Ольга закрыла за собой дверь квартиры и прислонилась к ней спиной. Наконец-то дома. Сняв туфли, она устало прошла на кухню и включила чайник. День выдался трудным – совещание у начальства, затянувшееся до обеда, потом встреча с поставщиками, отчёты... А ведь ещё нужно забрать детей из садика, приготовить ужин, проверить уроки у старшего.
Взглянув на часы, Ольга вздохнула. Полчаса на чай – и снова бежать. Как она справлялась со всем этим, когда была замужем? Впрочем, тогда и забот было меньше. Максим хотя бы иногда забирал детей из садика, мог приготовить ужин. Но теперь, после развода, все хлопоты легли на её плечи.
Звонок в дверь заставил Ольгу вздрогнуть. Неужели соседка снова пришла жаловаться на протечку? Да когда же ЖЭК наконец починит эту крышу! Она открыла дверь и замерла от неожиданности. На пороге стояла Антонина Сергеевна – её бывшая свекровь.
– Здравствуй, Оленька, – Антонина Сергеевна, не дожидаясь приглашения, шагнула в прихожую. – Решила навестить внуков. Они дома?
– Нет, – Ольга посторонилась, пропуская женщину. – Я как раз собиралась за ними в садик.
– Жаль, – Антонина Сергеевна сняла пальто и прошла в гостиную, оглядываясь по сторонам. – А я с гостинцами пришла. Пирожки испекла, Мишенька любит с яблоками.
– Да, любит, – кивнула Ольга, следуя за ней. – Может, чаю? У меня как раз чайник закипел.
– Не откажусь, – свекровь села в кресло, продолжая внимательно осматривать комнату. – Давно у вас не была, смотрю, обои новые поклеили.
– Прошлым летом, – Ольга ушла на кухню готовить чай, размышляя, зачем пожаловала Антонина Сергеевна. После развода та навещала внуков не чаще раза в месяц, обычно по выходным, заранее предупреждая о визите.
Когда Ольга вернулась с подносом, свекровь уже успела подойти к книжной полке и рассматривала фотографии детей.
– Мишенька так вырос, – заметила она, указывая на снимок старшего внука. – Уже совсем большой, на Максимку похож.
– Да, есть сходство, – согласилась Ольга, ставя поднос на журнальный столик. – Особенно улыбка.
– А Анечка вся в тебя, – Антонина Сергеевна вернулась в кресло. – Такая же упрямая. Максим говорит, характер тяжёлый у девочки.
Ольга напряглась. Вот оно что – свекровь общалась с Максимом, и тот, видимо, опять жаловался на дочь. Бывший муж никогда не находил общего языка с Аней, считал её капризной и своенравной. А девочке просто не хватало отцовского внимания.
– У Ани замечательный характер, – спокойно ответила Ольга. – Просто она чувствительная. Ей нужно больше внимания, чем Максим готов ей уделить.
Антонина Сергеевна поджала губы, но промолчала, отпивая чай.
– Как вообще дети? – спросила она через минуту. – Максим говорит, Миша плохо учится.
– Неправда, – Ольга почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения. – У него хорошие оценки. Просто с математикой небольшие сложности, мы занимаемся дополнительно.
– Максим в его возрасте был отличником, – заметила свекровь. – Особенно по математике. Может, ему стоит позаниматься с сыном?
– Может, и стоит, – Ольга пожала плечами. – Только он вечно занят. То командировки, то встречи. За последний месяц всего раз забрал детей на выходные.
– Он много работает, – защищающим тоном сказала Антонина Сергеевна. – Обеспечивает вас.
– Нас? – Ольга удивлённо подняла брови. – Я тоже работаю, между прочим. А алименты он платит на детей, а не на меня.
Разговор явно принимал неприятный оборот. Ольга взглянула на часы – пора было идти за детьми.
– Антонина Сергеевна, извините, но мне нужно в садик, – она поднялась. – Может, вы подождёте здесь? Дети обрадуются, увидев вас.
– Конечно подожду, – кивнула свекровь. – А может, вместе сходим? Заодно и поговорим по дороге.
