Сегодня Владлен Турсунбаев в рамках рубрики "истории джазовых лейблов" расскажет историю об одной из важнейших современных джазовых звукозаписывающих компаний - АСТ (читаем как Акт). Получился лонгрид конечно, но оно того стоит - тяжело переоценить влияние этого лейбла на развитие современной джазовой музыки. Сегодня будет первая часть, а продолжение и список лучших рекомендуемых альбомов АСТ я опубликую через пару дней.
АКТ ИНИЦИАЦИИ.
История создания студии ACT Music начинается в Германии, впрочем, как и история еще двух титанов джазовой звукозаписи, Blue Note и ECM. С первым Зигфрида Лоха, основателя лейбла, связывает посвящение в джаз, когда он подростком попал на концерт Сидни Беше в Ганновере, а затем купил первый хит студии Blue Note – Summertime в его исполнении. Больше всего в джазе, по словам самого Зигги, его очаровала идея индивидуальной свободы в сообществе равных. А прочитав историю успеха Альфреда Лайона и Фрэнсиса Вольфа, он забредил мечтой о собственном джазовом лейбле. А с ECM его связывает негласное соперничество за звание главной европейской джазовой студии двух последних десятилетий. Словоохотливый, обладающий неуемной энергией Зигфрид – полная противоположность основателя мюнхенского лейбла, молчаливого аскета Манфреда Айхера, хоть их и сближают принципиальное нежелание угадывать требования рынка и схожая визионерская идея, кратко выраженная последним: «Роль продюсера – просто запечатлеть музыку, которая ему нравится, и донести ее до тех, кто с ней еще не знаком». Довольно простая мысль, если не принимать во внимание тот факт, что потом из этого эгоистичного посыла складываются большие тренды.
Семена мультикультурной концепции будущего лейбла были принесены ветром из разных частей света вместе с сотнями записей неформатного музыкального импорта, который Лох сортировал в период его первой работы на EMI. «Я услышал прямую связь между блюзом и всеми видами мировой народной музыки», говорил он, и эта мысль по-прежнему является фундаментальной для понимания сути сегодняшнего ACT. Затем Лох отвечал за каталог Blue Note в Liberty Records и так, шаг за шагом, вырос до поста президента Warner Europe, все это время не переставая предпринимать безуспешные попытки запустить свой лейбл, что по-настоящему случилось лишь в 1992 году.
АКТ СТАНОВЛЕНИЯ.
Именно по причине любви к этнической музыке первым самостоятельным релизом компании (до этого они имели доступ только к материалам из каталога) становится альбом Jazzpana, кроссовер джаза и фламенко с Винсом Мендосой, Майклом Брекером, Ди Меолой и Хорхе Пардо.
ACT Music – яркий пример евроинтеграции в глобальном мире джазовой музыки, тот самый плавильный котел. Смешение жанров и стилей можно сравнить с тем, как, проскочив нужный поворот в Бельгии или Чехии, за пару минут оказываешься в Люксембурге или Словакии. Точно так же и здесь границы между жанрами бывают едва различимы – только что звучал прохладный скандинавский джаз, а вот тебя уже, не снимая иглы с пластинки, переключили на гитарные переборы юга Испании, а потом – на барокко или тромбонный кавер Пярта. Дальше – больше, не Европой единой, – Лох хочет упразднить культурные границы во всем мире, кто ж остановит ветер, и вот он несет уже сенегальские, корейские и персидские мотивы. Ярким примером этой музыкальной анемохории можно назвать диск с подобающим названием El Camino de los Vientos (Дорога ветров) французского виолончелиста Матье Сальо, живущего в Валенсии (действительно, не во Франции же ему жить). Записанные в студии виолончельные партии были разосланы музыкантам, с которыми Сальо мечтал поработать вместе: Нильсу-Петеру Мольваеру, Винсенту Пейрани, Нгуену Ле, Лео Ульману и другим, с предложением сыграть свои партии под эти треки. Технологии плюс полная свобода и доверие (Сальо дал минимальные инструкции к своим трекам) – так воплотилась идея не оставляющего углеродный след музыкально-географического путешествия по розе ветров. По словам критика Радио Франс, «музыка может сделать то, чего мир часто трагически не в состоянии достичь – стереть границы, объединив культуры и поколения в гармонии, невзирая на все различия».
