи сухого сена, медовых сот и табака. Посажен костяк на тягучую янтарную амбру.
Bapteme Du Feu стартует горьким имбирем. Далее он развивается в нечто наподобие раскушенной мандариновой косточки. Аккомпанирует ей нетривиальная связка из пороха и металла. Поистине крещение огнем.
A La Nuit – эталонный жасмин. За годы поисков мне так и не удалось найти ничего лучше. Это медово-пыльцовый, хищный куст чубушника. Благоухание его столь интенсивно, что одурманивает. Жаль, что флакон этого волшебства сейчас недосягаем.
В середине 2000-х Шелдрейк присоединился к Chanel. В соавторстве с Жаком Польжем было выпущено много потрясающих духов. Черная жемчужина люксовой линейки – Coco Noir. Ее верхний регистр заполнен кисло-сладкими цитрусами, а сердце – геранью и жасмином. Здесь много жизнерадостных фруктов, настроение которым призваны «портить» фирменные шершавые пачули.
В бутиковой коллекции можно выделить Jersey, Sycomore и Coromandel. Я поклонник последнего. Это древесно-землистые, сухотравные пачули, купающиеся в чане с растопленным белым шоколадом. В нем идеально все – от идеи до реализации. Браво мастерам, сотворившим это чудо.
Квентин Биш неспроста стал суперзвездой отрасли. Все, к чему он прикасается, становится хитом. Он прекрасно справляется с современной ароматической химией: умело подчеркивает ее преимущества и маскирует недостатки, добиваясь неповторимого, новаторского звучания. Владеет креативным авторским стилем и резво адаптирует его под любой бренд. Его ароматы знают даже люди, далекие от парфюмерной индустрии. Ни Fleur Narcotique Ex Nihilo, ни Good Girl Carolina Herrera, ни Delina Parfums de Marly не нуждаются в особом представлении.
Успешным вышло сотрудничество Квентина с брендом Marc-Antoine Barrois. Их совместная деятельность началась с Ganymede. Это трио фиалковой пудры, шафрана и минеральных нот. Ассоциируется Ганимед с лишенными красок фиалками, помещенными в вакуум. Парфюм вышел в 2019-м. Но сумасшедшую популярность обрел лишь спустя несколько лет.
Далее был Encelade. Травянистый, злой. Он вращается вокруг хлесткого ветивера, натертого цианидно-дымным ревенем, политого кокосовым молоком и закрученного в отрез кожи. Щепотка модной химии, «капелька» стойкости и очередной хит готов.
После нашумевших запусков публика требовала продолжения. И оно не заставило себя долго ждать. В Tilia Квентин Биш обыграл тему липы. Он поддержал ее цветами, припудрил гелиотропом и напичкал коронными современными компонентами. Получилось нереалистично, но ярко.
Aldebaran замешан на туберозе. С этими духами я не знакома. Описывают их как нечто камфорно-ментоловое, телесное. Я заинтригована. С удовольствием почитаю ваши рецензии на Альдебаран в комментариях.
Ну а лучшим бишевским творением я считаю Guidance Amouage. Ключевую роль в нем играет сливочный сандал. Его рассольный аспект прикрыт ореховым ветивером и абрикосово-медовым османтусом. В композиции много холодного ладана и не меньше Акигалавуда. Великий нос умудрился подружить сладость с солоноватостью, дымностью и запредельными техническими характеристиками, не получив при этом какофонию. Это ли не мастерство?
В рамках этой публикации хочу напомнить вам о конструкторе парфюмерных наборов Рандеву. Этот серсис позволяет покупателям собрать собственный сет из трех миниатюр по 8 мл. Также его упакуют в красивую коробку и снабдят металлическим кофром.
Я регулярно беру такие наборчики для себя и в подарок. На днях ко мне как раз приехала парочка. Один я собрала для мужа, а второй – для мамы. Парфюмы выбрала очень дорогие, а цена каждой коробочки составила всего 4000 рублей.
Чтобы немного сэкономить, можно воспользоваться промокодом на скидку 10MP. Он отнимет от стоимости вашего заказа 10%. Промокод постоянный и многоразовый. Вбивайте его в поле для промокода в личном кабинете Randewoo и пользуйтесь сколь душе угодно.
Какие из работ этих талантливых мастеров нравятся вам? Каких парфюмеров знаете и кто из них ваш фаворит? Делитесь мыслями в комментариях.
Друзья, благодарю вас за активность под статьями, а также за лайки и подписку на канал. Это очень ценно и важно для меня. Обнимаю, ваша Даша Maniac Perfume.
Реклама. ООО «Мегаперфюме». ИНН: 7715489209.
Читайте также: