Он обвинял только что родившую жену в отсутствии близости из-за ее усталости, а сам вместо того, чтобы помочь с ребенком, бегал в массажный салон «с окончанием». Администратор оказалась знакомой жены и тайком сняла его на видео… (задание)
После рождения сына Мария превратилась в зомби. Она не ожидала, что с ней это произойдет, и не была к этому готова. Но бессонные ночи начались еще в роддоме. Первый раз детей приносили на кормление на рассвете, а последний – почти в полночь. И все же в роддоме у матерей не было никаких других обязанностей, и днем можно было подремать.
Мария, уставшая от беременности и родов, с нетерпением ждала выписки домой, считая, что там «и стены помогают». Однако все оказалось ровно наоборот. Алексей, как и положено, встретил жену в приемном покое. Он сиял, передавая Марии большой букет ее любимых розовых лилий, и принимая сверток, перевязанный голубой лентой.
Первый вечер в семье тоже прошел «на праздничной волне». Алексей был лишь слегка разочарован тем, что жена отказалась от дорогого французского вина и с сомнением водила вилкой над тарелкой с деликатесами.
- Понимаешь, - оправдывалась Мария, - Мне сказали, что многого есть нельзя, иначе у Олежки будет аллергия.
Но уже с первой ночи стало ясно, что жизнь семьи изменится, по крайней мере, на несколько месяцев. Малыш путал день с ночью. Днем он мог спокойно проспать несколько часов подряд, зато ночью – в те самые глухие часы, когда у взрослых людей неудержимо слипаются веки – Олежка требовал внимания. То животик у него болел, то он просто не желал смыкать глаз.
У сына была отдельная детская, где Мария с любовью и нежностью заранее устроила всё. Сейчас она сама перебралась туда. Другого варианта молодая женщина не видела. Иначе пришлось бы оставить открытой дверь в спальню, крик ребенка будил бы не только ее, но и мужа. И Марии среди ночи приходилось бы без конца срываться к сыну - носить его на руках, утешать.
Теперь она дремала на раскладушке рядом с детской кроваткой. Если Олежка начинал хныкать, Мария принималась покачивать колыбель. Иногда это помогало, но чаще было ясно – надо вставать, и брать малыша на руки.
А днем приходилось делать обычные дела, заниматься домашней работой. Мария научилась спать по три-четыре часа в сутки, и то с перерывами.
Когда такой режим длится неделями – человек превращается в зомби.
Мария не сразу понимала, что ей говорят, и что нужно отвечать. Казалось, в голове у нее теперь какие-то ржавые шестеренки, которые ворочаются едва-едва, со скрипом.
В первое время, когда молодая женщина только вернулась из роддома – ей снились кошмары, причем совершенно несусветные. Например, видела она будто наяву, как к детской кроватке подбирался тигр, и глядел на Олежку голодными глазами.
Зато теперь, когда накопился дефицит сна – Марии не снилось ничего, смежив веки, она точно в омут проваливалась.
Алексей пытался помочь. Он приходил с работы и говорил, что сейчас сам будет нянчиться с сыном – пусть жена отдохнет. Но проходило полчаса, и Олежка начинал плакать у матери над ухом. Мария цеплялась за подушку, как за спасательный круг. Крик ребенка заставлял ее этот круг выпустить. Глаза приходилось открывать чуть ли не пальцами.
- На, - Алексей протягивал жене младенца, - У меня не получается его успокоить.
- Это прикол такой? – с надеждой спрашивала Мария, еще не вполне проснувшись.
- Какое там! Да приди ты в себя, ты же его уронишь….
И все начиналось сначала.
Иногда Алексей вспоминал про родственника Марии. Она приходилась этому человеку не только внучатой племянницей, но и крестной дочерью. Михаил Николаевич своих детей не имел, и как-то обмолвился, что Мария будет его единственной наследницей.
Алексей навострил уши.
Михаил Николаевич сделал на торговле антиквариатом и прочими редкостями целое состояние. Какой точно цифрой оно измеряется - никто не знал, но Алексей предполагал, что речь идет о деньгах немалых.