АКТ ОТЧАЯНИЯ.
В начале своей деятельности (и по сей день) ACT увлекались скандинавской и особенно шведской музыкой. По словам самого Лоха, он проникся шведским джазом благодаря пластинке Яна Юханссона Jazz på svenska, о ней я уже писал. Потом последовало знакомство с тромбонистом Нильсом Ландгреном и его клавишником Эсбьёрном Свенссоном, который вскоре со своим легендарным E.S.T. стал одним из главных акторов и активов лейбла. Пластинка Viaticum 2005 года была продана огромным для джаза тиражом в 100 000 экземпляров, а группа стала первым европейским джазовым трио, попавшим на обложку американского Down Beat. Долгое время Эсбьёрн с Нильсом были хедлайнерами и столпами финансового благополучия студии. Поэтому когда 15 июня 2008 года Лоху позвонили и сообщили о трагической гибели его друга (Свенссон утонул, ныряя с аквалангом), он готов был опустить руки: «Я достиг всего, чего когда-либо хотел. Я больше никогда не найду никого похожего на него. Стоит ли продолжать?»
С этого момента Лох начал думать о преемнике, и в 2015 году компанию возглавил ставший партнером управляющий директор Андреас Брандис. Мультикультурные и инклюзивные ценности лейбла зазвучали с новой силой, в этот период студия открыла джазовому миру имена Эмиля Паризьена, Якоба Манца, Йоханны Зуммер и Андреаса Шерера.
АКТ ВЗРОСЛЕНИЯ.
Да, это еще один важный аспект деятельности ACT – пестование молодых или малоизвестных музыкантов. Не обладая на заре своей деятельности зубодробительной обоймой из авторитетных исполнителей, студия распахнула свои двери для новых имен. Лох, понявший в какой-то момент, что его талант барабанщика довольно ограничен, и сам прошедший путь в музыкальной индустрии от самых низов, как никто другой понимал, насколько важен первый импульс, дающий музыканту заряд уверенности, и, если он не будет растрачен впустую, мир узнает новых Матье Сальо, Иоахима Кюна, Нгуена Ле и Ларса Даниэльссона. Собственно, само название ACT, отражающее его стремление к поощрению молодых артистов к творческому самовыражению, было придумано Лохом аж в 1962 году, когда в его голове только забрезжил проект его будущего детища.
АКТ ТВОРЧЕСТВА.
Первый витаминный удар эмоций получаешь, наугад взяв в руки любой альбом студии. Если сравнивать эти обложки с концепцией ECM, с ее черно-белыми пасторальными или величественно-унылыми пейзажами, то, рассматривая альбомы ACT, легко представить себе, что держишь в руках каталог выставки современного искусства. Неудивительно, ведь Лох – страстный коллекционер современной живописи и некоторые релизы студии использовал в качестве музыкального фрейма, просто помещая на обложку альбома абстрактные полотна или графические листы из своей коллекции. Пространство обложки строго регламентировано гайдлайнами и подчинено идее less is more – белоснежный фон, строгая рубленая двухцветная типографика и яркое пятно. Гениальный по простоте ход как нельзя лучше отражает ту самую идею чистого белого листа, воспетого Малларме как символ художественного молчания, предваряющего творческий акт, и первого смелого мазка художника на нем, будь то брызги акрила в духе Джексона Поллока, фото мухомора, «стоунхендж» из цветных протуберанцев, достойный Эдуардо Чильиды или просто две пересекающиеся неровные черные линии. В то же время этот незамысловатый подход вселяет робкую мысль «я тоже так могу», ведь рецепт прост: берешь белый лист бумаги и просто ставишь на него цветную кляксу или кладешь найденный в недочитанной книге засушенный дубовый листок – очень точно рассчитанный, а главное – отвечающий принципам студии демократичный импульс к творчеству.
Продолжение следует...