Ольга неохотно согласилась. Всю дорогу до садика Антонина Сергеевна расспрашивала о детях – что едят, как спят, чем болеют. Ольга отвечала коротко, чувствуя подвох в этих, казалось бы, безобидных вопросах.
Дети действительно обрадовались бабушке. Миша бросился ей на шею, Аня сдержаннее, но тоже с улыбкой обняла Антонину Сергеевну. Пока они шли домой, свекровь рассказывала внукам сказки, угощала конфетами, которые предусмотрительно захватила с собой.
Дома Ольга начала готовить ужин, а Антонина Сергеевна занялась с внуками – помогла Мише с домашним заданием, поиграла с Аней в куклы. Всё шло мирно, и Ольга уже начала думать, что напрасно насторожилась.
Но за ужином разговор снова зашёл о Максиме.
– Папа к нам давно не приходил, – пожаловался Миша, ковыряя вилкой в тарелке. – Обещал в зоопарк сводить, но не пришёл.
– У папы много работы, солнышко, – мягко сказала Ольга. – Он обязательно сводит тебя в зоопарк, просто чуть позже.
– Максим очень занят, – поддержала её свекровь. – Он теперь руководитель отдела, у него большая ответственность. Но он вас любит и думает о вас. Вот и денежки маме вашей присылает каждый месяц.
Ольга напряглась. Она никогда не обсуждала с детьми финансовые вопросы, считая это неправильным.
– Миша, Аня, идите мыть руки и готовиться ко сну, – сказала она, стараясь говорить спокойно. – Бабушка потом зайдёт пожелать вам спокойной ночи.
Когда дети ушли, Ольга повернулась к свекрови.
– Антонина Сергеевна, пожалуйста, не надо говорить с детьми о деньгах. Они ещё маленькие, им это ни к чему.
– А что такого? – искренне удивилась та. – Пусть знают, что отец о них заботится. А то ведь могут подумать, что он их бросил.
– Они и так знают, что папа их любит, – Ольга начала убирать со стола, чтобы скрыть раздражение. – И я никогда не говорю о нём плохо при детях, если вы об этом.
– Знаю-знаю, – свекровь махнула рукой. – Ты у нас правильная. Но всё-таки, Оленька, скажи, а на что ты тратишь деньги, которые Максим платит?
Вопрос был настолько неожиданным, что Ольга чуть не уронила тарелку.
– Простите?
– Ну, алименты которые, – пояснила Антонина Сергеевна. – На что они идут?
– На детей, разумеется, – Ольга поставила посуду в раковину и повернулась к свекрови. – На еду, одежду, игрушки, книги, дополнительные занятия.
– А на какие именно занятия? – продолжала допытываться свекровь.
– Миша ходит на карате и на английский, – Ольга начинала закипать, но старалась сохранять спокойствие. – Аня – на танцы и в художественную студию.
– И сколько это стоит? – Антонина Сергеевна прищурилась. – Всё вместе?
– Антонина Сергеевна, – Ольга сделала глубокий вдох, – при всём уважении, я не обязана отчитываться перед вами о своих расходах.
– Не передо мной, а перед Максимом, – парировала свекровь. – Он имеет право знать, на что идут его деньги.
– Максим никогда не спрашивал меня об этом, – Ольга скрестила руки на груди. – И потом, алименты – это не его щедрый дар, а обязанность по закону. Он должен содержать своих детей.
– Никто и не спорит, – Антонина Сергеевна поднялась из-за стола. – Только вот Максим говорит, ты просишь всё больше и больше. То на репетитора, то на путёвку в лагерь, то ещё на что-то. А дети при этом ходят в старой одежде.
– Что?! – Ольга не поверила своим ушам. – Это неправда! Я никогда не просила у него дополнительных денег, кроме оплаты садика. А дети всегда опрятно и чисто одеты. Может, не в брендовые вещи, но всё новое и по размеру.
– Ну-ну, не кипятись, – свекровь примирительно подняла руки. – Я же просто спросила. Максим волнуется, вот и всё.
– Если Максим волнуется, пусть спросит у меня лично, – отрезала Ольга. – А не шлёт вас с проверкой.
– Никто меня не посылал, – обиделась Антонина Сергеевна. – Я сама пришла, внуков проведать.
