В 1894 году осейджи, жившие в бесплодных землях Оклахомы, внезапно стали миллионерами. Из недр той земли, которую они выкупили своими силами, чтобы государство не выгнало их насильно, хлынула нефть. Чёрная, густая, ценная. Деньги потекли рекой. Появились роскошные автомобили, модные наряды, драгоценности. Ещё недавно осейджи обустраивали быт на неплодородной земле, рассчитывая только на себя, и вдруг — богатство, сравнимое с нефтяными магнатами Восточного побережья. Они становились владельцами дорогих особняков и нанимали белых слуг, что само по себе казалось невероятным по меркам того времени.
Конгресс Соединённых Штатов решил, что коренные жители не умеют обращаться с деньгами. Суды Оклахомы начали назначать им опекунов. Белых «наставников», которые якобы должны были помогать. На деле же опекуны распоряжались состояниями как своими. Иногда женщину признавали недееспособной только потому, что она не тратила деньги. Слишком экономная? Значит, не понимает, что такое деньги. Один суд постановил назначить опекуна индианке просто за то, что она сберегала средства, вместо того чтобы тратить их на предметы роскоши.
Молли Кайл родилась и выросла в этом хаосе. Индианка племени осейджей, она жила на стыке двух культур. С одной стороны древние обычаи, с другой католические школы, куда отправляли девочек, чтобы научить их быть «цивилизованными». Её первый муж, Генри Роан, был её соплеменником. Их брак оказался недолговечным. Когда об этом узнали опекуны, молодых разлучили. Генри направили в Индейскую промышленную школу, а Молли в католический интернат. Там её учили английскому языку, письму и счёту. Ожидалось, что за годы обучения она приобретёт хорошие манеры и избавится от племенных привычек. Они стали чужими.
Именно в это время в поселении появился Эрнест Беркхарт. Молодой техасец, племянник влиятельного дельца по имени Уильям Хейл. Тот уже прочно стоял на ногах, торговал, заключал сделки и устраивал схему за схемой. Он сколотил состояние на торговле с аборигенами и постепенно расширял свои дела. Ему нужны были свои люди. Эрнест подходил идеально. Молодой, доверчивый и, самое главное, родной по крови.
В 1917 году Молли вышла за него замуж. Эрнест был ласковым, заботливым. Она поверила в его чувства. Через несколько месяцев у них родилась дочь по имени Лиззи. Потом появился сын Джеймс. Они жили как семья. Или по крайней мере, так казалось.
Но очень скоро начались странности. Сначала умерла Минни, сестра Молли. Врачи списали это на болезнь. Затем была застрелена Анна, ещё одна из сестёр, с которой Молли провела всё детство. Погиб кузен Чарли, скончалась мать Лиззи Кью. Потом умер и Генри Роан, первый муж Молли. А за ним последовали новые смерти. С 1921 по 1923 год по различным причинам скончались не менее тринадцати индейцев. К 1925 году счёт погибших перевалил за шестьдесят. В резервации началась паника.
Федеральные агенты прибыли в Осейдж с задержкой. Расследование началось не сразу. Но когда оно всё-таки стартовало, Молли уже чувствовала неладное. Она начала замечать слабость, постоянную тошноту, отсутствие аппетита. Она готовила только сама, никого не пускала в дом. Единственный, кто оставался рядом, был Эрнест. И тогда она поняла. Если её травили, это мог быть только он.
Она больше не могла молчать. В 1926 году Эрнест арестовали. Следом взяли Хейла. Тот молчал, стоически отрицая всё. Эрнест раскололся почти сразу. Он рассказал следователям обо всём. О страховых полисах, оформленных на богатых индейцев. О наёмных убийцах, которых нанимал Хейл. Генри Роана, например, застраховали на 25 000 долларов, что по нынешним меркам приравнивается к 460 000. После оформления этого полиса Роан стал мишенью. Он был обречён. Эрнест признался, что дядя заставил его жениться на Молли. Её родственников нужно было устранить, чтобы всё имущество перешло к ней, а затем к нему, как мужу и опекуну.
Молли не устроила сцену. Она подала на развод. Просто вычеркнула мужа из жизни. В 1928 году суд приговорил обоих, и Хейла и Эрнест, к пожизненному заключению. Спустя несколько лет Молли снова вышла замуж. На этот раз её выбор пал на Джона Кобба. Он был немногословным, но сделал главное. Помог Молли восстановить её статус в суде и вернуть право распоряжаться своими деньгами. Этот человек точно не был мерзавцем.
В 1937 году Молли умерла. Всё её состояние перешло к детям. Эрнест, тем временем, отсидел одиннадцать лет. Освободился. Попался на краже со взломом. Снова сел. Вышел ещё раз. Жил в бедности и забвении. В 1959 году он оказался на свободе окончательно. Вернулся в округ Осейдж, но там оказался чужим. Умер в 1986 году в возрасте девяноста четырёх лет. Перед смертью просил развеять прах над холмами Осейдж. Его сын Джеймс не стал выполнять эту просьбу. Он просто выбросил урну. Пожалуй, в этом и был самый честный приговор.
История началась задолго до их брака. Тогда, когда судьи начали навешивать на взрослых индейцев ярлыки недееспособности. Тогда, когда белые стали рассматривать богатство осейджей как открытый кошелёк. Когда появились те, кто готов был нажиться на крови. А рядом находились такие, как Эрнест. Те, кто просто делал, что велели.
Говорят, Молли поняла всё слишком поздно. Может быть. Но она выжила. И ушла, оставив за собой не только деньги и детей, но и историю. Историю о том, как любовь может стать ловушкой. И как предательство не всегда приходит с оружием в руках. Иногда оно приходит с букетом и кольцом.