Валентина Ивановна борщ помешивала, когда дочка Люда в кухню зашла. Сразу видно было - что-то важное сказать хочет. Лицо серьёзное, руки за спину спрятала.
— Мам, можно с тобой поговорить?
— Конечно, дочка. Садись, сейчас покушаем.
— Мам, не про еду речь. Мне серьёзно поговорить надо.
Валентина Ивановна газ убавила, к столу подошла. Что-то нехорошее сердце чуяло.
— Говори, что случилось.
— Мам, я решила отдельно жить. Квартиру снимать буду.
Валентина Ивановна как громом поражённая стояла. Ложка из рук выпала.
— Что? Куда ты собралась?
— Нашла квартиру однокомнатную, недалеко от работы. Съезжу на выходных.
— Люда, ты что, с ума сошла? Зачем тебе съезжать? Тут дом, семья, всё есть.
— Мам, мне уже тридцать лет. Пора самостоятельно жить.
— Какая самостоятельность? У нас квартира большая, места всем хватает. Зачем деньги на ветер бросать?
Люда присела на табуретку, руки на столе сложила.
— Мам, это не деньги на ветер. Это моя независимость.
— Независимость! — фыркнула Валентина Ивановна. — От кого независимость? От родной матери?
— Не от тебя, мам. Просто хочу сама за себя отвечать.
— За себя отвечать... А здесь ты что, не отвечаешь? Работаешь, деньги домой приносишь, живёшь как все нормальные люди.
— Мам, но у меня нет личного пространства. Я не могу друзей привести, не могу музыку послушать, не могу просто побыть одна.
— Друзей приводи, кто запрещает? Музыку слушай. А одна зачем? Семья лучше одиночества.
— Мам, ну попойми же. Мне хочется иметь свой уголок, где я буду хозяйкой.
— Ты и здесь хозяйка. Это твой дом.
— Это наш дом. А мне хочется свой.
Валентина Ивановна по кухне заходила, руками размахивала.
— Люда, это глупость какая-то! Зачем тебе мучиться одной, когда здесь семья, тепло, уют?
— Не буду мучиться. Буду жить своей жизнью.
— Своей жизнью! А что, здесь не своя жизнь? Я тебе что, мешаю?
— Не мешаешь, но... Мам, ты же за каждым моим шагом следишь. Во сколько пришла, с кем была, что ела.
— Так я же волнуюсь! Ты моя дочь, как мне не волноваться?
— Мам, но мне тридцать лет. Я взрослая женщина.
— Взрослая, не взрослая, а дочь моя. И всегда ею останешься.
— Останусь дочерью, но хочу жить отдельно.
— А зачем? Что тебе здесь не нравится?
Люда встала, к окну подошла.
— Мам, мне всё нравится. Просто хочу попробовать жить самостоятельно.
— Попробовать! А если не получится? А если одиноко станет?
— Тогда вернусь.
— Не вернёшься. Привыкнешь к одиночеству и забудешь про семью.
— Мам, почему ты так думаешь?
— Потому что знаю жизнь. Уедет человек из дома - и всё, пропал. Родители умирают, а дети даже не навещают.
— Мам, я же не в другой город уезжаю. Квартира в соседнем районе.
— Соседний район - это далеко. Каждый день не приедешь.
— Буду приезжать. По выходным обязательно.
— По выходным... А если дела будут? А если друзья позовут?
— Мам, не придумывай проблемы заранее.
Валентина Ивановна к дочери подошла, за руку взяла.
— Людочка, пойми меня. Я без тебя пропаду. Ты у меня одна.
— Мам, не пропадёшь. У тебя работа, подруги.
— Работа, подруги... Это не то. Дочь - это дочь.
— Мам, но я не исчезну. Буду звонить каждый день.
— Звонить не то что видеть. А вдруг что-то случится? Заболею, упаду?
— Мам, у тебя телефон есть, вызовешь скорую.
— Скорую... А если не успею? А если сознание потеряю?
— Мам, не драматизируй. Ты здоровая ещё.
— Здоровая, не здоровая... Возраст уже не тот. Мне поддержка нужна.
— Мам, какая поддержка? Ты сама всё делаешь, работаешь, по дому управляешься.
— Сейчас делаю, а завтра что будет?
— Завтра тоже будешь делать. Ты же не инвалид.
— Люда, ты меня не понимаешь. Мне не физическая помощь нужна, а моральная. Чтобы близкий человек рядом был.
— Мам, но я не могу всю жизнь с тобой жить.
— Почему не можешь? Что в этом плохого?
— Плохого ничего нет. Просто каждый человек должен жить своей жизнью.
— Своей жизнью... А семья что, чужая?
— Не чужая, но отдельная. У каждого своя жизнь должна быть.
— Люда, ты эгоистка стала. Думаешь только о себе.
— Мам, это не эгоизм. Это желание быть самостоятельной.
— Самостоятельной... А я что, несамостоятельная? Всю жизнь работаю, дом веду.