Она вышла из кухни и направилась в детскую. Ольга осталась одна, пытаясь унять дрожь в руках. Такие разговоры всегда выбивали её из колеи. После развода свекровь стала ещё более придирчивой, чем раньше, постоянно находила поводы для критики. Но чтобы вот так в открытую контролировать расходы – это было что-то новенькое.
Уложив детей спать, Антонина Сергеевна вернулась в гостиную, где Ольга просматривала рабочие документы.
– Я, пожалуй, пойду, – сказала она, берясь за сумочку. – Но у меня есть предложение, Оленька. Серьёзное предложение.
Ольга подняла глаза от бумаг.
– Слушаю вас.
– Отдай мне алименты на детей, я их бабушка и знаю лучше как потратить деньги, – потребовала свекровь, глядя ей прямо в глаза. – Я смогу распорядиться ими с большей пользой.
Ольга моргнула, не веря своим ушам. Она ожидала чего угодно, но не такого наглого требования.
– Простите, что?
– Ты слышала, – Антонина Сергеевна села напротив. – Я предлагаю, чтобы Максим переводил деньги мне, а я буду покупать детям всё необходимое. Так будет честнее.
– Честнее? – Ольга почувствовала, как к лицу приливает кровь. – Вы считаете, что я обманываю Максима? Трачу деньги не на детей?
– Я этого не говорила, – свекровь поджала губы. – Но факт в том, что ты работаешь целыми днями, у тебя нет времени ходить по магазинам, выбирать качественные вещи. А я на пенсии, у меня полно свободного времени. Я смогу лучше позаботиться о гардеробе внуков, об их питании.
– Антонина Сергеевна, – Ольга старалась говорить спокойно, – я ценю ваше беспокойство о внуках. Но я их мать. Я несу за них ответственность. И я вполне способна обеспечить их всем необходимым.
– Но ты работаешь с утра до вечера! – возразила свекровь. – Дети в садике целый день, потом с няней. Когда тебе заниматься их воспитанием?
– У меня нет няни, – терпеливо пояснила Ольга. – Я сама забираю их из садика, сама готовлю, проверяю уроки, читаю на ночь. Да, мне непросто, но я справляюсь.
– А как же твоя работа? Максим говорил, ты допоздна засиживаешься.
– Было несколько раз, когда приходилось задерживаться, – призналась Ольга. – Но тогда детей забирала моя мама. А обычно я ухожу с работы в четыре, чтобы успеть в садик.
– Всё равно, – упрямо сказала Антонина Сергеевна. – Я считаю, мы должны разделить обязанности. Ты занимаешься воспитанием, а я – материальным обеспечением.
– Нет, – твёрдо ответила Ольга. – Спасибо за предложение, но нет. Я справляюсь со своими обязанностями матери – и воспитательными, и материальными.
– Ты отказываешься от моей помощи? – в голосе свекрови появились обиженные нотки.
– Я отказываюсь передавать вам деньги, которые Максим платит на содержание детей, – уточнила Ольга. – А помощь... Вы можете помогать внукам другими способами. Проводить с ними время, играть, читать книги. Они очень скучают по вам.
– Лицемеришь, – неожиданно резко сказала Антонина Сергеевна. – Никогда ты не хотела, чтобы я общалась с внуками. Всегда меня отталкивала.
– Неправда, – Ольга покачала головой. – Я никогда не препятствовала вашему общению с детьми. Даже после развода, когда многие на моём месте запретили бы бывшим родственникам видеться с детьми, я всегда говорила – приходите, когда хотите. Дети любят вас и ждут.
– А деньги всё-таки присваиваешь, – не отступала свекровь. – Максим платит почти половину зарплаты, а дети ходят неизвестно в чём.
– Хватит, – Ольга поднялась. – Я не собираюсь выслушивать эти обвинения. Если Максим недоволен тем, как я расходую алименты, пусть приходит и смотрит чеки, отчёты, что угодно. Но я не позволю вам оскорблять меня в моём доме.
– Вот оно как, – Антонина Сергеевна тоже встала. – Выгоняешь меня? Бабушку собственных детей?