Какое-то время Алексей надеялся, что богатый родственник будет им помогать. Сначала планы молодого мужа простирались весьма далеко. Почему бы, например, Михаилу Николаевичу не купить им новую квартиру? Или машину-иномарку? Или хотя бы - почему не помочь с ремонтом, чтобы дома у них было не хуже, чем у других?
Но старик даже в гости не приходил, и явно не желал излишне «родниться». В день рождения Мария получала скромный подарок – кофейный сервиз или новую микроволновку. Привозил его курьер. Молодая женщина не только не рассчитывала на что-то большее, она вообще не думала об этом. Но аккуратно поздравляла дедушку с праздниками. И Михаил Николаевич знал, что в случае нужды он сможет обратиться к Марии, она постарается помочь ему.
Словом, для обоих – и для старика, и для молодой женщины - это было не слишком обременяющее родство., существующее скорее в виртуальной реальности, чем в действительности.
Другое дело - после рождения Олежки, Алексей счел, что его жене пора напомнить о себе.
- Может, старик хотя бы няню оплатит? Я же вижу, как тебе тяжело…Это всё же не ши-ш с маслом, а правнук, продолжение рода…
Шел одиннадцатый час вечера. Мария с Алексеем пили в кухне кофе, малыш спал, но оба знали, что это ненадолго. Молодая женщина тупо смотрела перед собой.
- Ну что ты молчишь? Он же даже открытку не прислал по поводу… Ни подарка для новорожденного, ничего…Полагается же что-то «на зубок»…Нет, я считаю, тебе надо без всякого стеснения сказать, что…
Мария потеряла нить разговора. Она погружалась в ту странную дрему, которой научилась после рождения сына. Она могла дремать сидя и с открытыми глазами… Лишь бы никто не трогал.
- Маша! – в голосе Алексея слышалось уже неприкрытое раздражение
- Что?... А, да… Мне не нужна няня… Я не буду просить об этом дедушку…Всего-то один ребенок, я как-нибудь справлюсь…привыкну… втянусь…
У Марии был комплекс. Она читала, что дома у нее – говоря культурно «недостаточно чисто», а по-простому «глобальный с-рач». Когда у нее были силы, она постоянно, как пчелка, сновала с места на место, наводила порядок, так что чистота в комнатах, а особенно в кухне, приближалась к стерильности опера-ционной.
Но сейчас Марии хотелось только одного – спать. Тем не менее, она не готова была показывать постороннему человеку свою «изнанку жизни».
Алексей еще долго что-то говорил. Мария уловила только, что она – по его мнению - уже «перестала походить на женщину, что у нее должны оставаться силы не только на ребенка, но и на мужа». И так далее, и тому подобное. От усталости она даже не обиделась. Только машинально кивала – мол, да-да, ты прав….
- Иди уже в постель, - не выдержал Алексей, - А то мелкий вот-вот проснется и заорет…
Познакомившись с сыном поближе, Алексей перестал испытывать к нему нежность. Сейчас ребенок был для него тем существом, на которое полностью переключилось внимание жены. То есть, своего рода соперником.
- Ничего, я как-нибудь решу эту проблему, - пообещал Алексей в спину уходящей Марии.
Та на цыпочках вошла в детскую и некоторое время постояла над кроваткой. Молодая женщина вдыхала особый, ни с чем не сравнимый запах, глядела на спящего Олежку, на его крохотное личико, и испытывала такую щемящую нежность, что делалось больно. Потом Мария неслышно легла на свою раскладушку, одною рукою она продолжала держаться за кроватку, чтобы тотчас качнуть ее, в случае чего… Так и заснула, не выпуская одного из прутьев из рук, и во сне ощущая, какое огромное богатство ей даровано вместе с сыном.
*
Мир Марии обрушили две новости, пришедшие в один и тот же день.
Первая касалась мужа.