— Ты самостоятельная, мам. И я тоже хочу такой быть.
— Так будь! Кто тебе мешает? Живи здесь и будь самостоятельной.
— Мам, но здесь я не чувствую себя взрослой. Ты всё время контролируешь меня.
— Не контролирую, а интересуюсь. Разве плохо, что мать интересуется дочерью?
— Не плохо, но не до такой же степени. Ты каждые полчаса спрашиваешь, что я делаю.
— Ну и что? Я волнуюсь.
— Мам, но от этого волнения я схожу с ума.
— Схожу с ума... Вот и иди с ума. Зато дома, в безопасности.
— Какая безопасность? Я же не ребёнок.
— Для меня всегда будешь ребёнком.
Люда по комнате прошлась, вздохнула тяжело.
— Мам, пойми, мне нужно своё пространство. Свой быт, свои правила.
— Какие правила? Что ты хочешь делать такого, чего здесь нельзя?
— Да ничего особенного. Просто хочу вставать когда хочу, есть что хочу, приводить кого хочу.
— Так делай! Кто запрещает?
— Ты запрещаешь. Если поздно встаю - ругаешься. Если что-то не то ем - комментируешь. Если кого-то привожу - допрашиваешь.
— Это не запрещаю, а забочусь. Мать должна заботиться о дочери.
— Мам, но твоя забота душит меня.
— Душит! Хорошо тебе говорить. А мне как? Мне же тоже тяжело за тебя переживать.
— Так не переживай. Доверься мне.
— Как не переживать? Ты моя дочь.
— Мам, а ты не думала, что от твоих переживаний мне ещё хуже?
— Мне всё равно. Буду переживать, пока жива.
— Мам, но тогда нам лучше жить отдельно. Тебе спокойнее будет, и мне легче.
— Мне не спокойнее будет! Мне страшнее будет. Что ты там одна делаешь, с кем встречаешься.
— Мам, ну нельзя же всю жизнь меня контролировать.
— Можно и нужно. Пока я жива, буду за тебя отвечать.
— Мам, но я сама хочу за себя отвечать.
— Не умеешь ты за себя отвечать. Наивная ещё.
— Как не умею? Я же работаю, деньги зарабатываю.
— Работать и жить - разные вещи. В жизни много подводных камней.
— Мам, но как я научусь их обходить, если не попробую?
— А зачем учиться? Живи спокойно, без экспериментов.
— Мам, это не эксперименты. Это нормальная взрослая жизнь.
— Нормальная жизнь - это семья. А одиночество - это беда.
— Мам, но я не буду одинокой. У меня друзья есть, работа.
— Друзья, работа... Это не семья. Семья - это навсегда.
— Мам, и семья у меня будет. Может, замуж выйду.
— А кто за тебя замуж пойдёт, если ты одна живёшь? Мужчины таких не любят.
— Почему не любят?
— Потому что одинокие женщины странными становятся. Замкнутыми.
— Мам, откуда ты это взяла?
— Из жизни. Видела много таких. Живут одни, дичают постепенно.
— Мам, я не одичаю.
— Одичаешь. Все одичают. Человек - существо социальное.
— Так я же не в лес убегаю. В городе буду жить, с людьми общаться.
— Общаться и жить рядом - разные вещи.
— Мам, но многие люди живут одни и нормально себя чувствуют.
— Кто многие? Покажи мне хоть одного счастливого одинокого человека.
— Да полно таких. Тётя Света, например.
— Тётя Света? Да она же горькая пьяница. Каждый день водку пьёт.
— Ну это крайний случай.
— Все одинокие - крайние случаи. Либо пьют, либо с котами живут, либо совсем странными становятся.
— Мам, ты утрируешь.
— Не утрирую, а говорю правду. Человек должен жить с людьми.
— Я и буду с людьми жить. Просто не с тобой под одной крышей.
— Со мной или не со мной - без разницы. Главное - в семье.
— Мам, а почему ты так боишься моего отъезда?
Валентина Ивановна присела, руки на стол положила.
— Боюсь, потому что люблю. Боюсь, что с тобой что-то случится, а я не узнаю.
— Мам, ничего не случится.
— Откуда ты знаешь? Жизнь непредсказуемая штука.
— Знаю, но нельзя же всю жизнь из-за страха дома сидеть.
— Можно и нужно. Дома безопаснее.
— Мам, но я же не в джунгли собираюсь. Квартиру снимаю в нормальном районе.
— Районы все одинаковые. Везде опасность подстерегает.
— Мам, ты же сама одна живёшь большую часть дня, пока я на работе.
— Это другое дело. Дома стены родные.
— А в съёмной квартире стены будут чужими?
— Конечно, чужими. И люди вокруг чужие.
— Мам, но люди везде разные. И хорошие, и плохие.
— Плохих больше. Особенно в наше время.
— Мам, не всё так страшно.
— Страшно, Люда. Очень страшно. Ты этого не понимаешь, потому что молодая.