– Я никого не выгоняю, – устало сказала Ольга. – Просто прошу прекратить этот разговор. Он не имеет смысла.
– Ещё как имеет, – не унималась свекровь. – Максим зря тебе доверяет. Ты только и думаешь, как бы на его деньгах нажиться.
– Антонина Сергеевна, – Ольга почувствовала, что теряет контроль над собой, – пожалуйста, уходите. Прямо сейчас. Пока мы не наговорили друг другу лишнего.
Свекровь смерила её презрительным взглядом, молча взяла сумочку и пальто и вышла, громко хлопнув дверью. Ольга опустилась на диван, чувствуя, как по щекам текут слёзы. За что? За что эта женщина так ненавидит её? Что она сделала ей плохого?
Развод с Максимом был болезненным, но неизбежным. Они прожили вместе семь лет, родили двоих детей, но постепенно отдалились друг от друга. Максим всё больше времени проводил на работе, его карьера шла в гору, а Ольга, взяв на себя все заботы о детях и доме, словно растворилась в быту. Когда она поняла, что превращается в тень самой себя, то нашла в себе силы уйти. Максим не особенно сопротивлялся – видимо, и ему этот брак уже казался ошибкой.
Они расстались почти мирно, поделили имущество, договорились об алиментах и графике встреч с детьми. Ольга никогда не препятствовала общению бывшего мужа с Мишей и Аней, хотя видела, что он не слишком стремится проводить с ними время. Всё чаще отменял встречи, ссылаясь на занятость, всё реже звонил.
Зато Антонина Сергеевна после развода словно с цепи сорвалась. Если раньше она лишь изредка позволяла себе критические замечания в адрес невестки, то теперь каждый визит превращался в допрос с пристрастием. Что едят дети, во что одеты, почему Миша плохо спит, почему Аня капризничает – во всём этом, по мнению свекрови, была виновата Ольга.
А теперь ещё и эти обвинения в нецелевом использовании алиментов! Ольга вытерла слёзы и решительно взяла телефон. Хватит это терпеть. Она позвонит Максиму и всё выяснит.
Бывший муж ответил не сразу, а когда всё же взял трубку, в его голосе слышалось раздражение.
– Оля, уже поздно. Что случилось?
– Твоя мать приходила, – без предисловий начала Ольга. – Требовала, чтобы ты переводил алименты ей, а не мне. Говорит, ты недоволен тем, как я трачу деньги.
На другом конце провода повисла пауза.
– Максим, ты здесь? – спросила Ольга.
– Да-да, – он вздохнул. – Слушай, мама иногда перегибает палку. Я ничего такого не говорил.
– Но она утверждает обратное. Говорит, ты жаловался, что дети плохо одеты, что я прошу у тебя дополнительные деньги.
– Я просто сказал, что у меня сейчас финансовые трудности, – неохотно пояснил Максим. – Кредит взял на машину. Мама, видимо, по-своему это интерпретировала.
– И решила, что я транжирю твои алименты? – Ольга не могла скрыть обиду. – Ты хоть понимаешь, как это оскорбительно?
– Понимаю, прости, – в голосе Максима появились нотки раскаяния. – Я поговорю с ней, объясню, что она не права.
– Объясни, пожалуйста, – Ольга немного успокоилась. – И ещё, Максим... Дети скучают по тебе. Миша сегодня опять спрашивал, когда ты придёшь.
– Знаю, – тихо ответил он. – Я постараюсь выкроить время на выходных. Обещаю.
После разговора с бывшим мужем Ольга почувствовала себя лучше. По крайней мере, он не поддержал эту безумную идею своей матери. Но осадок всё равно остался. Неужели Антонина Сергеевна действительно считает её плохой матерью? Неужели думает, что она не способна позаботиться о собственных детях?
Ольга подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Усталое лицо, круги под глазами, морщинка между бровей, которой раньше не было. Развод дался ей нелегко. Но она справилась. Нашла хорошую работу, сняла квартиру, наладила быт. Дети здоровы, хорошо учатся, у них есть всё необходимое. Разве она не имеет права гордиться собой?
На следующий день, когда Ольга забирала детей из садика, её встретила встревоженная воспитательница.