Алексей работал охранником на каком-то предприятии в промышленной зоне. Подробностей Мария не знала, и на работе у мужа не была ни разу. Зарплата у Алексея была не такой уж большой. Во всяком случае, платили гораздо меньше, чем ему самому хотелось бы. Поэтому Алексей подрабатывал таксистом. При плотном графике дома он бывал мало, и Мария никогда не могла рассчитывать на что-то определенное. У Алексея образовались постоянные клиенты, они могли позвонить, и вызвать его хоть днем, хоть ночью, когда им требовалось куда-нибудь поехать.
Зарплата мужа полностью шла «на хозяйство». Что же касается подработок – тут дело обстояло иначе. Иногда Алексей приносил сразу значительную сумму, в другой раз – это был просто такой-то щедрый жест, он мог пригласить жену в ресторан или что-то купить ей. А порой Алексей говорил, что у него имеются свои траты, свои нужды и планы – тем и ограничивалось.
В последнее время Марии некогда было в это вдаваться.
А в тот злосчастный день ей позвонила бывшая одноклассница Светка Теперь она работала администратором в оздоровительном комплексе. Там был и массажный салон, и баня, и тренажерный зал. Как-то так сложилось, что ходили в этот центр, в основном, мужчины, и «Оазис» сделался своего рода мужским клубом.
- Маш, я тебе хочу сказать одну вещь, - начала она, - Только это - между нами, договорились?
- Конечно, - сказала Мария «на автомате».
Обе знали цену таким обещанием, но любопытство пересиливало.
- Ты знаешь, что твой Леша довольно часто у нас бывает?
- Да? – удивилась Мария.
Она вдруг испытала чувство острой обиды. Неужели со стороны не видно, что это ей позарез нужен отдых? Уж она не пошла бы ни в какой массажный салон, а просто закрыла за собой дверь и проспала дня два, не меньше. Она уже забыла, когда чувствовала себя выспавшейся.
- Ты дома сейчас? – продолжала Светка, - Отлично, тогда я загляну к тебе на пять минут… Не дольше – у меня обеденный перерыв. Отдам флешку и расскажу кое-что на словах.
Марии – несмотря на усталость – не хватало общения, и на какое-то мгновение она даже позавидовала Светке - та появилась на пороге с южным загаром, нарядная, беззаботная…Но зависть была поверхностной – никогда Мария не согласилась бы поменяться со Светланой местами.
- Нет, никакого кофе не вари, я все скажу прямо тут… Во-первых – на, - Светка сунула Марии простенькую флешку, черную, пластмассовую, - Во-вторых, заешь - где у тебя Лешка работает?
Мария сказала. Светка хмыкнула.
- В такси, говоришь, подрабатывает? Деньги он из должников выжимает, ты в курсе? Он и его ребята…Он старший над ними. И все они - довольно жесткая публика… не хотела бы я задолжать им хоть пять рублей. Недавно одна знакомая – в моем доме эта тетка живет – чуть руки на себя не на-ложила, они ее детям угро-жали…
- Этого не может быть…
Мария покачивала головой из стороны в сторону. И ей становилось все страшнее. Она интуитивно понимала, что Светка не врет, потому что, если принять всё, что она рассказывала за правду - тогда и все остальное сходилось.
- Так что, подруга, ты вот эту запись посмотри – она на флешке одна, не спутаешь. Только если с мужем будешь говорить… ты это… поосторожнее… Даже, если ты считаешь его милым, нежным и любящим… Честное слово - это не так…Я другую его сторону видела. Дь-явол во плоти. Понимаешь, он с дружками - они оттягиваются у нас в салоне… Ну там, пиво, девочки, рассла-бон…
- Что?!
- Все, я побежала…И это… на меня не ссылайся вообще. Уж я-то с ними, с народом этим, дела иметь не желаю…Очень они на расправу скорые. Мне просто не хотелось, чтобы ты жила с закрытыми глазами. Ну, будь….