— Мам, а может, ты просто не хочешь меня отпускать?
Валентина Ивановна встала, отвернулась к окну.
— Не хочу. И не отпущу.
— Мам, но ты не можешь меня держать силой.
— Могу. Пока живая, не дам тебе загубить жизнь.
— Как загубить? Мам, я же не на улицу иду жить.
— Хуже чем на улицу. На улице хоть люди видят, а в квартире одна останешься.
— Мам, я же не навсегда одна буду.
— Будешь. Привыкнешь к одиночеству и так и останешься.
— Мам, почему ты так в этом уверена?
— Потому что видела много таких. Съехали от родителей - и всё, пропали.
— Куда пропали?
— В одиночество пропали. Замуж не вышли, детей не родили, старости достойной не получили.
— Мам, но от того, что я отдельно живу, замуж выйти мне легче будет.
— Легче? Как легче?
— Мужчин домой приводить смогу, отношения строить.
— Каких мужчин? Что за отношения? Думаешь, серьёзный мужчина к съёмной квартире пойдёт?
— Почему не пойдёт?
— Потому что серьёзный мужчина ценит семейность. А ты что покажешь? Пустую квартиру?
— Покажу себя.
— Себя... А кто ты без семьи? Никто.
— Мам, я личность. У меня образование, работа, интересы.
— Личность без семьи - это не личность. Это одиночка.
— Мам, но семью я создам. Просто не сейчас.
— Не создашь. Привыкнешь жить одна и никого к себе не подпустишь.
— Мам, откуда ты это знаешь?
— Знаю, потому что жизнь видела. Все одинокие женщины одинаковые - злые, завистливые, никому не нужные.
— Мам, ты же меня знаешь. Я не такая.
— Сейчас не такая. А станешь. Одиночество людей ломает.
— Мам, но я не буду одинокой. У меня друзья есть.
— Друзья... А где они, когда тебе плохо? Где они, когда помощь нужна?
— Рядом. Друзья для того и есть.
— Не рядом. У всех своя жизнь, свои проблемы. А ты останешься одна.
— Мам, даже если на какое-то время останусь одна, это не страшно.
— Страшно! Очень страшно! Одиночество - это самое страшное, что может быть.
— Мам, но временное одиночество - это нормально. Это время для размышлений.
— Размышлений! О чём размышлять? Лучше жить, а не размышлять.
— Мам, но я хочу понять себя, свои желания.
— Какие желания? Все желания одинаковые - семья, дети, дом.
— У меня могут быть другие желания.
— Не могут. У женщины одно предназначение.
— Какое?
— Семья и дети. Всё остальное ерунда.
— Мам, а моя карьера? Мои увлечения?
— Это всё временно. Главное - семья.
— Мам, но сначала я должна понять, какую семью хочу.
— Какую хочешь... Нормальную хочешь. Мужа хорошего, детей здоровых.
— Мам, но для этого мне нужно сначала себя найти.
— Где себя искать? Дома ищи.
— Дома я себя не найду. Здесь я всегда остаюсь твоей дочкой.
— И хорошо. Лучшего звания нет.
— Есть, мам. Я хочу быть самостоятельной женщиной.
— Самостоятельной... А кому ты нужна самостоятельная?
— Себе нужна.
— Себе! Эгоистка ты, Люда. Думаешь только о себе.
— Мам, но если я не буду думать о себе, кто будет?
— Семья будет. Муж, дети.
— А если семьи пока нет?
— Тогда мать. Я о тебе думаю.
— Мам, но ты думаешь не о том, чего я хочу, а о том, чего хочешь ты.
— Я хочу для тебя добра.
— Мам, но добро для меня - это свобода выбора.
— Свобода выбора - это иллюзия. В жизни выбора особого нет.
— Есть, мам. И я хочу его сделать.
— Делай. Но помни - выберешь одиночество, так одна и останешься!
— Мам, не говори так.
— Буду говорить! Потому что правду говорю. Уедешь от меня - и всё, пропадёшь. Ни мужа тебе не будет, ни детей. Будешь сидеть в своей квартире и вспоминать, как хорошо дома было.
— Мам, почему ты так злишься?
— Не злюсь, а переживаю. За тебя переживаю.
— Мам, но твои переживания мне только хуже делают.
— Пусть хуже. Может, образумишься.
— Мам, я не передумаю.
— Тогда иди. Иди и мучайся одна. Только помни - дороги назад не будет.
— Почему не будет?
— Потому что я тебя не прощу. Бросила мать ради своих прихотей - значит, больше не дочь мне.
— Мам, как ты можешь так говорить?
— Могу. И говорю. Хочешь быть самостоятельной - будь. Только без меня.
— Мам, но я не хочу терять тебя.
— Тогда оставайся.
— Мам, но я не могу так жить.
— Тогда уходи. Но помни - ты всё равно одна останешься! И никто тебе не поможет, когда плохо станет. Будешь сидеть в четырёх стенах и жалеть, что послушала дурных советов. А меня рядом не будет!