– Ольга Андреевна, тут такое дело... К нам сегодня приходила бабушка Миши и Ани, интересовалась, в чём они ходят, что едят, расспрашивала о их поведении.
– Антонина Сергеевна? – Ольга напряглась.
– Да, – кивнула воспитательница. – Она представилась как бабушка. Говорила что-то о том, что хочет проверить, всё ли у детей в порядке. Мы, конечно, ничего особенного не сказали, но мне показалось, вам стоит знать.
– Спасибо, что предупредили, – Ольга сжала губы. – Это бывшая свекровь. У нас... сложные отношения.
– Я так и подумала, – понимающе кивнула воспитательница. – Не переживайте, мы никаких личных данных не раскрывали.
По дороге домой Ольга размышляла, что делать дальше. Неужели Антонина Сергеевна всерьёз взялась за слежку? Это уже переходило все границы. Но как остановить её, не лишая при этом детей бабушки?
Вечером раздался звонок. Ольга с опаской взглянула на телефон, но это был не Максим и не его мать, а её собственная мама.
– Оленька, у тебя всё в порядке? – спросила она после приветствия. – Голос какой-то странный.
И Ольга не выдержала – расплакалась, выливая всю накопившуюся обиду и усталость. Рассказала и о визите свекрови, и о её требованиях, и о походе в садик.
– Какая наглость, – возмутилась мама. – Как она смеет обвинять тебя! Ты замечательная мать, дети у тебя ухоженные, воспитанные. А то, что она придумала с алиментами – это вообще ни в какие ворота не лезет.
– Я не знаю, что делать, мам, – призналась Ольга. – Запретить ей видеться с внуками? Но это будет несправедливо по отношению к детям, они её любят.
– Тебе нужно серьёзно поговорить с Максимом, – посоветовала мама. – Пусть он объяснит своей матери, что она переходит все границы. В конце концов, это его ответственность – следить, чтобы его родственники уважительно относились к матери его детей.
– Я говорила с ним вчера, – вздохнула Ольга. – Он обещал поговорить с ней, но я не уверена, что это поможет. Ты же знаешь Антонину Сергеевну – если она что-то вбила себе в голову, её не переубедить.
– Тогда тебе придётся самой установить границы, – твёрдо сказала мама. – Объясни ей, что если она хочет видеться с внуками, то должна уважать тебя как их мать. Никаких обвинений, никаких проверок, никакого вмешательства в финансовые вопросы.
– А если она не согласится?
– Тогда пусть видится с внуками только в присутствии Максима, – предложила мама. – Он забирает детей на выходные – вот пусть и приводит их к бабушке. А в твой дом ей дорога закрыта.
Ольга задумалась. Это было жёстко, но, возможно, единственный способ поставить свекровь на место.
Через три дня Антонина Сергеевна позвонила сама.
– Оленька, можно мне навестить внуков в субботу? – голос её звучал необычно мягко.
– Антонина Сергеевна, – Ольга решила не откладывать разговор, – прежде чем мы обсудим ваш визит, я хотела бы прояснить некоторые вопросы. Вы ходили в садик и расспрашивали воспитателей о моих детях. Зачем?
На другом конце провода повисла пауза.
– Я беспокоилась, – наконец сказала свекровь. – Хотела убедиться, что с ними всё в порядке.
– А вы не думали, что таким поведением ставите меня в неловкое положение? – спросила Ольга. – Что воспитатели могут решить, будто я плохо забочусь о детях?
– Я не хотела... – начала Антонина Сергеевна, но Ольга перебила её.
– Вы оскорбили меня, – сказала она твёрдо. – Своими обвинениями, своим недоверием, своим вмешательством в нашу жизнь. Я мать своих детей, и только я решаю, как распоряжаться алиментами, которые выплачивает их отец.
– Максим сказал мне то же самое, – тихо ответила свекровь. – Он очень сердился. Сказал, что я переступила черту.
Ольга промолчала. Значит, бывший муж всё-таки поговорил с матерью. Это обнадёживало.
– Оленька, – голос Антонины Сергеевны дрогнул, – я была неправа. Прости меня, если сможешь. Я просто очень переживаю за внуков. После вашего развода... мне всё кажется, что я теряю их.
