— Собирай вещи, Лена! — рявкнул Виктор, швыряя на кровать мой старенький чемодан. — Надоело мне это всё! Надоело твоё нытьё, надоело твоё вечное недовольство!
— Витя, но что случилось? — я оторвалась от стирки детских вещей. — Мы же утром нормально разговаривали!
— Нормально? — он захохотал злобно. — Ты называешь нормальным, когда жена пилит мужа с утра до вечера? Когда она постоянно требует денег, внимания, подарков?
— Я не требую! — голос дрожал от обиды. — Я просто спросила, когда ты починишь кран на кухне. Он уже месяц течёт!
— Вот именно! Месяц назад просила, и сегодня опять! И вчера просила! Задолбала, честное слово!
Витя плюхнулся в кресло и закурил. Курил он дома, несмотря на то, что у нас двое маленьких детей. Когда я просила выйти на балкон, он только злился сильнее.
— Слушай, Лена, — он затянулся и выпустил дым прямо в мою сторону. — Я тут подумал. Может, нам стоит разойтись? А то я чувствую, что схожу с ума в этом доме.
— Как разойтись? — я не поняла. — У нас дети! Варе четыре года, а Пашке только два!
— Детей заберёшь с собой. Я не против. Но жить вместе мы больше не можем.
— Но куда я пойду? — растерянно спросила я. — У меня же нет работы, нет денег, нет своей квартиры!
Виктор усмехнулся:
— Это твои проблемы, дорогая. Я предупреждал тебя, когда ты бросала институт ради свадьбы. Говорил же — доучись, получи профессию. А ты что? Нет, хотела замуж и детей!
— Ты сам просил меня выйти за тебя! — возмутилась я. — Ты сам говорил, что будешь меня содержать!
— Говорил, говорил... — он махнул рукой. — Молодой был, глупый. А теперь понимаю, что связался с иждивенкой.
Слёзы покатились по моим щекам. Шесть лет замужества, два ребёнка, и вот такой финал.
— Витя, ну что ты говоришь? Мы же семья! Я же не просто так сижу дома — я детьми занимаюсь, домом. Готовлю, убираю, стираю...
— Домработница, одним словом, — перебил он. — Только домработнице хоть зарплату платят. А тебе что? Кормлю, одеваю, и ещё терпеть твои капризы должен.
— Какие капризы? — я всхлипнула. — Когда я капризничала?
— Да постоянно! То тебе холодно, то жарко. То денег на продукты не хватает, то на детскую одежду. Вечно что-то нужно!
— Но это же нормально! Семья — это расходы!
— Знаешь что, Лена, — Виктор затушил сигарету прямо в блюдце на столе. — Я устал объяснять тебе очевидные вещи. Ты не потянешь жизнь без меня, это факт. Но и я больше не могу тащить на себе такой груз.
— Груз? — я онемела. — Я для тебя груз?
— А как ещё назвать женщину, которая не работает, не зарабатывает, только тратит мои деньги и пилит мозги?
— Я рожала твоих детей! Я воспитываю их! Я...
— Рожать — это не профессия, — холодно сказал он. — И воспитывать тоже. Миллионы женщин работают и детей растят одновременно. А ты что? Сиди дома, чай попивай, сериалы смотри.
Это была откровенная ложь. Я вставала в шесть утра, чтобы приготовить завтрак, разбудить Витю, собрать его на работу. Потом поднимала детей, кормила, одевала, играла с ними. Днём готовила обед, стирала, убирала. Вечером встречала мужа, ужинала с семьёй, купала детей, укладывала спать. А он про сериалы говорит!
— Ладно, — сказал Виктор, поднимаясь. — Я дарю тебе неделю на сборы. Найди себе жильё, устройся на работу, и вали отсюда.
— Витя, постой! — я схватила его за рукав. — Может, мы всё обсудим? Может, что-то изменим?
— Поздно, Лена. Я уже всё решил. И кстати, — он освободил руку, — детей я буду видеть по выходным. Не думай, что совсем от них откажусь.
Как великодушно! Видеть собственных детей по выходным...
— А если я не найду работу за неделю? — спросила я. — Если не найду квартиру?
— Не моя проблема, — пожал он плечами. — Я тебя предупредил честно. Дальше сама.
Хлопнула входная дверь, и я осталась одна с детьми и страшной пустотой в душе.
Первые три дня я просто плакала. Дети не понимали, что происходит, почему мама всё время грустная, почему папа не приходит домой. Варя спрашивала:
— Мама, а когда папа придёт? Он обещал мне книжку купить.
— Скоро, дочка, — отвечала я, сама не веря в свои слова.
