Сергей Ачильдиев
Сегодня Россия оказалась вне большого мирового спорта. Большинство международных соревнований проходят без наших команд, в том числе и Олимпийские игры.
Не буду сейчас говорить о причинах этого уродливого явления. Скажу о другом: такие спортивные соревнования без российской команды нельзя назвать полноценными.
И подтверждением тому Олимпиады прошлого столетия, на которых работал мой двоюродный дед Александр Иосифович Иссурин — видный спортивный организатор и специалист: заслуженный работник физической культуры РФ, заслуженный тренер РСФСР, почётный судья по спорту. Он побывал на пяти летних Олимпиадах — Мельбурнской (1956), Токийской (1964), в Мехико (1968), Монреальской (1976) и Московской (1980). Судил соревнования по спортивной ходьбе, был секретарём нашей делегации, руководителем группы специалистов.
Рассказы Александра Иосифовича об олимпийских событиях, не попавших в официальные сводки и репортажи, были наполнены свидетельствами необычайного спортивного мужества и драматизма…
Как Владимир Куц оплошал на «Шевроле»
На XVI Играх в Мельбурне Владимир Куц блестяще выиграл в беге на двух своих коронных дистанциях — 5000 и 10000 метров. Но слава о нём достигла далёких берегов Австралии задолго до этих олимпийских побед. Всюду, где бы он ни появился, Куца окружали журналисты и любители спорта.
Вот и накануне соревнований, когда он вместе со своим тренером Григорием Никифоровым собирался на тренировку, их у выхода из отеля окружила небольшая толпа. Был в ней мужчина, подъехавший на необъятном «Шевроле». Куц был заядлым автомобилистом, глаза у него загорелись, и хозяин машины тут же уступил звезде место за рулём.
Владимир повернул ключ в замке зажигания, легонько нажал на газ и… Он не учёл двух вещей. Во-первых, в Австралии левостороннее движение и к рулю справа надо сперва привыкнуть, а во-вторых, у этого «Шевроле» под капотом было в несколько раз больше лошадей, чем у куцевской «Победы». В общем, автомобиль рванул с места, вывернул вправо и врезался в столб.
Как Владимир Куц расплачивался с хозяином, осталось неизвестным, но вот стоявшие рядом журналисты тут же рванули к телефонам-автоматам, и назавтра все газеты вышли под сенсационными заголовками, говорящими, что Куц разбился в автокатастрофе.
Конечно, это была плохая реклама для спортсмена. Но, как известно, и плохая реклама частенько хорошо работает. На соревнованиях весь стадион болел за Владимира Куца, и он не подвёл — на обеих стайерских дистанциях установил олимпийские рекорды.
Как Виктор Капитонов чуть не остался без медали
На XVII Играх в Риме советских и итальянских специалистов, тренировавших велосипедистов, едва не хватил инфаркт. А дело был так…
Велосипедисты должны были преодолеть 12 кругов по шоссе, в общей сложности — 175 километров. Этот круг был очень трудным, с двумя крутыми подъёмами. И вот со старта уходят 142 гонщика из 42 стран, в том числе четверо наших.
На предпоследнем круге практически колесо в колесо лидируют двое — наш Виктор Капитонов и итальянец Ливио Трапе. Так, вдвоём они и заканчивают одиннадцатый круг.
Но что это? Капитонов, который был на полколеса впереди, распрямляет спину и победно вскидывает руки вверх. В пылу гонки он обсчитался, принял этот круг за двенадцатый. И, глядя на него, вскидывает вверх руки Трапе.
Мгновенно откуда-то сбоку бежит старший тренер сборной СССР Леонид Шелешнёв, отчаянно размахивая руками и пытаясь перекричать общий гомон:
— Ошибка! Вперёд! Ошибка! Вперёд!
Виктор тут же всё понял. Он снова хватается за руль и жмёт на педали. Вслед за ним срывается с места Ливио. Проходит несколько минут, и оба снова возглавляют гонку. Видимо, эта глупая оплошность так их раздосадовала, что у них появились новые силы.
В итоге и на финиш двенадцатого круга Капитонов въехал на полколеса впереди Трапе. И оба — со слезами на глазах. Наш спортсмен — от радости, итальянский — от досады.
Как Эльвира Озолина пожертвовала причёской
На XVIII Игры в Токио ленинградская метательница копья Эльвира Озолина приехала в ранге бесспорного лидера. Ещё бы, ведь она выиграла предыдущую Олимпиаду, затем европейский чемпионат и вдобавок совсем недавно установила мировой рекорд.
Подругам сказала:
— Если не получу золото, коротко подстригусь.
А причёска у неё была такая пышная, что при виде этой привлекательной девушки многие парни оборачивались.
Озолина легко преодолела квалификационный барьер, но в основных соревнованиях у неё ничего не получалось. Первые две попытки были засчитаны, но с весьма скромными для Озолиной результатами, а следующие четыре стали вообще нулевыми. Копье, как говорят спортсмены, не хотело лететь. Такое бывает даже у самых сильных и талантливых спортсменов.
В общем, Эльвира оказалась лишь пятой.
Однако слово своё она сдержала. Ещё до возвращения в Ленинград сделала короткую стрижку.
Руководство нашей делегации было крайне недовольно этим поступком и потребовало факт и причину стрижки держать в строжайшем секрете. Озолина вынуждена была ходить в платке. Но журналисты каким-то образом обо всём прослышали, и вскоре об этом уже знали не только в Олимпийской деревне, но и во всём Токио.
И тут выяснилось, что поступок, казавшийся нашим чиновникам вздором, чуть ли не позорящим высокое звание советского спортсмена, на самом деле сделал имя Эльвиры Озолиной популярным и уважаемым. В газетах писали, что она — сильный человек, умеющий держать слово и переживать неудачи.
P.S. от Григория Иоффе
С Эльвирой Озолиной мне удалось пару раз коротко пообщаться в Ленинграде на Зимнем стадионе, при содействии ее мужа... нет, не Яниса Лусиса, как написано во всех ее биографиях, а того, фамилии которого вы ни в одной биографии не найдете.
1 сентября 1960 года, в день, когда Озолина установила олимпийский рекорд и стала чемпионкой олимпиады в Риме, я пошел в 7-й класс. Через несколько дней, во время занятий по физкультуре на стадионе "Локомотив" на улице Марата (он был в пяти минутах от нашей школы), ко мне после очередного прыжка в длину подошел симпатичный черноволосый молодой человек и спросил, не хочу ли я заниматься легкой атлетикой. Чем я его так заинтересовал, до сих пор не понимаю. Тем не менее, я оказался в его локомотивской секции, к тому же, привел туда двух своих друзей.
Прозанимался я у тренера Басина (имени-отчества не помню) два года, до поступления в техникум, никаких серьезных результатов, правда, так и не достигнув. Зато освоил азы техники почти во всех легкоатлетических дисциплинах. Мы бегали на короткие и средние дистанции, в том числе осваивали барьерную технику. Прыгали в высоту, в длину и тройным, метали ядро, копье и диск... Видимо, наблюдая за нами, тренер пытался определить и развить нашу будущую специализацию. Был у нас, например, парень, который показывал хорошие результаты в высоте. А у моего дворового друга Кольки Антонова были явные способности для прыжков с шестом: сильные руки и крепкий брюшной пресс.
Занимались мы весной и осенью на "Локомотиве", а зимой - в ДК железнодорожников на Тамбовской улице или на Зимнем стадионе. Именно там, на Зимнем, тренер однажды, в минуту перерыва между забегами, спросил нас: "Хотите познакомиться с Эльвирой Озолиной?" И указал на симпатичную девушку, сидевшую наверху, на зрительских рядах. Там-то, слово за слово, и выяснилось, что они муж и жена...
С 1 первого сентября 1962 года я уже учился в техникуме, и связь с моим тренером прервалась. Как сложилась его жизнь дальше, не знаю. Известно только, что в 1967 году Озолина вышла замуж за метателя копья Яниса Лусиса, годом позже ставшего, как и она, олимпийским чемпионом.
Читали?