– Вы не теряете внуков, – мягче сказала Ольга. – Никто не запрещает вам видеться с ними, проводить вместе время. Но вы должны уважать мои решения как матери. И доверять мне.
– Я постараюсь, – пообещала свекровь. – Правда, постараюсь. Так я могу прийти в субботу?
Ольга задумалась. Стоит ли так быстро прощать свекровь? Не повторится ли всё снова? Но потом она вспомнила, как радуются дети встречам с бабушкой, как светлеют их лица, когда она приходит.
– Можете, – наконец сказала она. – Но при одном условии: никаких разговоров об алиментах, о том, как я трачу деньги или воспитываю детей. Только если я сама спрошу вашего совета.
– Согласна, – быстро ответила Антонина Сергеевна. – Я приду к обеду, хорошо? Испеку твой любимый пирог с вишней.
Положив трубку, Ольга почувствовала странное облегчение. Возможно, этот конфликт станет поворотным пунктом в их отношениях. Возможно, теперь свекровь будет относиться к ней с большим уважением.
В субботу Антонина Сергеевна пришла точно к обеду, с обещанным пирогом и подарками для детей – не с дорогими игрушками, как обычно, а с книгами. Миша получил иллюстрированную энциклопедию о динозаврах, а Аня – сборник сказок с красочными картинками.
Весь день прошёл на удивление мирно. Свекровь играла с детьми, помогала Ольге готовить ужин, рассказывала истории из своей молодости. Ни разу не позволила себе критических замечаний или непрошеных советов. А перед уходом неожиданно обняла бывшую невестку.
– Спасибо, что не лишила меня внуков, – тихо сказала она. – Я знаю, многие на твоём месте поступили бы иначе.
– Я никогда этого не сделаю, – искренне ответила Ольга. – Они любят вас, а вы любите их. Это главное.
– И ты... ты хорошая мать, – с видимым усилием произнесла Антонина Сергеевна. – Лучше, чем я когда-то была для Максима. Я ведь тоже одна его растила, после развода. Но я была слишком строга, слишком требовательна. Может, поэтому он теперь такой холодный, даже с собственными детьми.
Ольга удивлённо посмотрела на свекровь. За четыре года совместной жизни с Максимом она никогда не слышала от его матери ничего подобного. Никаких признаний, никаких сомнений в собственной правоте.
– Все мы делаем ошибки, – мягко сказала она. – Главное – вовремя их осознать и постараться исправить.
– Мудрые слова, – улыбнулась Антонина Сергеевна. – Ты изменилась, Оля. Стала сильнее, увереннее в себе. Это хорошо.
После ухода свекрови Ольга долго сидела в тишине, обдумывая этот разговор. Что-то изменилось, сдвинулось с мёртвой точки. Неужели их отношения действительно могут стать нормальными, даже тёплыми?
На следующий день позвонил Максим.
– Как прошёл визит мамы? – спросил он без предисловий.
– На удивление хорошо, – честно ответила Ольга. – Она была совсем другой – спокойной, доброжелательной. Даже извинилась за своё поведение.
– Надо же, – в голосе Максима слышалось удивление. – Мама редко признаёт свои ошибки. Видимо, мой разговор с ней подействовал сильнее, чем я думал.
– Что ты ей сказал? – полюбопытствовала Ольга.
– Правду, – просто ответил он. – Что ты замечательная мать, что дети счастливы и ухожены, что я полностью доверяю тебе в вопросах их воспитания и содержания. И что если она хочет и дальше общаться с внуками, то должна уважать тебя и твои решения.
– Спасибо, – тихо сказала Ольга, растроганная такой поддержкой от бывшего мужа.
– Не за что, – в голосе Максима появились тёплые нотки. – Слушай, я хотел спросить... можно я заберу детей в следующие выходные? На всю субботу и воскресенье. Хочу свозить их за город, у меня друг дачу предложил. Там речка, лес, шашлыки пожарим.
– Конечно, можно, – обрадовалась Ольга. – Они будут в восторге. Особенно Миша, он так давно просил поехать на природу.