На четвёртый день я взяла себя в руки. Надо было что-то делать. Сидеть и рыдать — не выход.
Начала я с объявлений о работе. Просматривала газеты, сайты, расспрашивала знакомых. Но везде требовался опыт, образование, а у меня был только неоконченный педагогический институт.
— Лена, — сказала мне соседка Тамара Ивановна, — а ты не думала вернуться в институт? Доучиться?
— Там же вечернее отделение закрыли, — вздохнула я. — А на дневное с детьми не пойдёшь.
— Ну так няню найми!
— На что? У меня денег нет. Витя оставил только на продукты, и то немного.
Тамара Ивановна покачала головой:
— Вот ведь мужики какие... Семью заводят, а потом бросают, как котят ненужных.
На пятый день я решила пойти к Витиным родителям. Может, они помогут, уговорят сына?
Свекровь Валентина Николаевна встретила меня сухо:
— Лена? А ты что здесь делаешь? Витька же сказал, что вы расстаётесь.
— Валентина Николаевна, — я присела на край стула, — может, вы с ним поговорите? Мы же семья, у нас дети...
— Дети у вас есть, а семьи нет, — резко сказала она. — Я сыну своему давно говорила: найди себе работящую жену, а не содержанку.
— Содержанку? — я опешила. — Но я же дома сижу, детей воспитываю!
— Дома сидеть и работать — разные вещи. Вот я в твоём возрасте и детей растила, и на заводе работала. И в доме порядок был, и муж накормлен.
— Но времена другие были! — попробовала возразить я.
— Времена, времена... — она махнула рукой. — Оправдания это всё. Лентяйка ты, Лена. Хоть имя у тебя подходящее.
От свёкра помощи тоже не дождалась. Дмитрий Петрович только кивал в такт жениным словам:
— Валя права. Сын наш правильно решил. Нечего баласт на шее таскать.
Баласт... Как будто сговорились.
На шестой день я пошла в центр занятости. Там мне предложили курсы продавца или кассира, но они платные. А бесплатные начинались только через два месяца.
— Девочка, — сказала мне пожилая сотрудница, — а у вас есть куда деваться пока? Работу-то мы вам найдём, но не сразу.
— Нет, — призналась я. — Муж выгоняет.
— Тогда идите в социальную службу, там помогут с временным жильём. Правда, условия там не ахти, но крыша над головой будет.
Я представила себя с двумя малышами в общежитии для бездомных и чуть не расплакалась прямо там.
Вечером позвонила Виктор:
— Ну что, собралась? Завтра последний день.
— Витя, — попросила я, — дай мне ещё немного времени. Я не успеваю найти работу.
— Не успеваешь? — он усмехнулся. — А я что говорил? Что ты не потянешь жизнь без меня. Вот и доказательство.
— Неделя — это очень мало!
— Мало? Да нормальная женщина за день устроится! Вон, моя коллега Светка после развода сразу на два места работать пошла.
— У неё диплом есть!
— Ну так получила бы диплом, если голова есть. Я же не запрещал учиться.
— Ты запрещал! — возмутилась я. — Когда я хотела на курсы пойти, ты сказал: "Кому дома сидеть будет?"
— Не помню такого, — отмахнулся он. — Ладно, завтра жду результат. Или нашла работу и квартиру, или собирай вещи.
Утром седьмого дня я проснулась с твёрдым решением. Хватит! Хватит унижений, хватит слёз. Если Виктор считает, что я ни на что не способна, пусть убедится в обратном.
Сначала я позвонила своей бывшей однокурснице Марине. Она работала в частном детском саду и всегда говорила, что им нужны воспитатели.
— Лена? — удивилась она. — Вот это сюрприз! Как дела?
— Дела плохо, — призналась я. — Марина, ты не поможешь с работой?
— Конечно! Нам как раз нужен воспитатель. Правда, зарплата не очень большая, но для начала сойдёт.
— А диплом нужен?
— Нужен, но у тебя же есть справка о том, что ты училась. Этого хватит. Остальное доучишься на заочном.
Я чуть не заплакала от радости. Работа нашлась!
Теперь квартира. Но тут помогла всё та же Тамара Ивановна:
— Лена, а что, если ты пока у меня поживёшь? У меня комната свободная есть, сын в армию ушёл. Недорого возьму, а детей твоих я люблю.
— Тамара Ивановна, — я обняла её, — вы мой спаситель!
— Да что ты, дорогая. Женщины должны друг другу помогать. Мужики нас бросают, а мы держимся вместе.
Вечером я позвонила Виктору:
— Я всё нашла. И работу, и квартиру.
