Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
С укропом на зубах

Бросал жён, менял любовниц, а счастья не нашел

Мне уже достаточно лет, чтобы я мог с уверенностью сказать – главное событие моей жизни произошло в двадцатые годы, а точнее, семнадцатого сентября две тысячи двадцать четвёртого. В понедельник. В 8.30 утра. Переночевав у друга за городом, я спешил в Москву на встречу, от которой зависела моя карьера. Глупость, конечно, не вернуться накануне, но в двадцать шесть бесстрашие и отвага часто берут верх над разумом. Едва втиснувшись в переполненный тамбур, я едва стоял на одной ноге, придерживая галстук, чтобы на него не пускал слюни щенок, сидящий на руках у тощей высокой девушки, прижатой к стене рядом со мной. Портмоне у меня теоретически могли вытащить в любой момент путешествия. Я слишком был занят дурацкой собакой. И обнаружил пропажу я уже на вокзале, когда стал искать билет, чтобы пройти через турникет. Ни билета, ни карточек. Хорошо, телефон лежал в другом кармане. До встречи оставалось сорок минут. Я нервничал, психовал, ругал друга, который уговорил остаться на ночь, себя,

Мне уже достаточно лет, чтобы я мог с уверенностью сказать – главное событие моей жизни произошло в двадцатые годы, а точнее, семнадцатого сентября две тысячи двадцать четвёртого. В понедельник. В 8.30 утра.

Переночевав у друга за городом, я спешил в Москву на встречу, от которой зависела моя карьера. Глупость, конечно, не вернуться накануне, но в двадцать шесть бесстрашие и отвага часто берут верх над разумом.

Едва втиснувшись в переполненный тамбур, я едва стоял на одной ноге, придерживая галстук, чтобы на него не пускал слюни щенок, сидящий на руках у тощей высокой девушки, прижатой к стене рядом со мной.

Портмоне у меня теоретически могли вытащить в любой момент путешествия. Я слишком был занят дурацкой собакой. И обнаружил пропажу я уже на вокзале, когда стал искать билет, чтобы пройти через турникет.

Ни билета, ни карточек. Хорошо, телефон лежал в другом кармане.

До встречи оставалось сорок минут. Я нервничал, психовал, ругал друга, который уговорил остаться на ночь, себя, что согласился.

И тогда я сделал то, на что никогда бы не решился при других обстоятельствах. Дождался, когда к вертушке подойдет кто-нибудь маленький и хрупкий, и проскочил, тесно прижавшись, следом.

Это была девушка. Маленькая, хрупкая, как кукла. У неё были русые пушистые волосы чуть ниже плеч. Их пахла она мятой. С дачи, наверное, везла.

И сердце моё в тот миг, когда я дотронулся до её плеч, остановилось, а потом забилось, закричало, заволновалось. И успокоилось не сразу после того, как я её потерял. Нас разнесла толпа. Я торопился в одну сторону. Она в другую.

Но готов поклясться, что в тот самый момент, когда мои руки коснулись её плеч, она вздрогнула. Но не от испуга. От узнавания. И я чувствовал, торопясь на работу и убегая прочь, взгляд, ищущий меня в толпе.

Моя встреча прошла удачно. Она, как я и предполагал, стала поворотной в моей карьере. Я потом многого достиг. Смог купить просторную квартиру, построить дом. Женился. И не один раз. Но как-то все не так. Развёлся. Приводил любовниц.

Да, я потом иногда прогуливался ненароком рядом с вокзалом. Чаще по понедельникам, встречая утренние поезда из Подмосковья.

Но ничего. Возможно, она тоже случайно оказалась в тот день возле турникетов. Возможно, этот был наш тот самый единственный шанс, в который мы не поверили, не увидели за обычным стечением обстоятельств иронию, которая замаскировала самое важное событие под случайность. И ещё был отвлекающий маневр – та деловая встреча, которая в тот момент казалась важнее всего. Так и было. Я получил должность, деньги, возможности.

А мог развернулся и найти ту, которая тоже выискивала меня среди прочих .

Долгие годы я думал, что сделал все правильно. Что ещё найду её. Или такую же как она. Или похожую на неё.

Но теперь мне уже достаточно лет, чтобы понимать: я пришёл в этот мир, чтобы оставить после себя что-то значимое. Ни дом, ни квартиру.

Ни с одной из своих женщин, ни с одной из жён я не хотел заводить детей.

А та, мимолетная, потерянная ю, могла бы стать моей землёй обетованной, матерью моих сыновей. Но теперь я уже слишком стар. И я не цепляюсь за жизнь. Напротив, я с любопытством и нетерпением жду смерти, чтобы в следующий раз не оплошать, чтобы встретить её, нарожать много детей и оставить себя в вечности.

Одна только мысль меня пугает – справлюсь на этот раз с искушением, которые посылает нам тот, чье имя идет под руку с глупостью и ошибкой?

Смогу ли?

И нет ответа у меня на этот вопрос ни сейчас, ни потом.