— А я не обязан вам квартиру покупать! — рявкнул отец.
— Пап, — начал Миша осторожно, — мы же не требуем. Мы просто... просим помочь.
— Помочь? — Отец усмехнулся. — А как именно? Продать дачу? Взять кредит?
***
Мама всегда говорила, что квартирный вопрос портит москвичей. Но мы не москвичи — мы провинциалы, живущие в двухкомнатной хрущёвке на окраине Воронежа. И квартирный вопрос портит нас ничуть не хуже.
— Пап, ну серьёзно, — сказал Миша, потягивая чай из любимой кружки с надписью «Лучший муж». — Нам же нужно где-то жить!
Отец медленно поднял глаза от газеты. В них было что-то между усталостью и раздражением.
— Живите, — буркнул он. — Кто мешает?
— Как это — живите? — Наташа резко отставила тарелку с недоеденным рагу. — Мы же не можем вечно здесь торчать!
Вот тут-то всё и началось.
— Торчать? — переспросил он, складывая газету с церемониальной торжественностью. — Интересное слово выбрала.
Мама, как всегда, попыталась разрядить обстановку:
— Ой, да ладно вам! Наташенька, рагу-то доешь, а то остынет.
— Не хочу я ваше рагу! — вспылила Наташа. — Хочу собственную кухню! Собственную ванную! Чтобы не слышать, как Пётр Иванович по ночам храпит!
Отец покраснел.
— Пётр Иванович не храпит! — возмутилась мама. — У него просто... дыхание громкое!
— Мам, ну что ты защищаешь, — вздохнул Миша. — Храпишь ты знатно, пап. Даже стены дрожат.
— Предатель, — прошептал отец, но в голосе его слышалась скорее печаль, чем гнев.
Наташа воспользовалась моментом и перешла в наступление:
— Вот! Даже Андрей признаёт! А мы что, должны всю жизнь под этот... этот рёв засыпать?
— Рёв? — Отец встал из-за стола. — Рёв, говоришь?
И тут произошло нечто невероятное. Папа начал храпеть. Да так мастерски, что казалось — вот-вот потолок рухнет.
— Хррррр! — гудел он, наступая на Наташу. — Хр-р-р-р! Это рёв?
Наташа попятилась, но духом не пала:
— Именно! И мы не обязаны это терпеть!
— А я не обязан вам квартиру покупать! — рявкнул отец, мгновенно прекратив храпеть.
Вот оно. Наконец-то дошли до сути. Квартирный вопрос во всей красе.
— Пап, — начал Миша осторожно, — мы же не требуем. Мы просто... просим помочь.
— Помочь? — Отец усмехнулся. — А как именно? Продать дачу? Взять кредит? Или, может, почку продать?
— Почку не надо, — серьёзно сказала Наташа. — Достаточно будет дачи.
Повисла тишина. Мама уронила ложку в тарелку.
— Дачи? — переспросил отец голосом, от которого даже цветы на подоконнике поникли. — Моей дачи?
— Ну а что вы с ней делаете? — развила успех Наташа. — Огурцы выращиваете? В двадцать первом веке? В магазине дешевле!
— Дешевле! — взвыл отец. — Дешевле, она говорит! Галя, ты слышишь? Твоя невестка считает, что мои огурцы не нужны!
Мама всхлипнула и достала платочек.
— Наташ, — попробовал Миша урезонить жену, — может, не надо про дачу?
— А что — надо? — развернулась она к Мише. — Надо до пенсии жить с родителями или снимать углы? Надо откладывать на ипотеку до седых волос?
— Вон оно что! — просветлел отец. — Ипотека страшная! А продать дачу — это пожалуйста!
— Дачу можно купить, — парировала Наташа. — А молодость — нет.
— Какая молодость? — фыркнул отец. — Тебе двадцать семь! В моё время в двадцать семь уже трёх детей растили!
— В ваше время и динозавры водились!
— Наташа! — ахнула мама.
— Что — Наташа? — Жена была прямолинейна. — Я что, неправду говорю? Они живут прошлым веком! Квартиру покупать не хотят, а внуков требуют!
— Кто требует? — возмутился отец. — Когда я требовал?
— Позавчера, — невозмутимо ответила Наташа. — Говорили: "Когда же вы нам радость подарите?"
— Так это не требование! — запротестовал отец. — Это... это мечта!
— Мечтайте!
Миша понял, что надо что-то делать. Семейный корабль шёл ко дну, а Миша сидел и наблюдал, как крысы покидают палубу.
— Стоп! — крикнул Миша. — Все стоп!
Удивительно, но все замолчали. Наверное, от неожиданности.
— Давайте без эмоций, — продолжил Миша. — Садимся за стол и решаем по-взрослому.
— Мы и так сидим, — буркнул отец.
— Сидим, но не решаем. А кидаемся обвинениями.
Наташа хмыкнула, но села. Отец тоже опустился на стул, мрачный, как туча перед грозой.
— Итак, — начал Миша, чувствуя себя главой семьи. — Проблема: нам нужна квартира. Варианты решения?