— Не может быть, — он не поверил. — Где работа?
— В детском саду воспитателем.
— Ха! — он захохотал. — Воспитательница! Сколько там платят-то? Копейки!
— Пока копейки, — согласилась я. — Но это только начало.
— Ну и где жить будешь?
— У соседки снимаю комнату.
— У Тамарки этой? — он фыркнул. — Да она же алкоголичка!
— Она не алкоголичка, — возразила я. — Она просто иногда выпивает.
— Ладно, — Виктор стал серьёзнее. — Значит, завтра съезжаешь. И запомни: назад дороги нет. Я квартиру продаю, куплю однокомнатную. Для меня одного достаточно.
— Хорошо, — спокойно ответила я. — Только детей ты будешь видеть у меня. И алименты исправно плати.
— Алименты? — он опешил. — Какие алименты?
— Такие, которые положены по закону. Завтра подаю на развод и сразу на алименты.
— Да что ты себе позволяешь?
— Я себе позволяю защищать права своих детей. Кстати, Витя, знаешь что? Я думаю, что как раз потяну жизнь без тебя. И даже лучше потяну, чем с тобой.
Я повесила трубку и улыбнулась впервые за неделю.
Прошло полгода. Я работала в детском саду, подрабатывала репетиторством по вечерам и училась на заочном отделении. Устала? Конечно. Но я была счастлива.
Дети привыкли к новой жизни. Варя пошла в подготовительную группу того же садика, где я работала. Пашка — в младшую. Тамара Ивановна помогала с ними, когда я задерживалась.
— Мама, — сказала мне как-то Варя, — а почему папа больше не живёт с нами?
— Потому что мы не подходим друг другу, — объяснила я. — Бывает такое.
— А он нас любит?
— Конечно, любит. Просто показывает это по-другому.
Виктор исправно платил алименты, но видел детей всё реже. Сначала приходил каждые выходные, потом через раз, а теперь и вовсе месяц не появлялся.
— Лена, — позвонила мне как-то его мама, — а что это Витька детей совсем не берёт?
— Спросите у него, — ответила я. — Я не запрещаю.
— Он говорит, что у тебя характер испортился. Стала злая какая-то.
— Валентина Николаевна, — устало сказала я, — может, я просто перестала терпеть неуважение к себе?
— Ну, может, и так... — она помялась. — Лена, а как ты одна-то? Не тяжело?
— Тяжело, — призналась я. — Но справляюсь.
— Молодец, — неожиданно сказала она. — Я думала, ты сразу к нам прибежишь, и будешь умолять о помощи.
— Не прибежала, — улыбнулась я.
— Не прибежала... А ведь Витька говорил, что ты без него пропадёшь.
— Как видите, не пропала.
Недавно встретила Виктора у детского сада. Он пришёл за детьми, впервые за два месяца.
— Привет, — сказал он как-то неуверенно. — Как дела?
— Нормально, — ответила я. — А у тебя?
— Тоже нормально, — он посмотрел на меня внимательно. — Ты... изменилась.
— В каком смысле?
— Стала какая-то... другая. Более уверенная что ли.
— Может, и стала, — пожала я плечами. — Жизнь учит.
— Лена, — он замялся, — а может, мы ещё раз попробуем? Ну, пожить вместе?
— Нет, Витя, — спокойно ответила я. — Поздно.
— Почему? Я же не против детей, я их люблю!
— Я знаю. Но я больше не хочу жить в постоянном напряжении. Не хочу слышать, что я обуза, что я ничего не умею.
— Я больше не буду так говорить!
— Витя, — я посмотрела ему в глаза, — ты же сам сказал, что я не потяну жизнь без тебя. А я потянула. И даже лучше, чем с тобой.
Он помолчал, а потом кивнул:
— Наверное, ты права. Извини, что так всё получилось.
— Не извиняйся, — сказала я. — Иногда расставание — это лучшее, что может случиться. Для всех.
Виктор погулял с детьми и привез их обратно. А я пошла домой к Тамаре Ивановне, которая уже готовила ужин.
— Ну что, встретила бывшего? — спросила она.
— Встретила, — кивнула я. — Предлагал помириться.
— И что ты?
— А что я? Я же сказала тебе — потяну жизнь без него. И потягиваю пока неплохо.
— Правильно, — одобрила Тамара Ивановна. — Мужики есть разные. Есть которые поддерживают, а есть которые только тянут вниз. От вторых лучше подальше.
— Точно, — согласилась я и пошла проверять детские тетради.
Завтра новый день, новые дела, новые возможности. А я их не боюсь. Я знаю, что потяну.