Впервые случилось так, что Олежка хныкал, давая понять, что хочет внимания, но Мария не оборачивалась к нему – она сидела возле компьютера и терла пальцами виски, стараясь осознать то, что она видит…
…Это было больше похоже на предбанник, чем на массажный салон. Алексей лежал, подставив спину массажистке, которая больше напоминала «девочку по вы-зову». Напротив в кресле сидел еще один мужчина, завернутый в простыню. Он обсуждал с Алексеем, как хорошо они проучили какого-то мужика.
- Ишь, говорит, обманули его с процентами по кредиту… А надо сначала читать, а потом расписываться…
- Впарили ему, говорит, условия…
- Он еще надеялся, что машину продаст и ему хватит, чтобы рассчитаться… Как бы не так…
- Пока у него есть квартира- он от нас не уйдет…
Когда сеанс был окончен, Алексей усадил массажистку к себе на колени, и…
Дальше Мария смотреть не могла. Она вспомнила своего отца, который любил «заложить за воротник». Если в семье что-то случалось, он первым делом наливал себе полный стакан, чтобы на хмельную голову не принимать ничего близко к сердцу. Боль у Марии сейчас была такой, что ей захотелось сделать то же самое. Но было нельзя – она же кормящая…
Не успела она раздышаться, как зазвонил телефон. Возможно, если бы Мария находилась в другом состоянии, она не ответила бы, увидев на экране незнакомый номер. Но сейчас молодая женщина машинально нажала на зеленый кружок, и бросила:
- Да…
Ей ответил мужской голос. Звонивший представился – Игорь Ильич. Секретарь нотариуса. Сегодня, несколько часов назад, не стало Михаила Николаевича Глинского. Он оставил письмо и хотел, чтобы ей передали его до того, как будет оглашено завещание. Письмо и ноутбук. Может ли она приехать по адресу…
… Марию преследовало ощущение нереальности. Еще утром жизнь ее состояла, казалось, из одной рутины, и конца-краю рутине этой не предвиделось. Теперь же Мария не просто стояла на краю пропасти, более того - она уже занесла ногу над нею, и не было силы, которая смогла бы ее остановить.
Молодая женщина решилась. Она собрала Олежку и вызвала такси. Ехать было не так уж далеко, минут двадцать.
В приемной нотариуса ждали люди, их было довольно много. Но стоило Марии назвать секретарю свое имя, как тот сделал ей знак подождать. И когда очередной клиент вышел, он без очереди провел Марию в кабинет. За спиной пробовали было возмущаться, но люди поняли – женщина с младенцем на руках ждать не может.
Пожилой человек, уже седой, в темном костюме, встал при появлении молодой женщины.
- Я отдаю вам это письмо. Мы дружили с вашим… как я понимаю, дедушкой?
- Почти… впрочем, да… дедушкой.
- Возьмите, - нотариус протягивал Марии запечатанный конверт.
Потом он вынул из ящика стола небольшой ноутбук.
- Михаил Николаевич просил передать вам на словах… Вы должны прочитать это письмо так, чтобы никого не было рядом…Чтобы никто не мог повлиять на ваше решение. Было… то есть, имеются, два завещания. Но вы все поймете, когда прочтете.
И еще ваш дедушка хотел бы, чтобы в любом случае ноутбук остался вашим, и не попал ни в чьи иные руки.
- В нем что-то хранится? – спросила Мария, - Какая-то информация?
…Ей стало легче здесь, на людях. У себя дома она просто задохн-улась бы от тех эмоций, которые в ней сейчас бурлили.
- Дело не в этом. Он просто… обладает особыми свойствами. Вы в этом убедитесь, когда начнете работать с ним.
- А здесь, при вас, я не могу этого сделать – в смысле открыть и прочесть письмо?
Продолжение следует
ПС. Спасибо большое за донаты. Всего пришло 2550 р, и я "закрыла цель". Сделаю в "Резонансе" (Тольятти) голову, шейный, грудной отделы, в вечернее время, по скидке. Должно выйти вдвое дешевле, чем планировала изначально 2720х3=8160, с вашей помощью потяну. Спасибо!