— Купить, — сказала Наташа.
— На что? — спросил отец.
— На ваши деньги, — ответила Наташа.
— Какие деньги? — взвыл отец. — Я слесарь, не олигарх!
— Слесарь с дачей, — уточнила Наташа.
— С дачей, которую тринадцать лет строил!
Мама вдруг заговорила:
— А может, мы поможем с первоначальным взносом? Не на всю квартиру правда...
Все уставились на неё. Мама редко вмешивалась.
— Ну... — мама замялась. — У нас же есть накопления.
— Какие накопления? — Отец побледнел. — Галя, о чём ты?
— Помнишь, на чёрный день откладывали?
— Так он ещё не наступил!
— Может, для детей он уже наступил? — тихо сказала мама.
Отец долго молчал. Потом вздохнул так глубоко, что, казалось, втянул в себя весь воздух комнаты.
— Сколько там? — спросил он обречённо.
— Триста тысяч, — прошептала мама.
— Триста тысяч?! — взвизгнула Наташа. — Да вы что, молчали?!
— Это не для квартиры, — быстро сказал отец. — Это на старость.
— На какую старость? — возмутилась Наташа. — Вам по пятьдесят семь! Вы в расцвете сил!
— Сил-то сил, — вздохнул отец, — а здоровье уже не то.
— Пап, — сказал Миша, — ты же не болеешь.
— Пока не болею, — мрачно ответил отец. — Но возраст, сын, возраст...
— Вот именно! — воскликнула Наташа. — А пока не болеете, можете внукам помочь!
— Каким внукам? — удивился отец. — Где они?
— Появятся, как квартиру купим!
— А если не появятся?
— Появятся! — решительно заявила Наташа. — Обещаю!
— Обещаешь? — Отец оживился. — Это другое дело!
— Пап, — осторожно сказал Миша, — ты же понимаешь, что дети — это не товар по заказу?
— Понимаю, — кивнул отец. — Но обещание есть обещание.
— Обещаю! — повторила Наташа. — Даю честное слово!
— Честное слово... — задумчиво протянул отец. — А если честное слово нарушишь?
— Не нарушу!
— А если всё-таки?
— Тогда... — Наташа замялась. — Тогда вернём деньги.
— Каким образом?
— Ну... продадим квартиру.
— И останетесь без жилья?
— Останемся, — твёрдо сказала Наташа.
Отец ухмыльнулся:
— Интересная логика. Покупаем квартиру, чтобы потом её продать.
— Не продадим! — воскликнула Наташа. — Внуки будут!
— Обещаешь?
— Обещаю!
— Хорошо, — неожиданно сказал отец. — Поверю.
Все замолчали. Миша не верил своим ушам.
— Пап, — проговорил Миша, — ты серьёзно?
— Серьёзно, — кивнул отец. — Триста тысяч на первоначальный взнос. Остальное — ваша ипотека.
— Ура! — завопила Наташа и бросилась обнимать тестя.
— Погоди, — остановил её отец. — Условия есть.
— Какие условия? — насторожилась Наташа.
— Первое — внук через год.
— Договорились!
— Второе — вы не исчезаете. Воскресенья — у нас.
— Само собой!
— Третье — рагу больше не критикуешь.
— Не буду!
— И четвёртое, — отец лукаво улыбнулся, — я всё равно буду храпеть.
— Не проблема! — засмеялась Наташа. — В своей квартире не услышу!
— Вот именно, — довольно сказал отец. — Поэтому и согласился.
Мама заплакала от счастья. Наташа плясала по кухне.
А Миша сидел и думал: неужели всё было так просто? Неужели достаточно было просто попросить?
— Пап, — спросил Миша, — а почему ты сразу не согласился?
— Так интереснее, — подмигнул отец. — Без борьбы победа не сладкая.
— А если бы мы не попросили?
— Сами бы предложили, — вздохнул отец. — Думаете, мне охота, чтобы вы здесь вечно толкались?
— Пап!
— Шучу, шучу, — засмеялся отец. — Просто время пришло. Взрослые уже, пора на волю.
— Спасибо, — сказал Миша.
— Не за что, — махнул рукой отец. — Семья всё-таки.
— Семья, — согласился Миша.
— Только помни, — добавил отец серьёзно, — обещание про внука.
— Помню, — засмеялся Миша. — Постараемся.
— Старайтесь, старайтесь, — довольно сказал отец. — А то дачу продам.
— Не продашь, — сказала мама. — Где же тогда внукам бегать?
— Внукам? — переспросил отец. — А, точно! Внукам же нужна дача!
— Нужна, — подтвердила Наташа. — Обязательно нужна.
— Тогда не продам, — решил отец.
А через месяц мы въехали в однокомнатную квартиру на первом этаже панельного дома. Не дворец, конечно, но своё.
И знаете что? Квартирный вопрос действительно портит людей. Но только до тех пор, пока не решится. А когда решается... оказывается, что всё не так уж и страшно.
Главное — семья. Остальное приложится.