– Вот и отлично, – Максим помолчал секунду. – И ещё, Оль... я тут подумал... может, нам стоит как-то пересмотреть график встреч? Я хотел бы видеть детей чаще. Не раз в две недели, а каждую неделю. Хотя бы на полдня.
Ольга почувствовала, как к горлу подступает ком. Сколько раз она мечтала услышать эти слова! Сколько раз надеялась, что Максим наконец поймёт, как важно его присутствие в жизни детей!
– Конечно, – она старалась говорить спокойно. – Мы можем обсудить новый график. Дети будут очень рады.
– Я тоже, – тихо сказал Максим. – Знаешь, после нашего развода я как будто оцепенел. Работа, карьера – всё это заслонило главное. А недавно мама показала мне фотографии Мишки и Анюты... и я вдруг понял, как много пропускаю. Как быстро они растут. И что однажды они могут просто перестать считать меня своим отцом.
– Такого не случится, – уверенно сказала Ольга. – Ты их отец, и они любят тебя, несмотря ни на что.
– Надеюсь, – вздохнул Максим. – В общем, я постараюсь исправиться. Быть лучшим отцом.
После разговора с бывшим мужем Ольга почувствовала необычайную лёгкость. Словно огромный камень, который она так долго несла на своих плечах, вдруг исчез. Возможно, теперь всё действительно наладится? Возможно, их маленькая, разделённая семья наконец найдёт новый баланс, новый способ существования, при котором всем будет хорошо?
Вечером, укладывая детей спать, она рассказала им о планах на следующие выходные.
– Папа заберёт вас на дачу, – сообщила она, поправляя одеяло на кровати Миши. – На два дня. Будете гулять в лесу, купаться в речке, жарить шашлыки.
– Правда? – недоверчиво спросил Миша, приподнимаясь на подушке. – Папа обещает?
– Обещает, – кивнула Ольга. – И знаете что? Теперь он будет забирать вас каждую неделю, а не раз в две недели, как раньше.
– Ура! – воскликнула Аня, хлопая в ладоши. – А бабушка Тоня тоже поедет на дачу?
– Не знаю, солнышко, – честно ответила Ольга. – Это вы у папы спросите. Но даже если не поедет, вы скоро снова её увидите. Она теперь будет приходить к нам чаще.
– Я люблю бабушку Тоню, – сонно пробормотала Аня, зарываясь носом в подушку. – Она добрая. И пироги вкусные печёт.
– И я люблю, – поддержал сестру Миша. – Но тебя, мам, больше всех люблю.
– И я вас, мои хорошие, – Ольга поцеловала детей в макушки. – А теперь спите. Завтра нужно рано вставать.
Выключив свет в детской, она вернулась в гостиную и устроилась на диване с книгой. За окном шумел вечерний город, в соседней квартире играла музыка, на кухне тихо гудел холодильник. Обычные, привычные звуки, которые составляли фон её жизни.
Жизни, которая вдруг показалась ей не такой уж сложной и безрадостной, как раньше. Да, развод был болезненным испытанием. Да, ей пришлось многому научиться, многое преодолеть. Но сейчас, оглядываясь назад, она понимала, что стала сильнее. Увереннее в себе. Мудрее.
И, может быть, именно эта новая сила, эта уверенность заставили и бывшего мужа, и его мать по-новому взглянуть на неё. Увидеть не просто бывшую жену или невестку, а самостоятельную, состоявшуюся женщину, которая справляется со всеми трудностями и остаётся при этом любящей, заботливой матерью.
Телефон на столике завибрировал – пришло сообщение от Антонины Сергеевны: «Спасибо за чудесный день. Дети были такие счастливые. Ты замечательная мать, Оленька. Прости меня за всё».
Ольга улыбнулась и отправила в ответ: «И вам спасибо. Приходите в среду на ужин, если будет время».
Ответ пришёл мгновенно: «Обязательно приду. С меня десерт».
Ольга отложила телефон и закрыла глаза. Внутри разливалось спокойствие и уверенность в том, что всё будет хорошо. Что бы ни случилось дальше, она справится. Ради себя. Ради своих детей. Ради той новой жизни, которую она строит день за днём, кирпичик за кирпичиком.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто включите уведомление 💖
Рекомендую к прочтению увлекательные рассказы моей коллеги: