Мария Сергеевна сидела в своем любимом кресле, вязала очередной розовый носочек для внучки Анечки и с наслаждением ловила редкие минуты тишины. Тишина разбилась о звонок в дверь – резкий, нетерпеливый.
- Мама, открой! – голос дочери Инны прозвучал привычно напряженно, даже сквозь дверь.
Мария Сергеевна вздохнула, отложила клубок и пошла открывать. На пороге стояла Инна, загорелая, в легком летнем платье и с огромной соломенной шляпой на голове.
В рука она держала в детской переноске дочь Анечку. За спиной жены маячил зять Юрий, с двумя огромными чемоданами на колесиках. Лицо у него было слегка виноватое.
- Заходите, заходите, – проговорила Мария Сергеевна, отступая. – Чемоданы-то какие… Прямо в отпуск собрались...
Инна стремительно вошла, окинув квартиру беглым взглядом, будто проверяя чистоту.
- Мама, ты же в курсе! Мы же говорили! Турция, все включено! Наконец-то выбрались! – Инна положила шляпу на комод и тут же сунула Анечку, мирно спящую, в руки матери. - О, спит наша принцесса! Отлично, пока, значит, не будет капризничать.
Мария Сергеевна почувствовала знакомый холодок под ложечкой. Дочь и зять не послушались ее и решили поехать в отпуск, повесив на нее внучку.
- Инночка, но я же говорила… Мне нездоровится последнее время. Давление скачет, спина… Нянчить целую неделю… Я просто не справлюсь физически...
Инна махнула рукой, будто отмахивалась от нее, как от назойливой мухи, и стала рыться в огромной сумке.
- Мама, ну что ты такое говоришь! Попьешь свои таблеточки, и все будет окей. Вот, – она вытащила аптечку, упакованную в прозрачный файл. – Вот Анечке на всякий случай лекарства, список приема приклеила прямо на крышку. Анечке сироп от температуры, капли в носик – все здесь.
Юрий поставил чемоданы у стены и неуверенно улыбнулся:
- Мария Сергеевна, мы очень ценим. Без вас никуда. Всего неделька. Инна так мечтала об этом отдыхе…
- Мечтала! – подхватила Инна, доставая пачку памперсов и детского питания. – Целый год пахали без выходных! Юра проект закрыл, я премию получила – вот и решили себя порадовать. Анечка тебя обожает, с тобой ей лучше, чем с любой няней!
Мария Сергеевна молча посмотрела на то, как дочь раскладывает на ее столе детские вещи: бутылочки, игрушки, пакет с печеньем.
- Инна, – тихонько начала она, – а если мне станет плохо? Вдруг давление? Кто поможет? Анечка маленькая, она не поймет…
- Мама, не драматизируй! – Инна резко обернулась, ее голос зазвенел. – Ты всегда так! Мы тебе доверяем самое дорогое – нашу дочь! А ты ноешь! Соседка Галина Петровна рядом, телефон всегда под рукой. Скорость набора – 112, помнишь? Врачи приедут!
- Инна… – попытался вставить Юрий, но жена его не услышала.
- Вот расписание: каша в 8, прогулка в 10, обед в 13… Все написано! Игрушки новые купили, мультики на планшете закачали. Она будет ангелом! – дочь сунула Марии Сергеевне в руки листок с плотным графиком. – А мы… мы так устали, мам. Нам нужна перезагрузка. Ты же хочешь, чтобы мы отдохнули? Чтобы я не срывалась по глупостям?
Мария Сергеевна посмотрела на дочь – на ее новый маникюр, на дорогие солнцезащитные очки, торчащие из кармашка сумки, на лицо, полное предвкушения отдыха, но не усталости.
Потом она перевела взгляд на Юрия, который избегал встречаться с ней глазами, переминаясь с ноги на ногу.
Пожилая женщина почувствовала, как старая боль в спине крепко сжала поясницу тисками.
- Конечно, хочу, чтобы вы отдохнули, – прошептала Мария Сергеевна, опуская глаза на расписание. – Только…
- Вот и отлично! Так и знала, что ты нас поймешь! – Инна засияла, подбежала к коляске и поцеловала спящую Анечку в лоб. – Будь умницей, солнышко, слушайся бабушку! Мы скоро! Сфоткаем море!
Потом Инна обняла мать быстрым, неглубоким объятием.
- Такси уже ждет! Спасибо тебе огромное, мама! Ты лучшая! – дочь схватила шляпу и потянула Юрия к дверям. – Не провожай, не надо! Лекарства не забывай! Звони, если что-то, но только срочно!
Дверь захлопнулась. Грохот чемоданов по лестничной клетке быстро стих. В квартире воцарилась тишина, нарушаемая только ровным дыханием Анечки.
Мария Сергеевна стояла посреди комнаты, сжимая в руке листок с расписанием. На столе лежала аптечка с лекарствами для внучки.
Женщина медленно подошла к окну. Внизу, у подъезда, стояло такси. Инна весело махала рукой, загружая чемоданы, Юрий что-то говорил водителю.
Они выглядели такими молодыми, легкими, полными ожидания счастья, но чужими.
Мария Сергеевна взглянула на спящую внучку. Нежность к малышке волной накатила на нее, смешанная с острой жалостью.
"Бедная крошка, ее тоже просто привезли и оставили", – подумала она.
Потом ее взгляд упал на телефон. Она подошла, взяла трубку, набрала знакомый номер.
- Галина Петровна? Это Мария Сергеевна. Извини за беспокойство… У меня большая просьба…
Женщина говорила тихо, четко, объясняя ситуацию. Соседка на том конце сначала удивлялась, потом возмущалась, потом соглашалась, полная сочувствия.
- Конечно, Мария Сергеевна! Сию минуту приду! Не переживай! И правильно сделала! Совсем дочь с ума сошла!
Мария Сергеевна положила трубку. Она подошла к комоду, выдвинула ящик. Достала свою старую, но крепкую сумку.
Сложила туда самое необходимое: лекарства, паспорт, сберкнижку, теплую кофту, зубную щетку.
Она действовала спокойно, методично, как будто готовилась к этому моменту годами.
Острая боль в спине, казалось, притупилась, уступив место странному, ледяному спокойствию.
Она накрыла Анечку легкой пеленкой, поправила игрушку рядом. Малышка сладко посапывала. На кухне она оставила записку, прижав ее детской бутылочкой: "Инна, Юрий, я не могу. Простите. Я уезжаю к бабушке Лене в деревню отдохнуть. Телефон брать не буду. Не ищите. Мама".
В дверь осторожно постучали. Мария Сергеевна открыла. На пороге стояла запыхавшаяся Галина Петровна, ее лицо выражало готовность к битве и безграничное сочувствие.
- Ну, я тогда им звоню, пока далеко не уехали? Зачем ты их вообще выпустила из дома? – спросила соседка, заглядывая в комнату к Анечке.
- Я хотела, – тихо сказала Мария Сергеевна, поднимая свою сумку. Она надела пальто, хотя на улице было лето. – Спасибо тебе, Галя.
- Да брось! Иди, иди! Я тут все улажу. Отдохни ты наконец! – Галина Петровна крепко обняла ее.
Мария Сергеевна вышла на лестничную площадку. За спиной тихо закрылась дверь в ее квартиру, где остался расписанный по часам график, детское питание и спящая внучка, о которой пару часов позаботится добрая соседка.
Она спустилась по лестнице и вышла на улицу. Где-то далеко уже мчалось такси, которое везло ее дочь и зятя назад.
По крайней мере, так думала Мария Сергеевна. Она поймала взгляд водителя стоящей неподалеку свободной "Волги".
- На вокзал едем? – спросил мужчина.
- На вокзал, – ответила Мария Сергеевна, садясь на заднее сиденье.
Однако на самом деле все сложилось не так, как ожидала женщина. После того, как соседка позвонила Инне и сообщила о том, что Мария Сергеевна уехала и им нужно вернуться, молодая мать отказалась.
- Нет, нет, мы не можем! Вот мама - предательница! Взяла и бросила внучку. Галина Петровна, может, вы присмотрите за нашей Анечкой? Мы приедем и заплатим. Нам всего неделя нужна... - взмолилась Инна. - Если мы вернемся, билеты сгорят, деньги пропадут...
- Инночка, ну как же так?! О чем ты думала, когда матери без предупреждения привезла маленькую дочку? - стала вздыхать соседка.
Однако предложение подработать заинтересовало Галину Петровну, и она согласилась.
Неделю женщина нянчилась с Анечкой, а потом из Турции прилетели Инна и Юрий.
- Спасибо, что помогли, - поблагодарила ее молодая мать и протянула десять тысяч рублей. - Мало?
- Хватит, мне только в радость было. Она спокойная, - улыбнулась Галина Петровна, взяв деньги.
- Жаль, что мама так не думала, - проворчала Инна, беря дочь на руки. - Подвела нас...
- Ты на нее не злись, - вступилась за соседку Галина Петровна. - Маша сильно устала, ей все-таки не пятьдесят и не шестьдесят, а целых семьдесят лет... ей нужен отдых...
- Разберемся! - Инна сунула мужу в руки дочь и взяла чемодан. - Спасибо, что выручили.
Спустя пару минут семья из трех человек удалилась прочь. Галина Петровна оглядела квартиру и закрыла ее до возвращения владелицы.
Мария Сергеевна приехала из деревни через пару дней, загорелая и отдохнувшая.
От соседки она узнала обо всем, что произошло, в том числе и о том, что женщина всю неделю нянчилась с ее внучкой.
- Наверное, Инна на меня сильно обиделась... - с досадой вздохнула Мария Сергеевна.
Женщина оказалась права. Дочь затаила на нее обиду и злобу. Она посчитала, что мать ее предала.